Сборник "Пендергаст". Компиляция. Книги 1-18" (СИ) - Престон Дуглас - Страница 98

— Не бросайте меня, во имя всего святого! — взвыл Уокси.

Д’Агоста резко тряхнул капитана за плечо, и тот, издав протяжный стон, сдвинулся с места. Он шел сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее. Очень скоро он уже пропыхтел мимо Хейворд.

— Шевелитесь! — выкрикнул д’Агоста, толкая сержанта вперед. Почувствовав, как что-то пролетело мимо его уха, он остановился, развернулся, вытащил пистолет и выстрелил в потолок. Вспышка высветила с десяток людей, разделившихся на две группы, чтобы окружить полицейских. Пригнувшись к самой земле, они с ужасающей быстротой двигались в кромешной темноте. Д’Агоста повернулся и опрометью бросился к лестнице. Взлетев на один уровень и оказавшись за перекошенной дверью, он остановился, хватая широко открытым ртом воздух. Хейворд застыла рядом, с оружием на изготовку. В тоннеле стояла полная тишина, нарушаемая лишь топотом ног Уокси, бегущего по обочине путей к спасительным пятнам света. Капитан был уже далеко.

Отдышавшись, д’Агоста отступил от двери и сказал:

— Сержант, когда вы в следующий раз предложите захватить с собой подкрепление — или выступите с другой инициативой, — напомните мне, что я должен отнестись к вашим словам с полной серьезностью.

— Я боялась, что вы, оказавшись внизу, разнервничаетесь так же, как капитан, — улыбнулась Хейворд, убирая пистолет в кобуру. — Но для первого раза, сэр, вы держались отлично.

Д’Агоста взглянул на сержанта. В первый раз она, обращаясь к нему, произнесла «сэр», как положено при разговоре со старшим по званию. Он очень хотел спросить, что означало ее пугающее свистящее дыхание, но, подумав, решил этого не делать.

— Еще не потеряли? — поинтересовался он.

Вместо ответа Хейворд подняла полотенце.

— В таком случае выметаемся отсюда к дьяволу. Остальные места оcмотрим как-нибудь в следующий раз.

По пути наверх д’Агоcту неотступно преследовало одно видение. И это не был вид окружающей его толпы или бесконечного черного тоннеля. Перед его мысленным взором неотступно стоял образ свежеиспачканного детского подгузника.

М арго отмыла руки под краном в глубокой металлической раковине, установленной в лаборатории медицинской антропологии, и обтерла их грубым больничным полотенцем. Затем она обернулась к столу, на котором лежали останки Памелы Вишер. Все образцы были взяты, все необходимые описания закончены. Утром тело отдадут родственникам для захоронения. В другом конце комнаты Брамбелл и Фрок трудились над неидентифицированным скелетом. Склонясь над нелепо вывернутыми бедренными костями, они производили какие-то сложные измерения.

— Вы позволите мне сделать замечание? — спросил доктор Брамбелл, откладывая в сторону вибропилу Страйкера.

— Буду счастлив выслушать, — медовым голосом пророкотал Фрок, величественно взмахнув рукой.

Эти двое недолюбливали друг друга.

Марго, отвернувшись, чтобы скрыть улыбку, натянула на руки по две латексовые перчатки. Возможно, первый раз в жизни Фрок встретил человека, не уступающего ему ни в силе интеллекта, ни в самомнении. Просто чудо, что им вообще удалось завершить какую-то часть работы. За последние несколько дней они провели тестирование антител, остеологические анализы, проверку на токсины и тератогены — субстанции, вызывающие уродства. Теперь предстояло закончить анализ ДНК и провести экспертизу следов, оставленных зубами. Несмотря на все усилия, скелет по-прежнему отказывался открывать свои тайны. Марго понимала, что это усиливает напряжение в и без того наэлектризованной атмосфере лаборатории.

— Даже при менее развитом интеллекте должно быть ясно, что прокол не был сделан со стороны позвонка. Будь это так, на поперечном разрезе остались бы следы.

— Я, признаюсь, не понимаю, при чем здесь вообще поперечный разрез, — пробормотал Фрок.

Марго перестала прислушиваться к мало интересному для нее спору. Она специализировалась в этнофармакологии и генетике, а не в общей анатомии. Ей надо было решать свои проблемы.

И она взялась за изучение образцов тканей с неизвестного скелета. Как только она согнулась над микроскопом, ее собственные трапециевидные мышцы издали протестующий вопль. Вчера вечером она сделала пять подходов к тренажеру вместо обычных трех. За последние несколько дней она резко увеличила физическую нагрузку, впредь следует быть более осторожной, чтобы не перетренироваться.

Десять минут внимательного изучения темных полос различных элементов протеина подтвердили ее худшие опасения. Не было никаких сомнений в том, что это протеин обычной мышечной ткани человека. Более детальную генетическую информацию должен был дать анализ ДНК. Его результаты, к сожалению, можно было ожидать лишь через несколько дней.

Отодвинув образцы в сторону, Марго обратила внимание на лежащий неподалеку от ее рабочего места конверт из плотной бумаги. Рентгенограммы, решила она. Видимо, доставили рано утром. Брамбелл и Фрок были настолько заняты спором, что наверняка не нашли времени взглянуть на снимки. Впрочем, это вполне объяснимо. Для изучения тела, от которого ничего, кроме костей, практически не осталось, рентгенограммы не очень-то и нужны.

— Марго! — позвал доктор Фрок.

Она подошла к столу, на котором лежал скелет.

— Дорогая, — начал Фрок, откатываясь от стола и показывая на бинокуляр, — взгляни, пожалуйста, на бороздку, тянущуюся вдоль правой бедренной кости.

Хотя увеличение было небольшим, Марго показалось, что она заглянула в совсем другой мир. Коричневая костная ткань заняла все поле зрения, превратившись в миниатюрный пустынный ландшафт с грядами холмов, разделенных долинами.

— Что можешь сказать по этому поводу ты?

Не в первый раз Марго приглашали выступить арбитром, и от этой роли она не испытывала никакого удовольствия.

— Похоже на естественную бороздку в кости. — Она старалась говорить как можно более нейтральным тоном. — Видимо, того же происхождения, что наросты и продолговатые выступы, характерные для костей данного скелета. Я бы не стала утверждать, что бороздка оставлена именно зубами.

Фрок откинулся на спинку инвалидного кресла, безуспешно пытаясь скрыть победную улыбку.

Брамбелл, казалось, не верил своим ушам.

— Прошу прощения, доктор Грин, — начал он. — Я не осмеливаюсь вам противоречить, но это — не что иное, как продольные следы зубов. Более типичных следов мне видеть не доводилось.

— Я также не хочу вступать с вами в противоречие, доктор Брамбелл. — Марго усилила увеличение, небольшая долина на пустынном ландшафте тут же превратилась в огромный каньон. — Но на внутренней стороне бороздки я вижу поры естественного происхождения.

Брамбелл подскочил к столу и приник к окулярам. Несколько мгновений он созерцал объект, а затем отошел от стола. Отходил он значительно медленнее, чем приближался.

— Хм-м-м, — протянул он, водружая на нос очки. — Как мне ни больно это признавать, но в вашем предположении есть доля истины.

— Вы хотите сказать, что в словах Марго имеется доля истины?

— Да, конечно. Прекрасная работа, доктор Грин.

Телефонный звонок избавил Марго от необходимости отвечать. Фрок подкатил к аппарату и энергично заговорил. Марго внимательно смотрела на своего старого научного руководителя. Он по-прежнему казался величественным, хоть и несколько похудел с тех пор, как оставил работу в музее. Его кресло-каталка тоже изменилось — оно изрядно потерлось и пестрело царапинами. Неужели, сочувственно подумала она, для ее старого наставника наступили тяжелые времена? Если и так, то это на нем не сказалось. Профессор казался даже более энергичным и жизнелюбивым, чем в те годы, когда заведовал антропологическим отделом музея.

Фрок внимательно слушал. Судя по его виду, он был расстроен. Марго посмотрела в окно, на роскошный вид Центрального парка. Деревья зеленели густой летней листвой, озеро сверкало в ярком свете дня. В его южном конце лениво двигались гребные лодки. Ей безумно захотелось оказаться в такой вот лодке и наслаждаться летним солнцем, вместо того чтобы торчать в музее, разбирая по частям разложившиеся тела.