Каратели (СИ) - Хард Леона - Страница 37

Вскоре дошла до знакомого дома.

- Я больше не могу…Эля. Не могу! – держась за косяк двери, ввалилась в комнату подруги, не взирая на поздний час. Передвигалась медленно, ладонью проводила по деревянным стенам. Трогала их.

Эля поднялась с кровати, подхватила за руку и помогла улечься на горизонтальной, мягкой поверхности, прикрыть веки и зажмуриться от боли и усталости. Столько сил потратила на подъем!

- В чем дело? – подруга поправила мои мокрые пряди волос, убрала их за уши.

- Кто сегодня в смену? Игорь или Андрей?

- Сегодня Игорь, -- Эля заботливо помогла положить ноги на кровать, а сама присела рядом с моим бедром. Успокаивала, как неразумное дитя, нежно гладила по рукам.

- Значит, после завтра выходим. Ночью…

- Ты же полуживая!? - охнула Эля.

- Поползу, если понадобится! –озвучила решение и от него не отступлюсь.

Гектор, не ведая того, исключил главную проблему, из-за которой не решалась на побег – спас малышей. Остались одни взрослые и Клеймённые четырнадцати-шестнадцати лет.

- Но мы не продумали план. Вторые ворота, как будем переходить…- Эля вновь попыталась остудить пыл.

- У меня два варианта, один из них сработает. В округе найдем Артема, номер их школы я знаю.

- Но ты… - она жалостливо смотрела, как на калеку. Гладила мои мокрые плечи.

- Я уйду отсюда даже одна, если никто не пойдет. Ты пойдешь или останешься? – повысила голос, но тот все равно звучал хриплым, побитым, жалким.

- Пойду, - обреченно ответила Эля, но ее тон был печальным. Безысходным.

POV автор

14 дней до точки Х

Глава 20

POV Диана

Новый день принес не только ломоту в теле и головную боль от недосыпа, но и облегчение. Совесть перестала жалобно скулить после того, как неподъемный камень вины сняли с плеч. Долго вынашивала на себе, а теперь груз убрала, ведь детей забрали с острова и передали отцу. Они свободны и живы. В отличие от меня.

С этого дня я могла действовать согласно своим желаниям и не оглядываться назад. Оставить в прошлом ужас прошедших месяцев после знакомства с Гектором. Его не существовало в моей жизни, он -- галлюцинация, которую следовало развеять. Разбить на осколки и не восстанавливать. Помахать рукой перед глазами и прогнать мужское лицо, которое отчетливо вижу, помню в подробностях. Вплоть до маленьких незаметных родимых пятен рядом с ухом.

На острове стало пусто. Малыши больше не бегали по серпантину, не бросались песком, не хватали за волосы.

Все Клеймённые от жгучего солнца были темноволосыми и смуглыми, а я вновь иная – своеобразный альбинос для родной расы. Папа утверждал, что мама передала мне светлые волосы и бледную кожу, но теперь думаю – это ложь. Отец выжег во мне гены Клеймённых ядом, которым травил в детстве.

Сегодня за завтраком собрались оставшиеся Клеймённые. Под навесом пальм уместились за деревянным коричневым столом.

В тарелке овсяная каша, которую я лениво ковыряла ложкой, рукой подпирая щеку.

Клейменные были малоразговорчивы, понуро смотрели в тарелки. Некоторые, включая меня, немного побиты за попытку бегства. Каждый осознал вчерашний промах, глупая была идея бросаться на Карателей и пытаться сбежать. Но я их понимала: мы были обмануты. Нам пообещали свободу, а потом отобрали. То ли Игорь решил поиздеваться: ведь можно предположить, какой эффект возымеет представление? Перед носом повели сладким леденцом, а потом отобрали или, лучше сказать, ударили пренебрежительно по лицу. Зная Игоря, есть ощущение, что он специально это сделал с целью посмеяться, только не учел, что наше разочарование достигнет максимальной точки и выльется в драку.

Сегодня мы молчали -- двенадцать скисших, понурых существ.

После ночного дождя чувствовалась свежесть в воздухе, дышать легче, чем в обычные дни. И уходить с завтрака не торопились, слишком уютно.

-- Завтра ночью уходим, – тихо шепнула.

Ложкой лениво продолжала помешивать кашу, не отнимала внимания от тарелки, но почувствовала, как десяток взглядов прострелил лицо и плечи. Затем внимание спало, Клеймённые поняли, что необходимо изображать увлеченность пищей. Мало ли, Каратели могли следить.

- Надо понимать… - очень тихо рассказывала столу, ногтем ковыряя дерево. – Либо задуманное удастся, либо совсем не удастся и будут последствия. Гектор больше не простит промахов.

Один из охранников взял слово:

- Как это осуществить? После случившегося Каратели вновь увеличили свою численность до пятнадцати! Сегодня видел их на пляже.

Мужчина худощав и темноволос, на перегородке орлиного носа красный порез и небольшой синяк под глазом.

- Я надеюсь, все пойдут? – не дав ответа на вопрос мужчины, прежде я спросила то, что важнее. Дождалась молчаливых некоторых уверенных, а порой настороженных кивков и озвучила план.

Во время горячего обсуждения мы дружно расслышали шорох травы. Клеймённые сделали вид глубокой занятости, кто-то опустил ложку в кашу, другие взяли горячую кружку с чаем.

Неловкая тишина. Странная тишина. Подозрительная. Когда это поняли, все и сразу начали разговаривать, перебивать. И это странно.

Плохо играли.

К приходу чужака, некоторые разговаривали, некоторые ели. Например, я, опустив голову и поправив волосы на обезображенное с левой стороны лицо. Удар с правой от Лили пришелся на левую часть тела.

-- Доброе утро! – холодно поздоровался Каратель. Голос узнала прежде, чем увидела его обладателя, который приостановился возле края стола.

Приняла расслабленную позу, чтобы надзиратель не заподозрил сговора между нами: пальцами взлохматила волосы, ногу закинула на ногу и от нервов болтала ею. Но это должно смотреться скорее соблазнительно, а не нервно.

- Разговор! – Каратель обошел стол. Ногой пододвинул лавочку и сел во главе стола, перпендикулярно Клеймённым, чтобы видеть каждого. – Насчет вчерашнего. Очень глупая затея попытаться бежать. Вас разве кто-то трогал? Обижал?

Обижал, Андрей, обижал. Некоторых Клеймённых Игорь привязывал к дереву и намазывал сладким нектаром, а насекомые слетались полакомиться кровью Клеймённых. И даже если бы не обижали – на каждый свой шаг мы просили разрешения. Мы в тюрьме!

На его вопросы мы не отвечали, но язык чесался от желания начать спорить.

Андрей продолжил:

- Я думаю это риторический вопрос. Мы помогали поддерживать вам жизнь, обеспечивали кормежкой человеческими эмоциями, а в ответ вот такое дерьмо, простите за грубое высказывание!

Я опять пальцем потерла деревянный стол, с силой надавливала, желая от злости сделать там дыру. Бровь подняла вверх от удивления, когда поняла смысл слов. Мы оказались крайними, уж не знаю, какую историю выдумал Игорь.

Около десяти минут длилась лекция, которая гласила: отныне охрана острова усилена и введен общий распорядок дня. Озвучены наши права безвольных тварей и обязанности, которые не кончались.

- Все свободны! – скомандовал Андрей, когда закончил объяснять новые правила распорядка дня у Клеймённых. И ни одного слова по поводу нашей свободы. Мы будем гнить здесь?

- Андрей, подожди, пожалуйста! Эля хотела с тобой поговорить! – поскольку подруга видимо забыла свою роль или испугалась после озвученных новых указаний, пришлось просить.

- Да, - Андрей заметил меня, потом посмотрел на Элю, остановившуюся на траве рядом, и резко крутанул головой на меня. Что означало – увидел. Пристально всмотрелся.

- Это откуда? – пальцем прочертил по овалу своего лица. – Откуда боевой раскрас?

Волосы скромно поправила себе на лицо.

- Игорь же сказал: «так… попинались маленько». А Гектор это видел?

Да уж. Я -- красавица! Левое веко отекло от ударов и слегка прикрывало глаз. Губа лопнула от скользящего удара, поэтому я вчера постоянно ощущала кровь во рту. У Гектора тоже шрам на нижней губе и у меня теперь будет такой же уродливый и кривой.

- Нет. И не говори ему! – ужаснулась и прекратила отворачивать лицо от Карателя.