Генетика любви (СИ) - Катрин Селина "Сирена Селена" - Страница 2

— Итак, господин Мэрриш, прежде чем переходить к вопросу о распределении ежемесячного родительского капитала, я вижу, что ваш предыдущий менеджер почему-то не заполнил поле работы. Подскажите, кем работает ваша супруга?

— Пф-ф-ф, никем, разумеется! Вы что, собираетесь унизить меня, будто я не могу содержать собственную семью?! Я буду жаловаться вашему руководству!

— Нет-нет-нет, вы не так поняли! — Сотрудник слегка побледнел. — Замужние цваргини имеют право заниматься всем, чем хотят… Многие начинают собственный бизнес, потому что им это нравится. Вас никто ни в коем случае не унижает… Это же просто анкета! Банк хочет знать максимально полную информацию о клиентах, вот и всё.

— Ах, ну если так… — Морис заметно расслабился. — Нет, Ориелла не работает. Она большую часть дня отдыхает.

«Только убираю, готовлю, глажу, стираю, заказываю еду и одежду, помогаю детям делать уроки, гуляю с ними и читаю сказки на ночь… Но да, денег в семью я не приношу», — горько подумала про себя.

Менеджер сделал пометку в компьютере.

— А вы кем работаете?

— Я — специалист по логистическим операциям.

— Простите… а какая фирма?

— Я работаю исключительно на себя.

— А, то есть вы консультируете малый бизнес, как правильно перевозить товар? Межпланетные перелёты?

— Не совсем, я работаю с людьми в рамках планеты…

Я тихо вздохнула, в тысячный раз слушая, как Морис иносказательно объясняет, чем занимается. С тех пор как у нас родились близнецы, он не менял профессию, но по необъяснимым для меня причинам стал её стыдиться. Статус отца настолько ударил ему в голову, что вдруг стало неловко произносить слово «шофёр». На Цварге царила настоящая катастрофа с рождаемостью и перекосом в сторону мужчин, но я и представить не могла, что Морис вдруг застесняется прежней двухкомнатной квартирки в городе, оформит неподъёмную ипотеку на трёхэтажное поместье в предгорье, начнёт покупать дорогостоящие костюмы и всячески делать вид, что мы баснословно богаты, когда это не так.

— Итак, когда с этим покончили, господин Мэрриш, как бы вы хотели распределить четыреста кредитов от государства? Я вижу, что вам в этом месяце надо внести ещё двести на дом, а также есть незакрытые кредиты в магазине элитных костюмов от Каррисона и частном ювелирном.

На последнем слове молодой цварг бросил на меня лукавый взгляд, очевидно предполагая, что господин Мэрриш решил побаловать жену подарком. Кисловатая горечь растеклась во рту. Банковский клерк даже представить себе не мог, что все счета из ювелирных за последние годы выставлялись исключительно за драгоценные запонки и ремешки к многочисленным мужским коммуникаторам.

Морис поморщился. Он явно не рассчитывал, что банк увидит ещё и эти долги.

— Хм-м-м, да, переведите всё на ипотеку и в магазины, а остаток я бы хотел, чтобы вы внесли на счёт кейтеринговой компании. Вот реквизиты. — Он порылся в кармане, вынул кожаную визитницу и протянул визитку.

— Всю сумму? Получается восемьдесят шесть кредитов, — по-деловому уточнил консультант.

— Да, все восемьдесят шесть кредитов, — уверенно кивнул Морис. Празднование восьмилетия мальчишек на плэнере на широкую ногу стало его следующей навязчивой идеей.

«Он очередной раз решил спустить деньги на свои желания».

Я протестующе дотронулась до рукава супруга.

— Госпожа Мэрриш, у вас есть какие-то возражения? — Банковский служащий оказался внимательнее мужа.

Морис нахмурился и раздражающе похлопал меня по руке:

— Ну что же ты, дорогая, мы всё обсудили. Послезавтра день рождения близнецов. Неужели ты не хочешь, чтобы их праздник был хорошим?

«В том-то и дело, что я хочу. Хочу видеть искренние улыбки Ланса и Лотта, когда они получат желанные игрушки, воздушные шары и торт в виде истребителя. Хочу, чтобы их день им запомнился как лучший в году благодаря весёлым играм с ровесниками, а не толпу твоих франтов-приятелей, которые будут есть мидии и пить шампанское за наш счёт и наверняка даже забудут принести детям подарки».

— Возможно, не стоит спускать все деньги на кейтеринговую компанию.

— И что же ты предлагаешь? — Муж нахмурился ещё сильнее. — Я же не могу тебе позволить провести у плиты весь день.

«Действительно, кто же тогда будет поддерживать чистоту в трёхэтажном поместье и перестилать постельное бельё для неожиданных гостей?»

За годы брака Морис всегда обесценивал всё, что я делала. Он умудрялся выворачивать наизнанку ситуации так виртуозно, что долгое время я верила, что ведение хозяйства и воспитание детей не являются работой. Обязанностью женщины — да, работой — нет. Когда же я уставала так, что сбивалась с ног и мечтала о сне, Морис говорил что-то наподобие: «Я же не могу тебе позволить провести у плиты весь день» — и обязательно добавлял, какой он замечательный супруг, который зарабатывает кредиты ради блага семьи. После его утешений всегда становилось стыдно, что я испытываю усталость от своей не-работы.

— Вообще-то я имела в виду, что Ланс и Лотт наверняка обрадуются больше, если мы пригласим их друзей из школы.

— Вот пускай друзья и поздравят в школе. — Супруг сделал ударение на последнем слове, тем самым пытаясь прекратить спор. Но внезапно я упёрлась.

— Я не думаю, что мальчики хотят видеть на свой день рождения незнакомых взрослых.

— Зато их хочу видеть я. — Тон Мориса показывал, что он ощутимо разозлился, но из последних сил старается сдерживать себя в присутствии постороннего. — Я отец семейства и раз в год могу позволить себе такой праздник. Я зарабатываю деньги в этой семье, и потому я решаю, как их потратить. Всё! Ориелла, не спорь со мной, пожалуйста. Я много раз просил тебя все важные вопросы поднимать дома. Мы всё уже обсудили.

Последняя фраза была обращена к менеджеру. Тот отвёл взгляд и торопливо протянул биосканер для подтверждения финансовых операций. Морис с размаху приложил ладонь, и техника последовательно мигнула четыре раза: ипотека, магазин, ювелирная мастерская и кейтеринговая служба.

— Теперь ваша очередь, госпожа Мэрриш. — Сотрудник банка передал биосканер в мои руки. — Дождитесь, пожалуйста, четырёх огоньков, это будет подтверждением всех транзакций.

Я взяла устройство в руки и задумчиво уточнила:

— А если я не буду подтверждать три последние операции? Я могу подтвердить только первую?

— Ориелла! Что ты себе позво…

Я буквально кожей ощутила, как вскипает и заводится муж, но и сама уже была на пределе. Это деньги, которые даёт государство на детей. И если Морис хочет праздник в свою честь, то пускай зарабатывает на него сам. Мне надоели его скачки настроения и неограниченные траты на себя любимого за наш счёт.

— Да, конечно, вы можете подтвердить только взнос на ипотеку, — не моргнув и глазом сообщил клерк. — В таком случае перевод будет только за дом.

— А оставшиеся двести кредитов?

— Будут заморожены и останутся лежать на счету Ланса и Лотта Мэрриша. Потратить вы их сможете, только если придёте с мужем к взаимному согласию и каждый подтвердит операцию своим отпечатком.

— То есть не сгорят?

Когда мы получили первую дотацию по рождению близнецов, Морис уверял, что если деньги не потратить, то государство придумает причину, по которой их можно отобрать. Сейчас я склонялась к тому, что он просто умело играл словами.

Молодой цварг посмотрел на меня слегка возмущенно:

— Нет, разумеется!

Я кивнула, поднесла ладонь к биосканеру, дождалась первой вспышки и тут же убрала руку. После чего в абсолютной тишине вышла на улицу. Кипящий от возмущения Морис шёл позади на несколько шагов. Не надо было обладать способностью мужчин-цваргов читать эмоции, чтобы понять: когда придём домой, разразится очередной скандал.

Так оно и вышло.

Морис припарковал флаер, наехав на куст роз, который я удобряла несколько месяцев, чтобы он прижился в новом месте, хлопнул водительской дверцей и резко развернулся: