Сын палача Том 2 (СИ) - Протоиерей (Ткачев) Андрей - Страница 18

Странное.

Дверь в столовую вообще не была заперта. Зайдя внутрь, я слегка опешил. Резная мебель, очень дорогая, изящная обстановка. Ощущение такое, будто я попал на пышный прием к богатой семье, а не поужинать пришел в придорожном трактире. Слуг не было видно, только за одним из столов сидел мужчина.

В инвалидной коляске. Необычное соседство, но не более того.

Целители могли исправить множество розничных проблем, но были и болезни, которые им не поддавались, а еще не каждый мог позволить себе длительные курсы лечения у мага высокого круга. Среди богатых людей хватало тех, кто имел какую-то проблему со здоровьем, но решался с нею жить, так как на лечение требовалось потратить все свое состояние, что чаще всего было нецелесообразно.

Бар найти оказалось несложно, специальные полочки с бутылками различного содержания и соответственно стоимости сразу бросались в глаза. А вот отыскать еду оказалось чуть сложнее.

— Самообслуживание, — донесся до меня голос калеки. — Вы все найдете в соседней комнате. Так уж тут заведено.

Он ловко развернулся, умело пользуясь колесом. Ноги укутаны одеялом. Правая рука отсутствует до плеча. На левой не хватает безымянного пальца и мизинца. Лицо обезображено шрамом, начинающимся где-то под волосами над левым глазом, проходит через собственно глаз, отсутствующий, скулу, щеку, рот и останавливается на подбородке. Если бы это были бы обычные травмы, то Зак смог бы их вылечить, пусть не сразу, за несколько месяцев, может год, но все же.

Однако здесь, вероятно, были куда более сложные повреждения, которые не каждому целителю по плечу или вообще невозможны для исправления. Проклятия, например. Или повреждения самой ауры. Но я на калек успел насмотреться, поэтому у меня вид этого человека не вызвал бурю эмоций, также я знаю, как ранее здоровые парни реагируют на подобные взгляды. Поэтому я обращался с ними как к обычными, ничем не отличающимися от других, людьми.

— Интересный подход, — озвучил свои сомнения, приоткрыв дверь в кухню.

— Ну, я полагаю, вы отказались от ужина в комнату, — угадал он. — Если вам не сложно, возьмите и мне чего-нибудь легкого, овощного. Мясо мне противопоказано, — раздался от него странный звук, который я интерпретировал как попытку посмеяться. Вышло жутковато, но я постарался не показать этого.

— Да, конечно, — кивнул я. — Сейчас.

Набрав калеке овощного салата, я решил проявить солидарность и не налегать на мясные блюда. Кухня в плане подготовленных для гостей вариантов обеда, ну или ужина, тут кому как удобнее, была мне не особо знакома. Здесь не было даже тех блюд, которые считались классическими в империи и по идее должны подаваться в любом заведении. Но какая, по сути, разница, главное — есть что поесть, а остальное уже частности.

— Благодарю, — кивнул мне мужчина, подтягиваясь к столу.

Глянув на мои тарелки, он улыбнулся, вышло опять же кривовато, но уже не так пугающе, как я подумал изначально:

— Если вы из уважения не набрали себе мяса, то это было совершенно напрасно. Я осознаю свои ограничения и совершенно не хочу доставлять неудобства из-за этого другим. Если вы наберете других блюд, меня это нисколько не обидит, наоборот. Хотелось бы похвастаться кухней.

— Похвастаться? — не совсем понял я. И тут же предположил: — Вы хозяин?

— Не совсем, — улыбнулся мужчина. Улыбка вообще у него была довольно-таки открытая и искренняя, будто он любил свое дело и изменения в его внешности нисколько не трогали моего собеседника. — Но готовят здесь действительно исходя из моих вкусов. Если откроете бутылочку вина, я с удовольствием расскажу вам свою историю. Как видите, — иронично хмыкнул удивительно сильный мужчина, который прекрасно осознавал в каком он положении, но даже в таком состоянии жил полноценно. Это дано далеко не каждому и вызывало уважение. — Рассказывать истории — одно из немногих удовольствий, которое мне осталось.

Почему бы и нет? Все равно делать нечего, а незнакомец действительно может поведать что-то интересное и поучительное. Всяко лучше, чем пытаться перехватить Раду и поговорить с ней.

— Что предпочтете? — спросил я, подойдя к бару и в задумчивости окидывая разнообразие, представленное в нем.

— Долину Цень, белое.

Я взял бутылку вместе с бокалами. Пока разливал еще раз осмотрел своего случайного собеседника. Пытался найти что-нибудь, что не заметил при первом взгляде. И нашел. Кожа. Пусть мужчина в целом был бледен, почти болезненно бледен, но кожа имела желтоватый оттенок. Он, скорее всего, имперец, но точно не чистокровный вэллиец.

— Премного благодарен! — он отсалютовал мне бокалом. — Вас совсем не удивляет мой вид. Создается впечатление, что подобное, — указал он покалеченной рукой на свое лицо, — вам уже не раз доводилось видеть. Неужели ветеран?

— Да, — кивнул я. — Участвовал в местной войне.

Мужчина был немного старше меня, но случившееся отразилось на нем, прибавив десяток лет. Он внимательно смотрел на меня, после чего заговорил, не спрашивая, а утверждая:

— На стороне королевства. Мы с вами были врагами, уважаемый.

— Оставим прошлое в прошлом, — поднял я свой бокал. — Сейчас я подданный империи.

Мой визави охотно меня поддержал.

— Конечно! Я и не прошу ничего доказывать. Даже будь вы преступником, что бы я сделал? Покрыл бы вас матами?

— Как удачно, что я вовсе не преступник, — улыбнулся я этой несмешной шутке. — Вы расскажете мне свою историю? Вы смогли поселить во мне любопытство.

Калека умиротворенно улыбнулся, что с учетом шрама выглядело очень натянуто. А затем откинул одеяло, прикрывающее ноги. Правая нога заканчивалась чуть выше колена. Левой не было вовсе, вместе с куском бедра.

— Вы что, снаряд поймали? — присвистнул я. — Позволите?

— Конечно! — мужчина разрешающе махнул рукой. — Любопытно, что вы сумеете понять? Вы маг Жизни?

— Хаоса, — не стал скрывать я, подходя поближе.

— О! — оживился он от такого ответа. — Очень любопытно.

Да уж, любопытно. Напрягая магическое зрение, я начал углубляться в совершенно не сопротивляющееся тело мага, а сидящий напротив меня действительно им явл… был. Да, магической силы на самом дне, которой хватало лишь для поддержания жизни. На месте частей тела призраки — остаточные структуры, по которым некогда струилась энергия. Именно благодаря им Зак смог бы воссоздать потерянные конечности, благо тело и энергетика помнят, какими они были изначально, и сами помогают плетениям в возвращении исходного состояния. А раз мог бы Зак, то на это способны и другие маги его уровня, и я не верю, что к ним не обращались. Не создавалось впечатление по этому мужчине, что ему не хватило бы денег на подобные услуги. Только его коляска, изготовленная с учетом управления единственной рабочей рукой, чего стоит — настоящее чудо механики.

Видимо, это далеко не единственные повреждения. Углубляясь в энергетическую структуру тела, я нашел проклятие, практически разрушенное заложенной в него энергий, которая истратилась почти до конца, целыми остались лишь некоторые модули из общего плетения. Там было намешано, впаяно что-то безумное, так как эти остатки должны были уничтожиться до конца, самоуничтожиться при повреждении целостности связывающего их конструкта.

Еще одно проклятие — вот это смогли вылечить, здесь лишь остаточные следы. Если я правильно понимаю, то, будь магическая система калеки здорова, этот след затянулся бы сам, благо энергетика мага, как собственно и его тело имеет определенную степень регенерации. А так… А вот и повреждения в голове. Единственное место, где сама магическая структура отсутствует, как будто ему отрубили кусок головы. Физически это выглядит как шрам. Но по сути… По сути, удар пришелся в первую очередь на энергетическую структуру головы — удивительно как при таком повреждении мужчина еще ясно мыслит, головные боли, должно быть, у него просто ужасны.

— Шрам на лице получен в поединке с магом. Ставлю на огненное заклинание пятого круга, — предположил я. Склонив голову набок и чуть присмотревшись уже менее уверенно добавил: — Либо на магию Смерти четвертого.