Сын палача Том 2 (СИ) - Протоиерей (Ткачев) Андрей - Страница 21

Однако реальность меня удивила. Клану Телсодан принадлежал дом торговца. Да, для жилья это место вполне подходило, но… Не для приемов. Пригласить сюда для беседы тет-а-тет можно, но на этом и все. Статус все же не тот и некоторые вообще могли посчитать подобное приглашение скрытым оскорблением.

В тесном дворе пара мальчишек под руководством какого-то старика наводили уборку. Стоило нам показаться у ворот, как слуги переключились на новую задачу. Создавалось впечатление, что к нашему появлению они совершенно не готовы. Старик коротко переговорил с вышедшей из дома женщиной, а после чего еще несколько мальчишек выбежали из дома и направились куда-то в сторону рынка. Ждать, пока не слишком ловкие парни закончат с каретой, я не стал. Сам заехал в небольшую конюшню и позаботился о своей лошади. Вернулся во двор и подошел к Раде.

— К кому обратиться с размещением? — она единственная из тех, кто мог быть в курсе этого и мог ответить на этот вопрос.

Девушка немного растерялась, разрушив мои надежды.

— Наверное… Спроси в доме. Сам видишь, у них тут ничего не готово.

И это еще мягко сказано. В конюшне стояло несколько телег, отчего просто не хватало мест нашим лошадям. Да и куда поставить карету тоже пока не определились. То ли выставлять телеги на улицу, то ли карету оставить под возможным дождем. Для обитателей дома телеги явно были ценнее какой-то там кареты, но тут уж не им решать.

В доме найти кого-то тоже получилось не сразу, мне попалась женщина, выходившая наружу и разговаривающая с дворовым слугами. Обычная уставшая женщина, похоже, тянущая весь местный цирк, показала комнату и извинилась, что есть сложности с чистым постельным бельем.

— Похоже, у вас тут везде сложности есть, — я попытался выразить сочувствие. Лучше проявить такое участие, чем аристократическое высокомерие. Порой помощь слуг стоит нескольких часов собственных поисков. Да и был я в проявлении своих чувств вполне искренним. — Тяжелая неделя?

— Если б только неделя, — тяжело вздохнула женщина, устало поведя плечами. — Располагайтесь, господин.

Создавалось такое впечатление, что этот дом приобрели только по случаю и мало кто верил, что им вообще в ближайшие месяцы кто-то воспользуется. Кажется, никто и не питал надежды на появление господ, как и сами господа не проявили интереса состоянием дома и вовремя не распорядились выделить деньги на приведение его в должное состояние. Возможно, с нашим появлением тут зашевелятся, и дом станет более уютным. Хотелось бы верить.

Ну хоть в этот раз досталась нормальная комната.

Я быстро раскидал вещи и выглянул через окно во двор. Для кареты место все же нашли, скоро закончат бардак и начнут нормальное расселение новоприбывших. Рады и Оррисы на улице уже не было. Поискать? Чтобы получить от любой из них отворот-поворот? Перестаю понимать, зачем вообще меня с собой брали. Было очень большое желание отправиться на самостоятельный осмотр города, восстановить какие-нибудь контакты. Но я все же сдержался. Посмотрим. Может быть, Орриса окажется права, и все процедуры при ее личном участии пройдут легко?

— Господин генерал-губернатор очень занят, — чопорно ответил холеный придворный. — Записей на аудиенцию не ведется до особого распоряжения.

Первый «штурм» бывшего королевского дворца, ныне резиденции генерал-губернатора, прошел на следующий же день после нашего прибытия. Окончился он ничем, в самом прямом смысле. Оррису, а соответственно меня и Раду, не пропустили даже за ворота. Причина — отсутствие верительных грамот или особых распоряжений на наш счет со стороны генерал-губернатора. Орриса апеллировала к каким-то там законам империи и правам, дарованным роду Эвверан, но результата не достигла — слуги стояли на своем и их не пугали никакие кары, которые завуалировано посылала на их голову жена патриарха рода.

После такого настойчивого нежелания нас не пускать внутрь, мы были вынуждены совершить поездку в администрацию, почему-то отделенную от резиденции генерал-губернатора, вот из-за такого деления я перестал понимать устройство имперской административной системы. Почему чиновников нельзя было разместить в резиденции, если генерал-губернатор постоянно находится там? Имперцы с их собственным представлением на такие вещи…

Какие именно документы и разрешения получали Орриса и Рада я не видел, оставшись на улице. Тут мое присутствие не требовалось, да и я не особо стремился просиживать часы в ожидании в душном помещении. Только это заняло больше половины дня.

Затем были поездки к каким-то знакомым или друзьям, но там я вновь сторожил карету на улице. И ведь никто не потрудился мне прояснить суть переговоров и встреч. Даже на мой прямой вопрос. Орисса просто отмахнулась, погруженная в свои мысли, а Рада проигнорировала меня.

И вот на следующий день мы снова приехали в резиденцию, в которую нам было позволено войти после тщательной проверки всех бумаг, на сбор которых ушел вчерашний день. Однако чиновник, с не совсем понятной мне должностью «распорядитель», встретивший нас и выслушавший желание Оррисы увидеться с генерал-губернатором Анталом, нас вновь завернул.

— Это не аудиенция, — Орриса каким-то чудом сохраняла достоинство и спокойствие. — Всего лишь неформальная встреча старых знакомых. Сообщите Анталу или его адъютанту, Феликсу, что к нему в гости зашла Орриса Эвверан.

Распорядитель, сохраняя вежливое выражение лица, глазами презрительно насмехался.

— Феликс Хьюз более не является адъютантом господина генерал-губернатора.

Орриса чуть досадливо дернула скулой, но все же сумела сохранить прежнее спокойствие и доброжелательность.

— И кто же занимает эту уважаемую должность сейчас?

Хлыщ выразил одними глазами нечто похожее на: «как же я устал отвечать на глупые вопросы какой-то деревенщины».

— Эту должность на данный момент занимает Алеф Квик.

Орриса кивнула и с достоинством пошла к выходу.

— Нам нужно совершить несколько визитов, — сказала она Раде. — И мне необходим вечерний наряд.

Я мысленно застонал. Очень захотелось как-то ускорить процесс, а не вновь проводить часы в ожидании того, как женщина получит все необходимые ей документы, поэтому я встрял.

— Лучшую одежду, которую когда-либо можно было купить в этом городе, шил исключительно Камил Черос. Полагаю, он и теперь занят любимым делом. Камил всегда был безразличен к политике.

— Я не буду покупать одежду где попало, — вздернула подбородком Орисса, демонстрируя свой гордый вид. А вот перед чиновниками она вела куда более сдержанно. — Меня просто не примут в обществе, если на мне не будет платья согласно последней моде. Имперской моде. Платья, выполненного имперскими ткачами.

— Какая удача, — поморщился я, стараясь, чтобы в моем голосе слышалось как можно меньше язвительности, — что раз в пару лет именно новые платья Камила задавали моду всего высшего света, в том числе и имперского. Я полагаю, он известен вам, по своему более распространенному прозвищу — Мастер Гурме.

Обе волшебницы споткнулись на ходу, обернувшись на меня. Причем они имели лица такие, будто смотрели на еретика, который сейчас пытался обратить их в свою веру, когда они являются яркими приверженцами своей.

— Этого не может быть, — громким шепотом прошипела Орриса, сделав шаг ко мне.

— Однако это именно так, госпожа, — я чуть улыбнулся, немного наслаждаясь ее реакцией. — Так вы считаете его достойным для себя?

Последнее все же, несмотря на мои попытки сдержаться, прозвучало язвительно, но извиняться я не стал. И стыда не испытываю. Орриса взглядом облила меня негодованием, но развивать конфликт не стала. К тому же простое знание, что один из законодателей мод скрывается не узнанный прямо здесь ее, похоже, грело. Я знаю, что на балах и приемах наряд для дамы очень важен, даже играет какую-то свою роль, особенно в империи, и имеет множество нюансов, на которые так сразу и не обратишь внимания. Сам не успел вникнуть во все эти тонкости. Хватало родовой программы обучения, сжиравшей львиную долю моего времени. У мужчин, как правило, таких нюансов в разы меньше, чем у женщин, поэтому я со спокойной душой эту часть обязательно обучения пропустил мимо себя. А затем была война, да…