Город, затерянный между мирами (СИ) - Гашенева Мария - Страница 77

Когда Райан ушел, Вика легла на кровать, блаженно потянулась, позволяя телу расслабиться и отдохнуть. Взгляд ее скользнул по прикроватному столику, на котором покоилась в ожидании трубка и коробка с табаком. И тут девушка поймала себя на мысли, что весь день не думала о сигаретах, и вообще ей больше не хочется курить.

***

— Это тебе! — Ленд вошел без стука в комнату Надежды и с широкой улыбкой на лице протянул ей горшок с торчащими из потрескавшейся земли сухими колючими палками.

— Это что? — недовольно спросила девушка, отрываясь от вышивания.

— Цветочек! — Ответил Ленд и поставил горшок на стол, рядом с Надеждой.

— Скорее мертвый цветочек! — возмутилась Надежда, брови ее поползли вверх. — Очень странный подарок для девушки.

— Ничего ты не понимаешь! — возразил Ленд. — Протяни руку над растением, зарой глаза и представь его живым и цветущим.

— Не буду! Бред какой-то! Ты даришь мне мертвый цветок и хочешь, чтобы я представила его живым. — Надежда сложила руки на груди.

— Ну, нет! — Ленд закатил глаза. — Мы учиться будем или нет? Сделай, то, что я сказал. Протяни руку, закрой глаза, представь, как цветок зеленеет, оживает, зацветает.

— Не хочу! — Девушка поджала губы.

— Тогда цветочек будет мертв, его смерть на твоей совести. — Ленд пожал плечами.

— Хорошо, но ничего из этого не выйдет! — Надежда скривила губы. Но все же вытянула руку, закрыла глаза, сосредоточилась и замерла.

Цветок стал изменяться, стебель посветлел, ожил, пустил свежие побеги, образовалась молодая ярко-зеленая листва, появились бутоны, они набухли, налились силой, стали распускаться, выпуская на свет белые лепестки с ярко-алыми прожилками. Роза ожила, и тонкий, еле уловимый аромат поплыл по комнате.

— Я думаю, хватит! — Тихо проговорил Ленд.

Надежда скривила губы и открыла глаза. Недовольное выражение вмиг исчезло с ее лица, оно сменилось удивлением.

— Это ты сделал? — Девушка посмотрела на Ленда широко распахнутыми глазами.

— Это ты сделала! Это твой дар! — Ленд тепло улыбнулся. — Дар матери земли имеет два проявления. Первое — это воздействие на саму землю, например создание разломов, выравнивание почвы, создание гор и холмов, землетрясения. Но этим мы займемся позже. Мы не станем делать сначала ничего сложного, просто углубление земли и возвышения. Второе — это воздействие на все, что растет на земле. С этого, мы и начали. Мы можем выращивать цветы, лечить деревья и убивать сорняки. Этим мы сегодня и займемся. Вернее, уже занимаемся.

— Удивительно! — Надежда заворожено смотрела на цветок, а потом перевела взгляд на Ленда, в ее глазах больше не было раздражения и презрения, они смотрели по-детски восторженно.

— Согласен. А сейчас мы пойдем с тобой на улицу. Я приметил одну клумбу, она очень сильно заросла, и мы с тобой приведем ее в порядок. Уничтожим сорняки, и спасем цветы. — Под ее взглядом Ленд даже немного смутился. Он настолько привык, что она всегда злая и недовольная, что теперь даже растерялся.

— Ну что, готова? — нарочито бодро поинтересовался он.

— Я думаю, да. — Надежда поднялась на ноги, глаза периодически косились на розу.

— Вот и славненько. Ты ничего больше не ощущала? Ничего необычного с тобой не происходило?

— Нет. — Надежда пожала плечами. — Убивать взглядом у меня не получилось, я пробовала, долго на тебя смотрела, но ты живой. Еда ядовитой не делается, да и кислотой я не плююсь.

— Запомнила же! — Ленд громко рассмеялся. — Просто очень интересно, какая у тебя вторая способность.

Улица встретила их ярким послеобеденным солнцем. Большая клумба в одном из укромных уголков замка действительно находилась в плачевном состоянии. Высокие сорняки заполонили собой все пространство, затеняя цветы, и отбирая у них живительную влагу. Огромная колючка, поблескивая шипами, гордо произрастала из середины клумбы, достигнув в высоту человеческого роста.

— Видишь, как много здесь работы! — Произнес Ленд. — Начнем, пожалуй, с сорняков. Тебя ведь их не жалко, я надеюсь.

— Не жалко! — ответила Надежда. — Но мы не взяли, ни перчаток, ни инструментов.

— Они нам не понадобятся, только дар. — Возразил Ленд. — К сорнякам придется прикасаться, чтобы не навредить полезным растениям. Касаешься, аккуратно, особенно колючки. Она ядовитая, но пусть тебя это не волнует, яд растений больше не сможет тебе навредить. А вот уколоться ты вполне сумеешь. Так вот, касаешься, закрываешь глаза и представляешь, как сорняк сначала вянет, сохнет, и рассыпается в пыль, а энергия перетекает к тебе. Со временем ты будешь это делать с открытыми глазами, но пока не поймешь, что к чему, лучше не отвлекаться. Энергию, кстати, ты потом потратишь на спасение цветов. Все понятно?

— Более или менее — Ответила, Надежда.

— Хорошо, давай начнем с колючки! — предложил Ленд.

Девушка аккуратно коснулась пальцами мощного растения, так, чтобы шипы не навредили коже. Закрыла глаза и проделала все, что сказал Ленд. Сначала ничего не происходило.

— Если чувствуешь тепло на кончиках пальцев, потяни его на себя. — Подсказал Ленд.

Колючка стала вянуть, засохла и осыпалась на землю. Девушка, почувствовав, что под пальцами ничего больше нет, открыла глаза.

— Странное ощущение! — тихо сказала она, и потерла ладонь.

— Продолжим! Сорняки сами себя не уничтожат! — поторопил ее Ленд.

Когда с вредными растениями было покончено, а клумба покрылась их сухими обломками, Надежда перевела дух. Чувствовала она себя бодро, хотелось активной деятельности.

— То, что ты сейчас сделала, называется забор энергии. Те, кто обладают Даром Матери земли, могут забирать энергию у растений. Если ты будешь истощена, это может спасти тебе жизнь. — Продолжил объяснения Ленд. — Это самое простое применение дара. Теперь, ты будешь учиться отдавать энергию. Ты это уже проделала с розой. Руки над клумбой, глаза закрыты, представляешь, как цветы оживают и растут.

Надежда с охотой проделала все, что сказал Ленд.

— Если почувствуешь себя нехорошо, появится слабость, сразу прекращай, это значит, ты начала отдавать больше, чем забрала.

— А могу я попробовать с открытыми глазами? — спросила Надежда.

— Попробуй! — Одобрил Ленд.

Цветы зазеленели, потянулись вверх, распустили бутоны, запестрели красными, белыми, оранжевыми, синими пятнами. Надежда широко улыбнулась. Такой искренней и теплой улыбки Ленд не видел у нее ни разу. Парень тоже улыбнулся, дар Матери Жизни разрушил преграды между ними.

***

Большая каменная чаша была до предела заполнена дровами, и пламя яростно и с удовольствием кормилось ими. Огонь горел ярко, потрескивал, выбрасывая в воздух ворох горячих искр. Жар плыл над костром. Дым, подхваченный легким ветерком, уже пропитал своим запахом одежду и волосы.

Огонь Марию не слушался. Сначала она очень боялась, не могла заставить себя протянуть руку и коснуться пламени. Она чувствовала жар, кожу пронзала боль, она сохла и шелушилась. И когда девушка все же решилась, преодолела себя, зажмурилась и засунула руку в огонь, сжавшись от ожидания чудовищной боли. Ничего не произошло, пламя расступилось, обогнуло ее, не послушалось, но и не причинило вреда.

— Ты просто боишься. — Устало улыбаясь, произнес Ред. — Поэтому, вместо того, чтобы принять пламя, ты его отталкиваешь. Это тоже одно из проявлений дара небесного огня, но у нас сейчас другая цель. Ты должна научиться притягивать его.

Мужчина протянул руку к огню, коснулся пальцами оранжевых языков пламени, они потянулись к нему, поползли по коже, словно живые. Ред убрал руку от костра, и огонь остался с ним, рыжей перчаткой окружил кисть. Плоть под пламенем никак не изменилась. Не стала трескаться или гореть, огонь танцевал на ладони дракона, отражаясь в его глазах. Мужчина сжал руку в кулак, и пламя исчезло, словно не было его вовсе.