Багряный декаданс (СИ) - Солнцева Анастасия - Страница 47

Я поспешила метнуть взгляд вправо и натолкнулась на того, кого совсем не ожидала увидеть. Феликс Янг. Он тоже был здесь, он тоже сражался и оказался проткнут одним из камней, чей острый угол торчал из вспоротой груди парня, выгнувшегося и раскинувшего руки и ноги. Смерть придала его коже еще большую бледность, а чертами — выверенную аристократическую утонченность, которая раньше была не столь очевидной, и живописную умиротворенность. Веки его были прикрыты, так, словно он просто уснул… чтобы никогда больше не проснуться. Длинные черные ресницы отбрасывали изящные тени на высокие лепные скулы, превращая его в героя меланхоличной пьесы.

Я боялась посмотреть дальше, туда, где на расстоянии меньше метра, лежало тело еще одного молодого воина.

Закусив губу, на краткое мгновение крепко сжала глаза, а после распахнула глаза, чтобы увидеть, чтобы понять и принять.

Тай лежал на боку, прижав одну руку к груди и что-то небольшое сжимая пальцами. Рядом с ним был брошен длинный тонкий клинок, окровавленный и обломанный, как если бы на него наступили, переломив лезвие напополам. Но разве такое возможно? Всемогущее оружие демонов… кто мог совершить подобное?

— Луан, — будто подслушав мои мысли, прокряхтела старушка. — Он достиг того, чего желал. А потом явился мстить.

— За что? — тяжело сглотнула я.

— За годы изгнания, — Шай-Лея закашлялась. — За годы унижения. Ведь он видит своё предыдущее поражение именно так. И сейчас… ему нужна только победа. Он готов отдать за неё всё. Даже жизнь своих детей.

— Вы сказали «детей»? — переспросила я, стараясь не смотреть на выражение муки, исказившее облик всегда идеального принца. Но взгляд вновь и вновь возвращался к демону, в то время, как где-то глубоко внутри зарождалось глубокое чувство потери. — У него были еще дети, кроме моей старшей сестры?

— Второй ребенок — сын. Он полностью предан своему отцу. И он рядом с тобой.

— Да рядом со мной вообще толпа народу…! — выкрикнула я, утопая в беспомощности.

Старушка медленно повернула голову. Со сморщенного лица сквозила безмятежность, но взгляд умных глаз казался острее игл.

— Ты очень похожа на неё. Она была такой же…

— Мерсина, — проговорила я имя сестры вслух. В первый раз. Раньше у меня в голове был лишь безликий смутный образ, а теперь он начал приобретать очертания, преодолевая забвение. Одновременно с этим я будто бы становилась к ней ближе. — А такой же — это какой?

— Наивной, — обрубила старушка. — Она должна была бороться и победить! А вместо этого просто сдалась! Сама уничтожила свою жизнь…

— Но что она могла сделать! — возмутилась я. — У неё отобрали всё: силу, мать, семью, любимого!

— Силу можно было вернуть, — тяжело моргнула Шай-Лея. — Для этого достаточно было лишь толики смелости и крупицы надежды. Но теперь уже поздно. Для Мерсины. А для тебя нет. И для них — тоже.

Шай-Лея вновь взмахнула рукой, будто опуская занавес, и все исчезло — погибшие демоны среди таких же мертвых товарищей по несчастью, залитые кровью камни и влажная земля, Луан, проходящийся среди поверженных воинов с видом победителя.

— Сделай так, чтобы Битва не состоялась.

— Но как?! — я была в отчаянии.

— Найди способ, — упрямо дернула дряблым подбородком вещунья. — И помни — Луан был готов убить твою мать, и тебя тоже не пожалеет.

Сердце заколотилось с утроенной силой.

— Не справишься — они все умрут.

— Нет, — замотала я головой. — Нет, это слишком! Я не смогу! Я не знаю, что… Не знаю, что мне делать!

— Собери новый круг, — приказала старушка, чей слабый голос вновь стал тверже. Я всмотрелась в морщинистое усталое лицо, которое с каждым ударом сердца становилось моложе. Морщины разглаживались, осанка выравнивалась, морщины исчезали, мышцы отрастали заново, а лицо подтягивалась, словно вставая на свое место. Для вещуньи время начало отматывать назад. — Ответ ищи в имени.

— В чьем имени? — глядя на неё во все глаза, потому что теперь я видела не старушку. Я видела взрослую женщину средних лет, в которую выросла девочка-служанка, однажды ночью изменившая и мою судьбу.

— В своём. В том имени, которое дала тебе мать.

И Шай-Лея, молодая Шай-Лея бесследно растаяла в воздухе.

Я шумно вдохнула, моргнула, а когда выдохнула, поняла, что стою у примитивного ложа, держа за руку высушенную временем руку, безвольно повисшую в воздухе.

Шай-Лея умерла.

Глава 21

— Погоди, — остановил меня Инсар, когда мы преодолели невидимый барьер и оказались снаружи скрытого магией лагеря наемников.

Ша-Сур отпустил нас без лишних вопросов. Кажется, ему было все равно, что мы собирались делать и куда желали пойти.

Он скорбел. И его скорбь была всепоглощающей. Я так и не узнала, кем ему приходилась эта странная женщина, отдавшая свою молодость и свою жизнь за сомнительную возможность видеть будущее, но кем бы ни была — она дорожил ею.

Демон рывком развернул меня к себе лицом и заглянув в глаза спросил:

— Что ты увидела? Что показала тебе вещунья?

— Ну, — неопределенно протянула я, почесав затылок. Первый шок от увиденного прошел, но я все еще не верила в реальность того, что мне поведали. Я как будто бы застряла в промежутке между верой и отрицанием, и не могла шагнуть ни вперед, ни назад. Я еще не поняла, как относиться к известию о скорой гибели демонов. И что мне нужно сделать.

И нужно ли вообще что-то делать?

— Мышка, — ласково улыбнулся парень, игриво дергая меня за прядку волос. — Лучше расскажи все сама. Не вынуждай меня подозревать тебя.

— В чем? — дернулась я, но демон держал крепко.

— В то, что ты затеваешь что-то за нашими спинами, — его голос лишился всех привычно-соблазнительных ноток, сладких, как восточная сладость, и таких же изысканных, предназначенных для истинных ценителей. Теперь он глядел на меня очень серьезно, почти зло. Губы больше не растягивались в озорной улыбке, за которой я каждый раз видела обещание свести с ума этими своими полунамеками и полувзглядами. Нет, теперь на меня смотрел тот, кто знал, какую порой высокую цену способна выставить судьба. И ты либо оплачиваешь её, либо проигрываешь. А этот парень проигрывать не любил и не умел.

Следующие его слова прозвучали так хлестко, будто он решил, что пора прибегнуть к более болезненным методам:

— Не играй в эти игры. Проиграешь. Ты ведь не хочешь, чтобы с тобой что-нибудь случилось, верно?

Я закусила губу. Под внимательным и зловеще-устращающим взглядом демона собраться с мыслями было тяжело. И еще тяжелее было скрыть свои эмоции.

Поэтому я решила, что сказать половину правды будет лучшим решением.

— Она сказала, что я должна найти ответ, — выпалила я на одном дыхании.

— На что? — с подозрением нахмурил брови Инсар.

— На какую-то загадку! — развела я руками. — Разгадка которой заложена в моем имени.

— А что не так с твоим именем? — с непониманием тряхнул копной светлый волос демон.

— До этого момента я считала, что мое имя самое обычное! Но, видимо, это не так…

Я грустно вздохнула, глянула поверх плеча Тиеса и обомлела.

Потому что за его спиной стоял волк. Но не обычный лесной житель с желтыми глазами и густой серой шерстью, по весне линяющей клоками, а ледяной.

Самый настоящий ледяной волк!

Он был размером с крупную собаку, угловатым и почти непрозрачным, выструганным из мутного льда. Откуда-то изнутри него лилось чуть красноватое сияние, словно где-то там, глубоко внутри замороженного тела животного, билось настоящее, теплое и мягкое сердце. Сердце, которое и оживляло это магическое существо, глядящее на меня бесконечно умными глазами.

Ледяной волк застыл в отдалении, не пытаясь подойти ближе, будто бы не желая напугать. В первую очередь меня, потому что на демона он вообще не глядел. Кажется, волку вообще было все равно, есть он или нет. Он пришел ко мне. И пришел не просто так.

— Волк, — прошептала я чуть онемевшими губами.