Исцели меня прикосновением (СИ) - Грейси Анна - Страница 40

Я вечно готов смотреть на её улыбку.

— Хочешь кусочек? — дразнит, размахивая ватой перед лицом.

Ох, как хочу… Знала бы насколько. Только совсем другого…

— Ага. — вступаю в игру, тянусь, а эта мошенница прячет сладость за спиной.

— Не так то просто. Иш какой! Догони! — и срывается с места.

Прохожие смотрят на нас кто с удивлением, кто с восторгом, а кто-то осуждающе покачивает головой.

Но мне всё равно.

В такие моменты я по-настоящему счастлив. Пусть выгляжу глупцом и веду себя по-детски. Плевать! Главное, чтобы не сходила улыбка с её лица. Главное, чтобы Кристина не вернулась в прежнее состояние.

— Так не честно! — наигранно бьёт меня в грудь, когда хватаю проказницу и стискиваю в объятьях.

— Всё честно.

— Если бы не тот мальчишка, в которого я чуть не врезалась, я бы одержала победу.

— Какая разница.

— Но… — замолкает, когда начинаю её кружить.

Глаза в глаза, и мир вокруг перестаёт существовать. Люди сливаются к бесформенные массы, аттракционы кажутся сплошными цветными дорожками, образующими вокруг нас круг, а звуки заменяются оглушающим биением сердца.

— Поцелуй меня… — голос срывает на хрип. Рядом с Кристиной всегда так, по венам раскаленные провода, а вот в такие моменты градус самообладания достигает своей максимальной точки.

Красивая. Желанная. Родная.

— Но мы ведь только что. — заливаются её щеки румянцев, а я кайфую.

— Мне мало.

Тянется медленно к губам, смакует их неспешно, ласково, любовно. Короткий поцелуй, но такой надолго остаётся в памяти, и всплывает в те моменты, когда её нет рядом.

— Хочешь домой? — сам разрываю контакт. Потому что кремний внутри начинает крошиться.

— Нет. — отводит глаза в сторону. Отношения с отцом у Кристины не самые гладкие, хоть они и на людях строят идеальную семью. А учитывая, что Костя в отъезде, любимая не торопится в свой, как она однажды сказала, "холодный за́мок". — Давай ещё погуляем. Может на колесо обозрения?

— У меня есть идея получше.

— Вот как.

— Ага. Небольшой сюрприз для тебя. Только придется покинуть это чудесное место.

Кристина поджимает губы и бросает задумчивый взгляд в сторону, туда где царит беззаботность и вечное веселье.

— Я не против. — снимает с плеча маленькую сумочку, и достаёт что-то блестящее, а затем кидает. — Мы сюда обязательно снова вернёмся.

— Это была монета? — широкой улыбкой отвечает на мой вопрос. — Их обычно кидают в фонтаны.

— Какая разница. Ну так что, идём?

— Идём.

Знала бы ты…

Милая моя девочка, я не обижу.

Садимся в машину. В салоне играет попса. Кристина прижимается к стеклу, наблюдая за ночным городом. Подъезжаем к элитной многоэтажке.

— Где это мы?

— Скоро узнаешь, — переплетаю пальцы, и подношу к губам тыльную сторону её ладони. В груди горит адское пламя от предвкушения реакции. Я и сам наверное не хуже самого дьявола, искушающего и пожирающего глазами.

— Ты так смотришь, — шепчет Кристина. Замечаю как учащается её дыхание. Она переводит взгляд на здание, а затем снова на меня. Сглатывает. — У тебя глаза горят. Что ты приготовил?

— Если я скажу, это не будет сюрпризом. Согласна?

— Да.

— Тогда пошли.

Заходим в лифт молча. Я жму на кнопку десятого этажа. Поднимаемся в тишине, каждый думает о своём. Створки лифта раскрываются, но Кристина застывает в нерешительности.

— Конечная. — проговариваю со смешком, слегка подталкивая. — Нам сюда.

Останавливаемся около нужной двери. Замо́к слегка щёлкает, и Кристина вздрагивает. Поглядывает на меня пугливо. Распахиваю дверь, выставляя руку в пригласительном жесте.

— Проходи.

— Са-а-аш…

— Тебе нечего боятся. Ну же, смелее.

Шаг. Второй.

Железная дверь отрезает нас обоих от внешнего мира.

Прости…

Теперь уже точно нет пути назад.

— Саш, — зовёт тихо тихо и замолкает. Я слышу её дыхание, ощущаю каждой клеткой тела исходящее от неё тепло. В кромешной темноте чувства обостряются в разы, и мне хочется продлить этот момент. Но я щелкаю выключателем, и по всему периметру потолка коридора загорается приглушённый свет.

Кристина ойкает, делает шаг назад, врезаясь в мою грудь. И кажется, я догадываюсь почему. Мы стоим повернувшись в огромному зеркалу, и в его отражении не просто парень и девушка, а напуганная девчонка, кажущаяся совсем крошечной, над которой нависает двухметровый здоровяк со сверкающими безумием глазами.

Глава 33

Кристина

— Дорогой, у меня встреча с подружками через пол часика. — Маргарита спохватывается, суетливо доедает свой обед, убирает тарелку в посудомойку, а затем подходит к папе и ласково целует в щеку. — Меня не будет до вечера. Ну сам понимаешь, шоппинг, посещение косметолога, ещё на коррекцию ноготочков заскочить надо. Так что, мои милые, не скучайте тут.

Слежу за её манипуляциями и тяжело вздыхаю. Не люблю вот такие моменты, когда приходится оставаться с папой наедине. За это время мы с ним конечно стали чуть ближе, и всё же, я чувствую исходящий от него холодок. Марго, будто специально запланировала встречу, зная, что у меня выходной, а Костик в отъезде.

— Будь паинькой. — как и предполагалось. — Это ещё один шанс стать ближе. Твой отец хотел поговорить о чём-то серьезном, не хочу мешать. — шепчет мне на ухо, когда папа подходит к окну, отвлекаясь на телефонный разговор.

Хлопает входная дверь и внутри меня мгновенно начинают зарождаться странные, неприятные и совершенно необъяснимые ощущения. Начинаю прибирать со стола, чтобы немного отвлечься, ставлю вазочку со сладостями, мед, наливаю отцу и себе чаю. Горячая жидкость течет по горлу, немного расслабляя тело, и я даже закрываю глаза от наслаждения.

Папа тоже попивает ароматную жидкость, уплетая конфеты. Мы оба сладкоежки, и наверное, это единственное наше с ним сходство.

— Мы завтра идём к Благородных.

— Да. Саша мне ещё вчера сообщил.

— Ксюшенька настоящая умничка, как и ты, Кристина. В детстве ты была самой очаровательной и умненькой девочкой на свете. — отец придаётся воспоминаниям, всё говорит и говорит, и на его лице расцветает улыбка. Искренняя. Теплая. И такая родная. Гляжу на него из под лобья, не веря. Это правда он? Не игра воображения? В груди разливается тепло. Сейчас передо мной "папа из прошлого".

— Обожала решать сложные задачки и строить из себя профессора. — папа продолжает, а я прячу улыбку за кружкой. Мне хочется сорваться с места, и крепко крепко его обнять, рассказать о том, как я скучала и как сильно его люблю, несмотря ни на что.

Только ложный образ счастливого отца испаряется, как по щелчку пальцев, останавливая мой порыв. Минутное счастье превращается в пыль. Черты его лица заостряются и передо мной восседает расчётливый, безэмоциональный и будто совершенно незнакомый мужчина.

— Да-а-а. Только всё это в прошлом. — постукивает себя по скуле и сверлит меня цепким, оценивающим взглядом. — Теперь ты, Кристина, стала этой самой задачей. Сложной, запутанной, заставляющей ломать мозг.

— К чему это, пап, я не понимаю? — спрашиваю, делая большой глоток. Неприятное ощущение возвращается вновь.

— Ты уже спала с ним? — спрашивает в лоб, сложив руки в замок и погрузив на них подбородок.

Неуместный вопрос шокирует. Чай попадает не в то горло, я закашливаюсь, ошарашенно смотрю на отца.

— Что, прости?

— Не строй из себя ничего не понимающую идиотку. — грубо выплевывает он. — Спала или не спала? Так понятнее?

— Я не обязана отвечать!

Соскакиваю. Задыхаюсь от возмущения.

Это уже край.

Папа не раз интересовался развитием моих отношений с Сашей, и в какой-то момент у меня даже возникла мысль о выгоде. Я — прекраснейший вариант процветания его небольшого бизнеса. Так сказать гарантия, при условии, что всё сложится наилучшим образом. Но подобный вопрос он задаёт впервые. Уму непостижимо.