Растопить сердце Не Дурнушки (СИ) - Кажанова Юлия - Страница 27

– Я всё сжёг. Тебе не нужно то прошлое, от которого ты страдала. Прими новую жизнь. Тебе ведь понравились те наряды, ты сама их выбирала.

– Но это были мои вещи!

– Мелания, сознайся, это были обноски! Теперь ты Беркутова, состоятельная девушка. Прошу, хотя бы попробуй пожить по-новому! Не понравится, купим такие же, как были. Ну а пока просто рискни. Ты ведь ничего не теряешь. Сама же хочешь начать новую жизнь. Так не тащи за собой старое и то, что тебя огорчает.

Девушка пыхтит, но я вижу, что она уже согласна. Чтобы закрепить утренний прогресс, быстро притягиваю её к себе и целую.

Какая же она вкусная! А в её неловкости и неумении ещё больше шарма. Вырывается, хочет ударить меня своими маленькими кулачками, но я прижимаю её ещё ближе к себе и обхватываю голову. Нет, так просто я её не отпущу.

Ласкаю её нежный ротик, посасываю губы, облизываю юркий язычок. Она стала моим наркотиком.

Лишь когда жена расслабляется, я решаю отпустить её. Сталкиваюсь с хмурым взглядом, но понимаю, что она не так зла, иначе с чего вдруг ей обнимать меня в ответ? А она делает именно это!

– Когда-нибудь я откушу тебе язык!

– Если ты это сделаешь, я не смогу ласкать тебя как сегодня утром. А тебе ведь очень понравилось.

– Ты невыносим, отпусти меня.

– Только на десять минут. Потом я сам приду к тебе и вытащу из комнаты.

– Да поеду я к твоему отцу, ещё ведь в прошлый раз обещала, – говорит чуть кривясь.

– Я сказал, что ты приболела, так что не бойся.

– Умно, а сейчас отпусти! Или мы никуда не поедем, – нехотя убираю руки с её талии и смотрю, как жена скрывается за дверью. Эту крепость нужно брать с разгона: медленные и долгие подкаты не пройдут. Что, в принце, я и собираюсь сделать.

Собравшись, спускаюсь вниз и встречаю Стаса, который сидит в столовой и пьёт кофе. Рядом с ним кипа папок, и я понимаю, что сегодня придётся поработать.

– Привет. А где твоя милая дурнушка? Или она спряталась и отказалась ехать? – как всегда заваливает меня вопросами, но я привык к его манере.

– Мелания собирается, и хватит звать её дурнушкой. Лучше скажи, что там с поездками?

– Всё готово, завтра вылетаете. Твой друг Соболев даже одолжил тебе свой самолёт. Только просил напомнить, чтобы ты не забыл про выставку, куда обещал прийти с женой!

– Спасибо! И да, я помню.

Присоединяюсь к другу за столом и жду девушку, которой нет десять минут, потом двадцать. Нам уже пора выходить, а её всё нет. Неужели и правда решила остаться?

Но только я задумываюсь об этом, как слышу тихие шаги. Обернувшись, замираю, поражённый видом супруги. Красивое элегантное платье до пола изумрудного цвета очень подходит ей. Плечи обнажены, как и руки, но на груди всё наглухо закрыто аж по шею. Платье струится по ногам, а когда девушка делает шаг, мне удаётся рассмотреть вырез, оголяющий одну ножку. Волосы уложены локонами на одно плечо, на лице – лёгкий макияж. Глаза чуть темнее, губки – алее.

Я даже и не знаю: она демоница в обличии ангела или мне попался именно ангел?

– Простите, я не опоздала? – спрашивает, и я вижу в её глазах обеспокоенность.

– Нет, мы только собираемся.

– Мел, а если не секрет, что ты там так долго делала? Обычно ты за минуты собираешься, – спрашивает Стас, а я смеряю его гневным взглядом. Вот чего он всё время придирается к ней?

– Я не знала, что надевают на ужин с родными. И потом, я впервые красилась. Нормально получилось? Не слишком? Если платье не подходит, вы скажите, я сразу переоденусь, только объясните во что, – жена взволнованно тараторит и начинает кружиться, а я замираю, увидев оголённую спину. И понимаю, что на девушке минимум белья! И я опять её хочу!

– Всё супер, – хрипя, синхронно произносим мы с другом. И я опять ловлю его восхищённый взгляд. А так ли он её недолюбливает?

– Тогда ладно, а то я беспокоилась. Кстати, я первый раз в таких туфлях. Так что если я упаду, не обращайте внимания, – девушка спокойно приподнимает подол и показывает нам шикарные туфельки на высоком тонком каблуке. Хочу её только в этих туфлях!

Так, кажется, я стал озабоченным. На меня так и накатывают одна фантазия за другой. И в каждой я со своей женой в постели!

Быстро встаю и подхожу к девушке.

– Не бойся, я буду тебя поддерживать. Если ты готова, то поехали, – я предлагаю ей локоть, за который она берётся сама и улыбается.

Я помогаю жене сесть в машину, поправляю подол её платья и только потом захлопываю дверь. Никогда прежде я ещё не склонялся так перед девушками, точно меняюсь. Киваю охране. Все рассаживаются по машинам, и мы выдвигаемся.

Что ж, отец, ты сильно удивишься. Он явно ожидает встречи с тихой забитой прислугой, а увидит гордую красивую женщину. А как скривится моя мачеха! Она-то делает всё, чтобы выглядеть на все сто. Сколько раз под нож ложилась – не сосчитать. Подтянула всё что можно, а ведь ей всего сорок. Её процедуры стоят десятки тысяч долларов, а тут такая девушка.

Поворачиваюсь к жене и вижу, что она напряжена. Нервно теребит подол платья и даже не смотрит в окно.

– Что такое? – спрашиваю и накрываю её прохладные пальчики своей рукой.

– Федь, я ведь не умею вести разговоры. Мне просто не о чем рассказать!

– Говорить буду я. Если, конечно, Ирэн даст мне это сделать.

– Ирэн?

– Ирина, жена номер три отца. Но она просит звать её Ирэн. Кажется, это модно или стильно, я не вникал.

– Странно звучит, – расслабляется жена и наконец-то выдыхает.

– Ей нравится, и ладно. И да, если тебе что-то будет не по душе, говори . Ей полезно порой помолчать.

– Хорошо, но ты ведь будешь рядом?

– Не отойду ни на шаг. Обещаю! – Мел сжимает мою руку, и я радуюсь, так как это маленькая, но победа. У нас всё будет, я в этом уверен!

Глава 25

Мелания

Когда мы ещё ехали, я представляла себе дом семьи Беркутовых большим, элитным, чем-то похожим на дом отца, где я провела почти всю жизнь. Григорий любил роскошь и не скупился на машины, украшения, интерьеры. Всё вокруг него должно было показывать, что Варшавский на вершине и доволен жизнью.

Но стоило нам проехать пропускной пункт, как я поняла, что такое настоящая роскошь!

Особняк, или скорее замок, был из белого камня, с множеством больших окон, витражных балкончиков, колонн. Здесь всё не просто говорило о богатстве, а буквально кричало! Позолоченные лепнины, мраморная лестница, ковровая дорожка, ведущая к двери – всё это встретило нас, когда мы подъехали ближе.

Участок был огромный. Большая лужайка с сочной травой, кусты с розами, деревья, даже дорожка, выложенная плиткой, – всё находилось в идеальном состоянии. И это был только фасад. Что же ждало нас внутри?

Стало понятно, почему Фёдор хотел и из моей квартиры сделать музей. Но стоп!

Оборачиваюсь к мужу и вспоминаю его скромный, по сравнению с этим, домик.

– Тебя лишили денег?

– С чего вдруг? – усмехается Фёдор, выходя из машины.

– Просто ты живёшь так скоромно! – и киваю на дом, из которого выходит мужчина средних лет в костюме. Поразительно, как муж похож на него. Словно близнецы. Вот что значит генетика!

А вот рядом с ним вышагивала девушка лет тридцати пяти с уверенной походкой и дерзким взглядом. Чёрные волосы струились по плечам, а золотистое вечернее платье, которое определённо подчёркивало все прелести хозяйки, обескураживало. Я думала, у нас просто обед, а тут был настоящий вечерний наряд. Кстати, меня позабавило, что у Фёдора такая молодая мама. Они случайно не одногодки?

– Федя, как я рада тебя видеть! – радостно пропела та и уже хотела кинуться к нему, как он ловко выставил меня вперёд, словно защищаясь. Всё сразу стало ясно. Дамочке нравился мой муж, но ради денег она согласилась и на более зрелую копию. Пусть хмурую и взрослую, но достойную замену.