Невеста для босса. Куплю тебе новую жизнь (СИ) - Довлатова Полина - Страница 41

— Вообще-то это правда, — внезапно, у себя за спиной слышу тихий голос… курносой. — А ещё в зависимости от знака зодиака, амулеты тоже могут действовать по-разному.

— Вот! Хоть один адекватный человек в этой фирме нашёлся! — выпаливает мама.

— А я, Елизавета Алексеевна, давно подозревал, что ты ведьма, — кошусь на курносую, когда она кладёт рядом со мной папку с документами.

— Просто в отличает от вас, Кирилл Сергеевич, у меня широкий кругозор, — шепчет едва слышно.

— Ах вот оно что…

— Что-то ещё хотите, Кирилл Сергеевич? — добавляет уже громче.

— Хочу, Лизок. Очень хочу, — ухмыляюсь, скользя взглядом по ногам курносой ведьмы. — Но попозже. А пока кофе принеси, будь так добра.

— Сию секунду, — растягивает рот в притворно-приторной улыбке.

— Кирюша, что это за девочка? Я её в фирме раньше не видела.

— Помощница моя, мама.

— Твоя? — удивлённо вскидывает брови.

— А что тебя так удивляет? Ты вроде её только, что нахваливала.

— Да я не к этому. Просто, не слишком ли она молодая для такой должности? Да и ты всегда брал себе сотрудников с опытом работы…

— Так ладно, давайте все светские разговоры отложим, — отец, до этого момента, молча изучающий документы, снимает очки и закрыв папку откладывает её в сторону. — В общем, как вы понимаете, я вас всех не просто так собрал.

— А чтобы сообщить пренеприятнейшее известие? Отец, только не говори, что к нам едет ревизор.

— Прекрати, Кирилл, — выпаливает мама, неожиданно серьёзным тоном. — Новости и правда не из приятных. У отца в Доминикане был сердечный приступ. Поэтому мы и вернулись раньше срока.

— В смысле приступ?! — моментально отрываюсь от спинки стула и подаюсь вперёд.

— Не присут, Ань. Не нагнетай. Просто стало не хорошо.

— Что значит не нагнетай, Серёж?! Ты три дня в реанимации пролежал!

— Во-первых, не в реанимации, а просто в отдельной палате. А во-вторых, только потому, что ты на этом настояла.

— И правильно сделала! Ты себя совсем не бережёшь! Сколько я тебе говорила, что пора уже выходить на пенсию! У тебя, слава богу, два сына взрослых!

— Ну, собственно, именно поэтому я совещание и собрал, — скрестив руки на столе, окидывает взглядом собравшихся. — Я действительно решил уйти с поста президента фирмы. Не прямо сейчас, конечно. В начале нужно привести дела в порядок. И самое главное, определить, кто именно займёт моё место.

— Подожди секунду, что значит, определить, кто займёт твоё место? — вздёрнув бровь, смотрю на отца. — А что у тебя много вариантов?!

— Не много, Кирилл. Всего два. Как ты понимаешь, это ты и Богдан.

— В смысле? Отец, ты шутишь что ли?! — выпаливаю, чуть громче, чем следовало. — Какой к чёртовой матери Богдан? Он о бизнесе не знает ровным счётом ничего. У нас Света и то больше осведомлена. Ну давай её тогда тоже в список претендентов включи!

— Кирилл, не передёргивай. У меня два сына. И естественно, что оба из них могут претендовать на руководство фирмой.

— Да я бы ни слова не сказал, если бы за всё это время твой старший сын хоть какое-то участие принимал в семейном бизнесе! Но всё его участие ограничивается ежемесячным переводом его части акций ему на карту! Он же вообще ничего не знает о делах корпорации!

— Не преувеличивай Кирилл. Я интересуюсь делами фирмы гораздо больше, чем тебе кажется.

— Да ладно? — повернувшись лицом к Богдану, вскидываю брови. — Может быть ты мне тогда расскажешь, сколько у нас сейчас в работе проектов? Кто наши основные поставщики? В каком году планируется завершение строительства бизнес-центра на Лесной?!

— По поводу бизнес-центра нужно уточнить информацию…

— Не нужно, Богдан, ни черта уточнять! Потому что бизнес-центр на Лесной достроен ещё полтора года назад! Слушай, а мне вот интересно, как ты собрался вести одновременно два бизнеса, и как вообще будешь руководить огромной корпорацией, живя при этом в другом городе?!

— Разумеется, если президентство перейдёт в мои руки, то мы с семьёй переедем сюда. Тем более, что Вере никогда не нравилась Москва, и она будет только рада. Ну а на счёт моего бизнеса… ты знаешь, там уже давно все механизмы отлажены. Я вполне смогу вести дела дистанционно. Мне вполне достаточно будет приезжать в Москву раз в месяц.

Смотрю в безэмоциональное лицо Богдана и понимаю, что пи*дит. Пи*дит, сука, как дышит.

Вот эту всю лапшу галимую про отлаженный механизм он может матери с отцом на уши вешать.

Мама ему поверит потому что ничерта в этом не разбирается, а отец просто потому что хочет верить.

А я Богдана насквозь вижу. Он в Москве занимается ресторанным бизнесом. Каким, интересно мне знать, образом он собрался вести его удалённо?! Такое дело требует постоянного беспрерывного контроля. Закупки продуктов, оборудования, техники, проверки остатков на складах и ещё до звезды мелких деталей, перечислять которые можно до бесконечности.

И то, что Богдан темнит ясно как божий день. И это, сука, бесит больше всего!

Резко встав из-за стола, иду к выходу.

— Кирюша, куда ты? — слышу за спиной испуганный голос мамы.

— Покурю пойду.

Не оборачиваясь, рывком открываю дверь. Выхожу в коридор, достаю пачку сигарет и стучу по карманам в поисках зажигалки.

— Вообще-то у нас в офисе курить можно только в специально отведённых местах, — подняв голову, смотрю на выходящего вслед за мной из кабинета Мельникова.

Облокотившись рядом со мной о перила, Макс вытаскивает из моей пачки ещё одну сигарету, достаёт зажигалку и прикуривает нам обоим.

С силой затягиваюсь, забивая лёгкие никотином и медленно выпускаю в верх облако тягучего дыма.

— Ну как, полегчало?

— Нет, — делаю новую затяжку. — Свет, пепельницу принеси, — кричу через плечо.

— Звездец, конечно, ситуация, — хмыкает, медленно прокручивая в руках сигарету. — Что-то по-моему темнит наш Богдаша. Как думаешь?

— И думать тут нечего. Богдан никогда бы не бросил свой «успешный бизнес» ради ГорКонсалта. Тут явно что-то не чисто.

Семейное дело его никогда не интересовало. Он отработал на отца ровно три месяца сразу после института. А потом собрал манатки и почесал в Москву, потому что сказал, что хочет иметь собственное дело, чтобы материально не зависеть от семьи.

Отец потратил довольно крупную сумму денег, оторвав её от семейного фонда, для того, чтобы выкупить для Богдана помещение под ресторан, помог найти поставщиков, наладить связи.

Собственно, он и на Вере женился, я думаю, только лишь потому, что её отец какой-то московский чинуша. Для Богдана это был очень выгодный союз. Никаких проблем с пожарной инспекцией и роспотребнадзором. Везде зелёный свет.

Сука, и он вот весь такой! Везде и во всём ищет для себя выгоду! И плевать на остальных! Всегда таким был, с самого детства. Наверно, именно поэтому мы и не ладили никогда.

— Надо бы со Стасом Воронцовым связаться, — забрав у подошедшей Светы пепельницу, смотрю на Мельникова. — У него же вроде были связи в Москве. Нужно попросить его, чтобы нарыл информацию о бизнесе Богдана. Мне кажется там всё не так радужно, как он описывает.

— Я позвоню ему вечером. Как раз давно собирались встретиться втроём. Пива в баре попить. А то он с тех пор как в рыжулю свою вляпался вообще не выездной стал.

Обернувшись в сторону ресепшена смотрю на курносую, которая никак не может справиться с кофемашиной. Усмехаюсь, следя за тем, как она хмурится и со злостью сжимает кулаки, потому что аппарат никак не хочет включаться. И никак не могу решить, стоит ли говорить ей о том, что в нём просто нет воды…

— Ты всё куришь, — резко обернувшись, смотрю на выходящего из кабинета отца. — Давно бы пора бросить, Кирилл. Вредная привычка.

— Надеюсь, ты не станешь мне сейчас, как мама, промывать мозги тем, что курение плохо влияет на потенцию, и если я не брошу, то мне нечем будет сделать вам внуков?! — вскидываю бровь, делая очередную затяжку.