Солар (СИ) - Мильберт Саша Н. - Страница 40

Я тонко улыбнулась. Точно не хуже. Вот придёт Тин и сам все расскажет, а пока…

И тут я забыла, что «пока» потому что увидела ЕГО.

Музыканта.

О, Маа… Он здесь!

Бессознательно схватив бокал с вином, я крепко стиснула хрустальную ножку и… перестала дышать. Близнецы продолжали что-то говорить, но мой слух их уже не воспринимал. Голоса друзей пропали, растворились в небытие.

Я внимала лишь несравненной игре на пианино и пению этого таинственного мужчины с серебряными волосами.

Сегодня его голос — низкий и хриплый, но такой же безумно притягательный заставлял слушать только его. Магически усиленный, он доносился до самых дальних углов огромной площади заведения, и снова я не различала ни слова из песни, которая наполняла «Последнюю каплю».

А потом… дрожь пронеслась ураганом по телу, когда я поняла, что музыкант пристально смотрит в мою сторону. Гипнотическим взглядом черных глаз. Хотя нет, не в мою сторону. Прямо на меня.

Как он меня заметил?? В этой толпе??

В зале было не протолкнуться, но все посетители, словно по команде, созерцали музыканта. Молча. Не шелохнувшись. Как величайшую ценность. Украдкой взглянув на парочки за соседними столиками, я заметила в глазах присутствующих чистый незамутненный восторг и… судорожно сглотнула.

Да что за наваждение то??

Меня безумно тянуло подойти к удивительному артисту и познакомиться. Что это — любопытство или на меня оказывают воздействие, а я не могу ему противостоять? Точно искушение какое-то… но я же могу ему поддаться? Сама? По своей воле?

Нервы, нервы… Я сделала еще несколько глотков, и мысленно досчитав до пяти, все-таки решила получить совет. Или попросту переложить ответственность с больной головы на здоровую.

— Интересная внешность у музыканта, правда? Необычная, — начала я издалека. Шепотом.

— Необычная? — с сомнением спросил Радо, и я с удивлением отметила, что на сцену мой друг вообще не смотрит.

Обернулась за поддержкой к Ледо, но тот лишь пожал плечами.

— Соглашусь с Радо, самая что ни на есть обычная. Пройдет мимо, не запомнишь. Радо, долей вина!

Что?! Вот это кое-кто пресытился! Назвать «обычной» внешность парня с серебряными волосами, необычными черными глазами, развитой мускулатурой и покрытого татуировками? Глаза, так вообще восторг и искушение! У них был очень интересный восходящий разрез, и такой я видела лишь на некоторых изображениях. С другого мира. Земли.

Фыркнув, недоверчиво покосилась на братьев. Может шутят? С них станется, эти могут.

— А как вам музыка? — осторожно закинула другую удочку.

— О, музыка восхитительна! Пение тоже! — единодушно согласились близнецы.

Ну, хоть в этом не издеваются надо мной. План созрел быстро.

— Как думаете, — поправила выбившуюся прядь волос, — не будет ли слишком смело с моей стороны попросить у него автограф? — Пригладила волосы на затылке. — Уже второй раз слушаю его пение, такой талант! Прямо руки чешутся узнать, может он дает и другие концерты?

И почти не покривила душой. Ну, правда ведь, может и на больших площадках выступает?

Близнецы одобрительно закивали в ответ.

— Надо брать, вдруг пригодится! И спроси, спроси про выступления! Хорошо поет, зараза!

Как же все-таки хорошо, что я известный в узком кругу меломан — «взятие афтографа» уже не выглядит подозрительно.

Слава Маа, появился нуб с заказанной нами ранее едой, и мужчины принялись за дело. А я… неопределенно махнув им рукой, выбралась из-за стола и, не торопясь, но быстро направилась в сторону волшебной музыки. Сама не понимая, зачем.

В голове не было даже шальной мысли, лишь одно непреодолимое желание. Желание узнать, как ЕГО зовут гнало меня вперед.

Композиция резко оборвалась.

Это я вовремя подоспела… Остановившись у края сцены, почти загораживая проход харизматичному музыканту, я стала ждать. И, как мне показалось, кое-кто собрался ретироваться.

— Темного дня! — тихо сказала я и зачем-то ляпнула, — у Вас такой необычный серебряный цвет волос! И вообще волосы красивые… А голос!

И тут же услышала изумленное:

— Ты меня видишь?

— Простите? В смысле, я Вас вижу? Конечно я Вас вижу и не только я! Вас невозможно не заметить! — начала тараторить я, но была прервана:

— Оу, мой плохой язык. Ты желала меня видеть?

Ах, вот оно что. Желала, не без этого.

Почему-то застенчиво (да что это со мной?!) улыбнулась в грудь мужчины. Да-да, именно в грудь, ибо, очутившись рядом, незнакомец оказался исполинского роста, а я почувствовала себя маленьким робким йодлем возле большого и грозного хозяина.

— Можно сказать и так. Я хотела выразить свое восхищение! Ваша игра на пианино и пение бесподобны!

Мужчина улыбнулся.

— Я рад. Как тебя называть?

Что? Как меня называть? Ах, да. Как меня зовут?

— Киана, можно просто Ки. А Вас?

Мужчина пристально посмотрел мне в глаза и…

Я не чувствовала Время. Я почувствовала, что начинаю падать в пропасть. Стремительно и неуловимо приближая ощущение полной свободы. Хотя… я уже свободна…

Это так страшно и… волнительно. Почему мне так хочется, чтобы необъяснимое фантастическое чувство длилось вечно?

— Потом.

— Вас зовут Потом?

Музыкант усмехнулся, заботливо взял меня за локоть и увлек в сторону, за сцену. Прикосновение к обнаженной коже опалило пламенем, а я… Я мужественно молила свою бедную руку не вырываться из огненной хватки. И смешно и больно. Возникло странное, но очень правильное чувство, что готова так идти хоть на край света. Да что там идти, отдаться тут же, на месте.

В черных глазах артиста разгоралось антрацитовое пламя, и взгляд… Этот магнетический взгляд, который словно говорил — «Покорись! Преклони колени! Отдайся!».

Уже… сейчас… еще мгновение…

Руки сами потянулись к лямкам на платье… но огненный разряд с такой силой прошел по моему телу, что я мгновенно очнулась. Словно вынырнула из мощного потока, который увлекал меня и топил… топил…

Так, момент. Это еще что такое???? Искусство и талант, конечно стоят того, чтобы ими восхищаться, но конкретно этого мужчину я вижу во второй раз в жизни. Да что это со мной? Что я тут вообще делаю??

Поворот.

Пустота.

Эфемерная идеальная тишина.

Едва мы скрылись от посторонних глаз, как таинственный музыкант призрачной искрой коснулся моих губ своими и, уже без всякого искажения слов произнес, чисто, броско и негромко:

— Тахир, меня зовут Тахир, Ки-а-на.

А я, каким-то непостижимым для меня образом, обнаружила себя идущую обратно к нашему серебряному столику, за которым сидели Ледо, Радо, Рус и Тин.

На сцене было пусто.

Глава 17

В ушах звенело. И далеко не хрустальным колокольчиком, а самым что ни на есть мощным колоколом, всё как в приютах Грани любят. И прямо у меня в голове.

Ощущение наимерзейшее.

Ноги заплетались, непослушное тело уносило все дальше прочь от занятого нами стола, и хотелось просто куда-то сесть. Можно прямо на пол. Даже боюсь представить, как это все выглядело со стороны, когда на негнущихся ногах, слишком долго, как мне казалось, я возвращалась обратно. Но, едва моя пятая точка коснулась стула, вдруг стало легко и комфортно, как будто и не было этих в прямом смысле обжигающих прикосновений к моей коже и бешеного стука крови в висках. Я чувствовала себя настолько великолепно, что на всякий случай ущипнула руку, а не снится ли мне сон?

Оказалось, что не снится. Меня тут же крепко обнял брат и неуловимо чувственно — Тин, который незаметно от остальных умудрился подмигнуть и показать язык, чем вызвал желание его легонько стукнуть. Вот же великовозрастный балбес!

Удачно выхватив из продолжавшегося разговора нужные фразы, я пришла к выводу, что отсутствовала я недолго. Слава, слава Маа! И с радостью обнаружила, что музыканта, к которому «Киана пошла за автографом», кроме близнецов никто не видел — остальные появились позже. «Сегодня определенно мой день», — ликовала я ровно до того момента, пока гадкий Радо не попросил предъявить добытый автограф.