Подарок для Темного (СИ) - Кейн Лея - Страница 3

— Другую, — подсказал он. — Аро поцарапал другую вашу руку.

Ахнув, я закусила губу и подставила ему рану на своем запястье. Жаль, что мы не встретились в моем мире, где я была миловидной блондиночкой с красивым маникюром, модной стрижкой, одевалась в элегантные вещи и душилась дорогим парфюмом. Там я не упустила бы возможности пофлиртовать с этим обаяшкой.

Осторожно и немного трепетно смазав царапины, Эгорт обмотал мое запястье бинтом и затянул.

— Не туго?

Я мотнула головой. Даже если бы глаза на лоб лезли, не призналась бы. Я же девочка.

— Нормально… — ответила и прикрыла глаза. Это ужасно — говорить чужим голосом и жить в чужом теле. Словно воровка в клетке.

— Обычно Аро спокойный. Наверное, его что-то напугало.

Скорее всего, бедолагу кота испугала магия переселения душ, вот он на мне и оторвался за секунду до прыжка в окно.

— Ложитесь спать, госпожа Рия. — Эгорт поднялся, закупоривая баночку. — Завтра у нас долгий путь. Отправимся сразу после завтрака.

Уверять, что я не та Рия, которой он привык прислуживать, было без толку. Доказательства исчезли, а против меня выступал веский аргумент не желать участия в отборе невест — страх Алкарии перед темным лордом.

— Как долго нам еще ехать? — спросила я, всего на секунду задержав Эгорта возле себя.

— Два дня. — Он задул свечи, и темнота заговорила его голосом: — Не волнуйтесь, мы успеем в Ликроун до прибытия Дэлла Агосто и Линдала Бесстрашного.

Об этих именах Алкария мне не сообщила. Судя по фамилии, Дэлл Агосто был родственником жениха, а вот второй… Почему у него прозвище такое жуткое? Или напротив — рыцарь какой?

Я вскарабкалась на кровать, укрылась одеялом и попыталась последовать совету ушедшего Эгорта — поспать. У меня даже получилось закрыть глаза, но уже через несколько секунд они распахнулись. Как я могу спать?! Меня колотило от новостей и своей новой сущности!

Попробовала отвлечься на созерцание проулка, вид на который открывался из окна второго этажа, где располагалась моя комната. Холодный лунный морок, громкие пьяные голоса из бара напротив и запах лошадей — вот что встречало меня в этом городишке. Ни электричества, ни телефонов, ни интернета, ровным счетом — ничего.

Порылась в корзине с бельем, перебрав совершенно непривлекательные тряпки, и просто разревелась. Я всегда за собой ухаживала: салоны красоты, спа, фитнес. Я пользовалась лучшей косметикой, одевалась в самые модные вещи, коллекционировала туфли и украшения, собиралась покупать машину. И куда все это делось? Я застряла в отсталом мире, в теле колхозницы, с перспективой либо выйти замуж за какого-то морального урода, либо вернуться на свиноферму и до самой старости вкалывать на отца. Зря я упрекала себя за свадьбу с Максом. Даже мое скучное замужество было круче всего этого.

— Ну что опять? — тяжело вздохнул вернувшийся ко мне Эгорт.

Я хлюпнула носом, протянув:

— Я некраси-и-ивая…

— Госпожа Рия, вы прекрасно знаете, что над вами поработают оформители, прежде чем представить заказчикам. Пусть Айвор Агосто вас и не выберет, но на отборе будет полно именитых гостей. Кто-нибудь все равно вас заметит. Ведь главное — попасть в Ликроун. Редкая девушка уезжает оттуда незамужней.

Я завыла еще пуще. Я вещь. Кусок мяса, который кто-нибудь обязательно сожрет на предстоящем пиршестве.

Эгорт нервно поскреб бровь. Психологическая помощь от него — так себе.

— Хорошо! — сдался он. — Только пообещайте, что не сболтнете об этом своим родителям.

Я замерла, всхлипнув.

— Одевайтесь! — велел Эгорт и вышел.

Что он задумал, я не представляла. Но покинуть эти давящие стены хотела, поэтому выкопала из горы тряпок что-то похожее на платье. Лифчика и красивых трусов я не нашла, зато под руку попались нарукавники и накладки на задницу.

Я закатила глаза. Хорошо, что вместо пуш-ап ничего не нашлось. Грудь у Алкарии, надо признать, была аппетитной — упругой, высокой, аккуратной, что-то между «двойкой» и «тройкой». Хоть какой-то приятный бонус к основному «подарку». Ведь моя родная «единичка» была вообще не в кассу. Я даже подумывала о ее хирургическом увеличении после покупки машины. Надо же было на что-то отвлекать внимание в случае, если: «Ты че, дура, насосала?!»

Сняв с себя сорочку, я уронила челюсть. Вместо трусов на мне были смешные пышные шортики с резиночками, напоминающие детский подгузник. Буквально удар под дых. Для окончательного фиаско на отборе в них оставалось только тверк выдать.

— Это уже перебор, — психанула я.

Сняла их с себя и прямо на голое тело надела платье. Проблемой оказались пуговицы на спине. Пару нижних я застегнуть сумела, а выше было сложнее. Так руки выворачивать я не умела даже в новом теле.

— Эгорт! — окликнула я своего пока единственного знакомого человека в этом мире.

За дверью послышались шаги. Он вошел в комнату, уже одетый и собранный. Рубашка была прибрана под плотную расшитую почти незаметным узором жилетку, брюки заправлены в сапоги, волосы спрятаны под шляпу. А в руке он сжимал то ли куртку, то ли сюртук.

— Помоги мне… — Я повернулась к нему спиной, но он и с места не сдвинулся. — Пожалуйста…

Хрипло кашлянув, он неспешно и не совсем уверенно приблизился, в порошок стирая осколки зеркала подошвами сапог. Положил куртку на край кровати и осторожно, стараясь не прикасаться к моей коже, принялся застегивать пуговицы.

— Мне отвернут голову за это.

— За то, что помогаешь мне одеться?

— Это же покушение на вашу честь, — произнес он, все туже стягивая мою грудь тканью платья. — Почему вы сняли нижнюю рубаху?

— В смысле? Я что, платье на платье должна была напяливать?

Эгорт замедлился. Мой ответный вопрос его смутил. Но откуда же мне было знать, что здесь девушки как капусты наряжаются?

Он закончил возню с пуговицами, так и не прикоснувшись ко мне. Даже нарочно, невзначай. Похоже, определенные табу здесь впитывались в сознание с молоком матери.

Взяв свою куртку, перекинул ее через согнутую руку и кивком указал на дверь.

— Идемте. Хочу вам кое-что показать…

Я надела не самые удобные туфли с побитыми острыми носками и контрольный раз взглянула на себя в зеркало. Бесспорно, мне досталось сильное тело, годами тренированное работой на ферме. А еще теперь я была высокой, фактически — дылдой. На полголовы обошла бы Макса. Но рядом с Эгортом смотрелась очень даже достойно.

Вздохнув, направилась за ним к двери, где он вдруг остановился.

— Госпожа Рия, а перчатки, шляпа? Вы же не хотите, чтобы какой-нибудь случайный налакавшийся прохожий принял вас за шлюху? Ночь на дворе.

О как! То, что девушка леди, здесь еще приходилось доказывать.

Возвратившись к корзине, отыскала в ней тонкие перчатки с причудливыми бантиками на тыльной стороне ладони. Одну надела легко, а с другой пришлось повозиться. Бинт мешал. Попавшуюся под руку небольшую шляпу нахлобучила на лоб, из-за чего пришлось повыше задрать нос, чтобы взглянуть на Эгорта.

Улыбнувшись, он пальцем толкнул ее поля вверх и чуть скосил. Оказалось, головные уборы тут нужно носить под определенным углом.

Со своими скупыми знаниями, недополученными от Алкарии, я обязательно на чем-нибудь проколюсь!

Узкий коридор мотеля, где мы ночевали, вывел нас к лестнице, скрипящей каждой ступенькой. Словно владельцы этого средства размещения путников нарочно содержали ее в таком состоянии, чтобы никто не ускользнул незамеченным.

Стоило мне об этом подумать, как перед нами будто из-под земли появился усатый пузан, освещаемый коптящей масляной лампой.

— Сбегаете?

— Торопишь события. Мы еще никого не убили, — пошутил Эгорт, но при этом даже не улыбнулся. А у меня мороз побежал по позвоночнику. Веселенькие тут шуточки. — За вещами пригляди. Что-то пропадет, шкуру спущу, — угрожающе предупредил он толстяка, но напугал меня.

Эгорт пропустил меня вперед, позволив первой выйти на улицу. И хотя стены больше не ограничивали мою свободу, дышать полной грудью было тяжело. Платье сдавливало грудь. Наверное, шилось с целью лишний раз напоминать женщине, какое ей место отведено в обществе.