Сын мага: заговор во дворце (СИ) - Мартов Константин - Страница 19

— Чаю сюда! — и указал Павлу на стул. Князь воспользовался приглашением.

— Я думал, что отец уже у вас.

— Мы с братом успеем наговориться, а пока его осматривают мои целители. Недуг серьёзный. Ты молодец, нечего сказать, спас отца, однако проклятия такого уровня обычно многосоставные, с отложенными последствиями. Расчёт, как правило, при наложении подобного рода порчи на то, что излечение будет спешным и направленным на главную опасность, то есть на предотвращение скорой смерти подвергшейся проклятию персоны. Эти меры сами по себе полезны, но активируют скрытые слои проклятия. Проклятый идёт на поправку и целители успокаиваются, а тем временем медленное проклятие подтачивает человека изнутри. Не обязательно убивает, оно может влиять на личность человека, подвергшегося порче.

— Не знал, что вы такой специалист по темным искусствам, дядя.

— А чем, по — твоему, мы тут занимаемся? Вверенная моему попечению обитель является крупнейшим в Империи центром изучения проклятий. Выскочки с Ласточкиного архипелага могут думать о себе что угодно, но правда в том, что мы разбираемся в этом лучше всех. Мои братья постоянно путешествуют, они забираются в самые глухие уголки Империи, изучая темные искусства.

Монах внёс сияющий медный самовар, кружки и разлил чай. Павел прикоснулся губами к краю чашки, но пить не стал, он не любил горячего, если, конечно, это не был приготовленный Дилмуродом кофе.

— Дядя, могу ли я воспользоваться случаем и почитать что-нибудь полезное по поводу снятия проклятий из вашей библиотеки? Или вы не записываете знания, предпочитая хранить их устно?

Кирилл жизнерадостно расхохотался:

— Ну что ты, Павлуша, конечно у меня есть библиотека. Скажешь Васильку, он тебя сопровождать приставлен, он тебя проводит куда надо.

— Раз уж зашла речь про этого Василька, что у вас тут за лабиринт, по которому он меня водит?

Кирилл посерьёзнел.

— Павел, в монастыре много чего происходит. Не всё тебе, уж извини за откровенность, знать надобно. Живи себе, пользуйся библиотекой. Где трапезная, баня и прочие необходимые удобства находятся тебе покажут. Отца можешь навещать — когда с ним не работают мои умники, но дальше не пытайся проникнуть. Я не угрожаю, но внутри этих стен моё слово — закон. Хоть ты мне и племянник, хоть ты и сын князя Плечеева, да и сам князь, но уважай наши обычаи. Не лезь, куда не позволено.

Павел понимающе кивнул. Выдержал тяжёлый взгляд Кирилла. Тот с минуту молчал, прихлебывая чай. После чего решил, что о серьёзном пока достаточно, широко улыбнулся и принялся расспрашивать князя о его приключениях на юге. С определенного момента он попросил князя обождать, кликнул помощника и тот начал записывать рассказ Павла. Они говорили довольно долго. Кирилла очень интересовала обстановка на южных границах. Павел понял из расспросов Кирилла, что дядя достаточно глубоко погружён в происходящее там. Наконец, князь откланялся и попросил Василька проводить себя в трапезную.

После сытного обеда в компании молчаливых монахов, он распорядился показать себе монастырскую библиотеку и, к немалому удивлению, получил вежливый, но решительный отказ. Василек не стал объяснять причин. Просто сказал:

— Посетить библиотеку вы сможете в ночное время. Вам это подходит?

Делать нечего, пришлось соглашаться. Павел в принципе не собирался разыскивать в библиотеке знаний о проклятиях. Точнее, он не считал это основной своей задачей, хотя новые знания никогда не бываю лишними. Основной задачей было узнать, что имел в виду Домидов, когда говорил о роли церкви в селекции магических способностей. Наверняка удастся как-то усыпить бдительность стража и поискать информацию.

Павел с трудом дождался вечера. Окно в его комнатушке было узким и упиралось во внутреннюю сторону окружавшей территорию монастыря стены. Так что понять в какой части здания понять было невозможно. Хорошо хоть солнечный свет проникал.

Когда стемнело, а колокола отзвонили вечернюю молитву, в его дверь тихонько постучался Василёк. Князь уже изнывал от нетерпения. Следуя за провожатым он прошёл путаными скупо освещенными коридорами. Дважды начав считать повороты и дважды сбившись со счёта, князь наконец оказался в просторном зале с низкими сводами. Зал был уставлен множеством шкафов с полками, забитыми книгами. Помещение чем — то напоминало комнату в особняке, где проходила встреча темных, когда он похитил по наводке Домидова книгу со средством для снятия проклятья. Однако имелись и отличия. Здесь царил порядок. В отличие от библиотеки в особняке, более похожей на собрание редкостей, которые лежали на местах, куда их положил хозяин особняка и только ему ведомо где что лежит. Здесь же всё было подчинено интересам посетителя: ряды шкафов пронумерованы, каждому отдельному шкафу присвоена буква, что отражено на табличках, приделанных с торца. Князь взял наугад книгу с ближайшего шкафа и открыл её. «Сводка урожаев по губерниям, туземным районам и поместьям». Как там папа учил: «Всегда и во всём ищи закономерность. Это позволит разобраться в истинных причинах и предугадать будущее. Такова основа любого расследования». Князь поставил книгу на место, просмотрел ещё несколько из этого шкафа. В результате расследования им было установлено, что в данном шкафу хранятся книги со сведениями об одной из основ экономики Империи: сельском хозяйстве. Дело, безусловно, важнейшее и требующее внимания — но только не прямо сейчас. Следующие несколько шкафов были набиты литературой такого же рода. Далее шли книги со сведениями по лесному хозяйству, внутренним водным и сухопутным путям, горным разработкам и так далее. Василек деликатно кашлянул. Князь вздрогнул. Он совсем забыл о его присутствии. Что ж, можно и воспользоваться присутствием приставленного к нему монашка.

— Братец, а где мне найти книги о природе проклятий и способах борьбы с ними?

— Думаю, в отделе проклятий, — ответствовал монашек.

Князь почувствовал раздражение.

— И где же сей отдел находится?

Вместо ответа монашек указал пальцем вверх. Князь поднял глаза и мысленно выругал себя за глупость. Под потолком висели деревянные таблички с указаниями: «Стихийная магия, Огонь» или «Туземные племена побережья Ледяного моря». Павел медленно пошёл вдоль шкафов, всматриваясь в надписи на табличках. Он увидел «Тёмная магия. Проклятия и порча» и остановился у шкафа, принявшись разглядывать надписи на корешках книг. Одновременно с этим он боковым зрением наблюдал за Васильком. Монашек уселся на стул и прикрыл глаза — судя по всему он использовал для молитвы любую представившуюся возможность. Должно быть, великим грешником в миру был Василек. Князь, медленно перебирая корешки и шевеля губами, понемногу сдвигался влево, постепенно скрываясь таким образом с глаз Василька. Нет никакой гарантии что он не наблюдает за князем из — под полуприкрытых век, так что надо действовать осторожно. Наконец, князь оказался скрыт от возможного наблюдения со стороны монашка. Он поставил книгу назад на полку и двинулся вглубь библиотеки. Его взгляд шарил по табличкам выискивая хоть что — то о том, на что намекал Домидов. Зачем это понадобилось Павлу — он и сам не смог бы сказать. По большому счёту всё наладилось, отец выздоравливает, нет больше необходимости срочно вступать в брак, рискуя нажить в результате сделанного выбора врагов в лице отвергнутой придворной партии. Можно жить спокойно, как раньше. Но ему не давала покоя мысль, что он лишь плод селекционного отбора. Не то что бы то ущемляло его гордость, скорее князь руководствовался чистым расчётом. Люди, разводящие породистых коней, являются их хозяевами. Князю не нравилось, что у него есть неведомый хозяин или хозяева, вырастившие его с какой — то целью. Ведь если Домидов говорит правду, и таковые действительно есть, то выходит что вся история с отравлением отца, должным привести его к смерти, а Павла к браку, была инспирирована неведомыми хозяевами. Они сочли, что Павел созрел для размножения и подобрали ему подходящих кандидаток. Неприятно. Следует по крайней мере выяснить, какое к этому всему имеет отношение его дядя.