Самая страстная Золушка - Хьюит Кейт - Страница 1

Кейт Хьюит

Самая страстная Золушка

Kate Hewitt

A Scandal Made at Midnight

© 2022 by Kate Hewitt

© «Центрполиграф», 2023

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2023

Глава 1

Лиан Бланшар печально усмехнулась, глядя на кружившуюся по комнате Эллу. В открытые окна влетал летний ветерок из Центрального парка.

– Ты когда-нибудь видела такую красоту?! – мелодично смеясь, воскликнула Элла. – Это нечто невероятное!

– Полностью с тобой согласна, – сказала Лиан.

Туфли действительно были невероятными: на платформе, с пятидюймовыми каблуками и украшенные стекляшками. Трудно было поверить, что их можно носить. Однако Лиан знала, что Эллу не остановят неудобство и боль.

– Как я понимаю, ты собираешься надеть их на бал?

– Естественно. У меня на них большие планы. – Озорно подмигнув, Элла сбросила туфли и принялась заворачивать их в несколько слоев папиросной бумаги и укладывать в серебристую коробку с именем одного из начинающих модельеров с Манхэттена. Будучи популярной блогершей в соцсетях, она часто получала образцы от мечтавших прославиться дизайнеров. – Ты бы видела мое платье! Оно идеально подходит к этим туфлям.

– Надеюсь, не стеклянное? – пошутила Лиан.

– Нет, но близкое к этому! Только не переживай. – Она откинула за спину длинные светлые волосы. – Оно вполне пристойное. Не слишком прозрачное, – хихикнув, добавила она.

Лиан сокрушенно покачала головой: Элле всего двадцать два, она красавица, восторженная и беспечная, как ласточка. Она же в свои двадцать семь спокойна и осторожна, и иногда ей кажется, что только она удерживает младшую сводную сестру от катастрофы – или, по крайней мере, от хаоса.

– Какие нелепые туфли.

Лиан молча согласилась со своей матерью. Эмили Эш стояла в дверном проеме гостиной. Высокая, седая, длинноносая, она сурово смотрела на Эллу, пакующую туфли в коробку.

– В том-то и суть! – весело заявила девушка, закрывая коробку крышкой.

Лиан всегда восхищалась умением Эллы дать отпор мачехе. Они стали одной семьей, когда ей было всего шесть. Эмили, имевшая в то время на попечении двух неуклюжих девочек-подростков, не проявила особой радости от необходимости заботиться об очаровательной, похожей на ангелочка девчушке с румяными щечками и светлыми кудряшками. Не способствовал этому и тот факт, что ее новый муж, Роберт Эш, баловал своего единственного ребенка и заваливал его подарками.

Как ни странно, размышляла Лиан, повышенное внимание отца не испортило девочку. Во всяком случае, испортило не сильно. Повзрослев, Элла превратилась в жизнерадостную, веселую противоположность своей мачехи – и самой Лиан – во всех отношениях.

– Куда ты собралась надеть их? – с презрительным хмыканьем спросила Эмили.

– На бал, естественно!

Лиан инстинктивно напряглась, так как мать недовольно сморщилась и поджала губы, а ее взгляд стал холодным. Лиан отлично знала этот взгляд – он появлялся всегда, когда дочери разочаровывали ее, – и у нее, как обычно, появилось подсознательное желание умиротворить мать и угодить ей. Однако она отлично знала, что все ее попытки ни к чему не приведут.

– На бал? – ледяным тоном переспросила Эмили. – Элла, дорогуша, ты не едешь ни на какой бал. Тебя не пригласили.

На одно короткое мгновение улыбка, освещавшая лицо девушки, погасла, и она устремила на Лиан неуверенный взгляд.

– Да, ее не пригласили, – поспешила вмешаться Лиан, – но она едет в качестве моей гостьи. Я уладила этот вопрос с помощником, отвечающим за приглашения.

Губы матери сжались еще плотнее. Лиан было хорошо известно, что мать предпочла бы, чтобы Элла не появлялась на «событии сезона» – на балу, устраиваемом известным гостиничным магнатом-затворником Алессандро Росси в честь столетия семейной сети роскошных отелей. На бал были приглашены сливки нью-йоркского общества. Их семья к сливкам, конечно, не относилась, но отец Лиан, Мишель Бланшар, с давних времен был добрым знакомым отца Алессандро Росси, Леонардо. Лиан была потрясена не меньше остальных, когда нашла в почтовом ящике приглашение, отпечатанное на толстой карточке кремового цвета, а вот мать возликовала.

«Не сомневалась, что нас пригласят, – заявила она. – Твой отец был близким другом Леонардо Росси. Ты отлично знаешь, что он ссужал его деньгами, когда тот нуждался».

Едва ли сотня франков в казино тридцать лет назад была таким уж значимым событием, как представляла его мать. Естественно, всего этого Лиан вслух не говорила. Она давно уяснила, что в присутствии матери нужно держать рот на замке и просто подождать, когда она угомонится, а не подливать масла в огонь ее гнева.

Лиан хотелось пойти на бал, но ее пугала перспектива оказаться в центре событий. Будучи учительницей французского в школе для девочек, она жила с матерью и сестрами и вела довольно спокойный образ жизни. Жизненные потери научили ее соблюдать осторожность и держаться в тени, и она знала, что несоблюдение этого правила ведет к страданиям.

Однако, сказала Лиан себе, бал станет приятным разнообразием, даже если она, как всегда, постоит в сторонке.

– Сомневаюсь, что у тебя есть подходящий наряд, – опять с фырканьем сказала Эмили своей падчерице. Пусть Элла и владеет домом, в котором они все живут – отец передал ей дом с условием, что мачеха и сводные сестры будут пожизненно проживать в нем, – у нее за душой нет ни гроша, и она полностью зависит от щедрости своей мачехи.

– О, как раз есть, – весело возразила Элла. – Мой друг, один модный дизайнер, сшил для меня потрясающее платье, так что не беспокойтесь, матушка, обещаю, я не поставлю вас в неловкое положение, заявившись на бал в лохмотьях.

Лиан понимала, что мать заботит вовсе не наряд падчерицы, а совсем другое: то, что яркая, веселая Элла затмит ее дочерей. Лиан с этим давно смирилась, ее родной сестре Манон на это было наплевать, а вот мать это приводило в бешенство. Эмили рассчитывала выдать дочерей за богатых женихов со связями и очень надеялась, что подходящая партия найдется среди гостей бала.

– Тебе повезло, – процедила Эмили. – Лиан, тебе доставили твое платье?

– Да, я получила его сегодня утром. – Лиан выдавила из себя улыбку: она побаивалась надевать это платье, похожее на старый мешок. Его когда-то носила мать, и оно совсем ей не шло, но тратиться на нечто более модное у них возможности не было.

– Хорошо, что портниха успела, если учесть, что бал завтра вечером, – заметила мать и, снова с неудовольствием оглядев падчерицу, вышла из комнаты.

– Не обращай внимания, – сказала сестре Лиан.

– Я и не обращаю, – весело заверила ее Элла. – Между прочим, ты так и не показала мне свое платье.

– Да там нечего показывать, – ответила Лиан.

– Ой, все равно покажи! Уверена, ты в нем будешь очаровательной.

– Ладно. – Лиан никогда не могла устоять перед щенячьим взглядом сестры. – Только смотреть там не на что.

Вздохнув, она направилась в свою спальню на втором этаже. Узкие окна комнаты выходили на крохотный садик при доме. Элле же мачеха выделила комнатушку под крышей. Правда, Элла против этого не возражала.

«Здесь больше уединения, – сказала она Лиан, когда та предложила поменяться. – Ты же знаешь, что я сова, а здесь я никому не помешаю».

За три года, миновавших со смерти отца, жизнь Эллы сильно изменилась, однако девушка никогда не роптала, как бы мачеха ни пыталась ограничить ее.

– Ну, показывай! – воскликнула Элла, указывая на висевший на боку шкафа чехол с платьем. – Надеюсь, это будет сенсацией.

Лиан расстегнула чехол. Эмили настаивала, что ее бледно-голубое платье все еще остается в моде, однако Лиан в этом сильно сомневалась, даже несмотря на усилия местной портнихи.

– Слава богу, она сняла рюшечки, – усмехнулась Элла, критически оглядывая наряд. – Иначе ты бы выглядела как из девяностых.