Генетика любви (СИ) - Катрин Селина "Сирена Селена" - Страница 12

— Здравствуйте. Приёмная администрации Планетарной Лаборатории. Если вы звоните по поводу внесения изменений в личную анкету или назначения свидания с цваргиней, перевожу вас по номеру контактного центра… — забубнил знакомый Себастьяну голос, и он тут же вклинился:

— Погодите! Стойте! Мне действительно надо поговорить с господином Гарсиа!

— По личным вопросам, пожалуйста, набирайте его личный номер.

— Я бы с удовольствием, но у меня его нет.

— У друзей и родственников господина Гарсиа есть его номер, — упрямо ответил Уилл Роббинсон, личный секретарь главного администратора Планетарной Лаборатории, очевидно намекая, что звонящий к этой категории не относится. — Разглашать эту информацию я не имею права, извините. Всего доброго.

— Господин Роббинсон, подождите, пожа-а-алуйста! У меня очень важное дело! Это Себастьян Касс, профессор астробиологии и межгалактической генетики. Я звонил вам на этой неделе несколько раз. Если нет возможности назначить личную встречу с администратором Лаборатории, то, возможно, вы передадите для него аудиосообщение?

— Господин Касс… — раздражённо ответил секретарь, явно проглотив конец фразы. — Если вы снова о том, что якобы придумали теорию низкой рождаемости и объяснение текущей демографической яме…

— Но так и есть! — не смог не вставить Касс.

— Так вот, у нас каждый месяц образуется какой-нибудь профессор, доктор или любое другое светило науки, готовое за небольшую услугу объяснить все-все проблемы планетарного масштаба, которые по необъяснимым причинам самая крупная государственная организация не может решить уже несколько столетий! — Голос Уилла так и сочился сарказмом. — И — какая неожиданность! — абсолютно все так называемые учёные хотят получить контактные данные приглянувшихся им цваргинь. Не находите ничего подозрительного?! Мы не разглашаем информацию о гражданах!

— Но… я действительно профессор, — пробормотал Себастьян упавшим голосом. Как ему объяснить, что он не мошенник и работает над этой проблемой вот уже без малого десять лет?! — Хотите, я вышлю инфосетью копии сертификатов?

— Господин Касс… — На том конце связи тяжело вздохнули. — Вы ведь звоните уже не первый раз…

«Четвертый».

— Разумеется, я пробил по вам всю информацию. Ректор юнисского филиала выслал даже лично рекомендательное письмо на ваш счет…

«О, не знал, что Грегори вообще интересуется моими исследованиями. Вот уж кто всегда делал вид, что проблемы цваргов его не касаются нисколько… Может, студенты ему уши прожужжали?»

— …и заверил, что вы один из лучших преподавателей биологии в Академии. Но тем не менее ваша просьба относительно передачи медицинских данных тысяч семей, а также замужних и незамужних цваргинь и их контактов для личных встреч выглядит вопиющим нарушением правил работы с личным данными. Вы это понимаете?

— Но у меня есть теория насчёт рождения детей! Она подтверждается всеми случаями, которые я знаю лично, но, если я приду с этим, меня никто не захочет и слушать, скажут — нерепрезентативная выборка — и будут правы. Мне нужно больше информации, чтобы подтвердить или опровергнуть гипотезу.

Роббинсон вновь тяжело вздохнул. Какое-то время на той стороне связи царила тишина. Затем секретарь неожиданно предложил:

— Вы очень настойчивы, Себастьян, не могу не восхититься. К сожалению, всё, что я могу предложить, — это информация о пяти-десяти семьях, которые предварительно сами дадут согласие…

— Меня устраивает! — быстро воскликнул Себастьян.

Даже несколько семей в его случае — это лучше, чем ничего. Глядишь, со временем и получится составить выборку, отражающую ситуацию расы.

— Но мне потребуется от вас услуга.

— Услуга? — Касс так обрадовался новым данным, что не сразу понял, чего секретарь от него хочет.

— Да… вы же профессор астробиологии… а тут один из школьных преподавателей начальных классов схватил острую бета-недостаточность и был срочно госпитализирован. Мне поступил запрос на замену, а я не могу никого подобрать. Могу ли я попросить вас провести несколько уроков?

***Себастьян Касс

На Цварге, как и в любом развитом Мире, мальчики и девочки учились вместе, если не считать отдельных занятий для юных леди о правильном контроле собственных бета-колебаний. Давно доказано, что умственные способности не зависят ни от пола гуманоида, ни от веса мозга, который у мужчин среднестатистически выше, чем у женщин. В первую очередь, они коррелируют с количеством, качеством и степенью развития нейронных связей, но всё же когда Касс зашёл в класс, то изумился.

В просторной комнате за стандартными партами в виде половинок кругов сидело двадцать пять мальчиков и всего три девочки, которые выделялись на общем фоне яркими платьями.

«Даже на занятиях в Академии Космофлота, куда традиционно стремятся балбесы мужского пола, девушек всё равно больше!»

Себастьян покачал головой, делая мысленную пометку, что на исторической родине процентное соотношение рождаемости мальчиков и девочек в последние годы совсем ужасное, что удивительно, ведь на Юнисии, по его немногочисленным данным, оно было практически пятьдесят на пятьдесят.

Откашлявшись, профессор начал урок:

— Здравствуйте, сегодня буду вести замену. Меня зовут Себастьян Касс, я профессор астробиологии и межгалактической генетики. Сегодня я расскажу вам об особенностях наших организмов…

— У-у-у… — послышался недовольный гул по аудитории. — Скукота-а-а…

— Ой, да чего мы там не знаем…

— Скорей бы господин Кианз вернулся, с ним жуков весело рассматривать.

Собираясь на лекцию, Себастьян прекрасно понимал, что между уроком для кадетов Космофлота и уроком для третьеклассников пролегает огромная пропасть и в первую очередь ему придётся поработать над вниманием юных слушателей. Именно поэтому он прихватил с собой и расположил небольшую конструкцию на центральном учительском столе: толстый цилиндр-проводник, тонкий листок из металла сверху, и всё это заключено в полупрозрачную сферу. Когда-то именно с помощью такой конструкции его отец — Север Касс — объяснил, как работает сфера вокруг звезды Соло.

Мысленный импульс — и металлический листок поднялся в воздух.

— Ва-а-ау!!! — Неприкрытый детский восторг пронесся по всем рядам. — Как вы это сделали? Как?! Вы волшебник?! А что вы ещё умеете?!

Себастьян улыбнулся. «Вот теперь они точно будут слушать».

— Нет, не волшебник. Я лишь воспользовался особенностью нашей расы. К концу урока вы тоже так сможете, если очень-очень захотите.

Вверх взметнулась ручка в цветастом рукаве с узором из полевых цветов.

— Да?

— И я тоже так смогу?

Юная цваргиня была очень красивой в свои восемь лет, и чувствовалось, что, когда она вырастет, разобьёт не одно сердце, но чего у неё не было — так это резонаторов, а значит, послать волну бета-колебаний, чтобы активировать электромагнитный контур, она не сможет.

— Увы, мисс, боюсь, что нет. — Себастьян смущённо развёл руками. — Я использовал простейшие волны, которые создал сам. — Он указал на рога.

Девочка шумно и разочарованно вздохнула:

— Ну вот всегда так! Мальчишкам всё, а нам ничего.

Класс зашептался, послышались ехидно-радостные «это потому, что мы лучше». Профессор лишь покачал головой, видя, как радуется один из третьеклассников. Мальчик явно ещё даже не представлял, что, когда вырастет, найти жену станет для него очень сложной задачей хотя бы потому, что женщин на планете в разы меньше, чем мужчин, и это они выбирают анкеты кандидатов для свиданий в первую очередь. А мужчине только и остаётся — принять приглашение и постараться понравиться или отклонить, если девушка совсем несимпатична. Случается и такое, что цваргу за десять лет может прийти лишь одно предложение о встрече, а может и вовсе не прийти. Самим Себастьяном к его тридцати пяти годам интересовалось одиннадцать девушек, по меркам Цварга — колоссальное количество. Тот факт, что племянник не согласился на второе свидание ни с кем из цваргинь, повергал Стефана и Софоса в лёгкий шок, они старательно обходили эту тему.