Бразильский вояж (СИ) - Волошин Константин - Страница 23

— Трудно сказать. Я тогда был совсем юн и несмышлён. К тому же работал за гроши, и никто особо на меня не мог рассчитывать. Правда, сестра не раз говорила мне, что мною кто-то интересуется, Не придавал этому значения.

Они продолжали разговаривать и вдруг заметили, что рассвет уже начался, а среди ветвей запрыгали птички и раздаются их утренние песни.

— Боже! Мы так и не удосужились поспать?! — голос Алмы звучал тревожно и разочарованно. — Как мы сможем провести день, когда сил не осталось?

— Ничего страшного, Алмита! Умоемся и поедим, а то ещё пропадёт наша еда в такую жару. Хотя сейчас прохладно.

— А можно мне искупаться… целиком? — спросила Алма, слегка покраснев.

— Как целиком? — не понял Ник. — Голой, что ли?

— Ну да! — воскликнула она отвернувшись. — Я уже несколько дней не купалась, а было всё грязное. Смотри, какое платье у меня!

Он вспотел от одной мысли, что сможет увидеть её обнажённой, и хриплым голосом ответил со смущением:

— Здесь ведь никого нет и полно чистой воды. Я тоже с удовольствием искупаюсь. У нас в Индии мы купались каждый день, и не по разу.

Она повернула к нему розовое лицо и попросила негромко:

— Отвернись, пожалуйста. А то мне будет стыдно…

Он улыбнулся слегка, подумал, что ей не так уж и хотелось бы такое, но повернулся, дрожа от возбуждения и желания. Руки сами стали судорожно расстёгивать пуговицы на сорочке.

Он услышал плеск воды и тихие вскрики Алмы. Повернулся и увидел её белое тело, стоящее на коленях. Она плескалась руками, не поворачиваясь.

Все тело Ника горело. Он всё же справился с одеждой, и обнажённый тихо вошёл в воду. Она его не слышала, продолжая плескать на себя горсти воды, слегка вскрикивая от холодных струй. Волосы были растрёпаны и мокли в речке.

Он жарко обхватил её руками и прижал к пылавшему телу. Она вскрикнула, пытаясь повернуть голову. Он поцеловал её в шею, потом поймал губы и они слились в страстном поцелуе, ощущая дрожащими телами друг друга.

Она поскользнулась, и они вместе рухнули на песчаное дно. Отфыркиваясь, и смахивая с лиц струи воды, они устремили изучающие жадные взоры друг на друга, и по глазам каждый видел, что нетерпение каждого достигло апогея.

Ник поднял её лёгкое худое тело, отнёс на берег и положил на свою одежду. Руки, губы ласкали её белое нежное и податливое тело, получая в ответ то же самое, пока вся их игра не закончилась бурными вскриками и стонами.

— Ты сумасшедший, Ник! — наконец вымолвила она, с трудом отдышавшись. — Разве можно так рисковать сейчас? Глупый!

Он улыбался, зная, что её слова нисколько не означают злость или даже что-то похожее на это. Ник не отвечал, лишь блаженно и глупо улыбаясь, смотрел в её зелёные глаза, и нетерпение и ожидание светилось в них. Он с готовностью понял их значение и продолжил игры.

Их вывели из страстного владения друг другом звуки пушечных выстрелов. Они доносились со стороны селения, и влюблённые с изумлением вспомнили, как и для чего они здесь оказались.

Тут же послышался шум приближающейся лодки, и юные любовники бросились торопливо одеваться.

Показались две лодки, которые тащили бечевой несколько мужчин каждую. В лодках был скарб и малые дети, а женщины продирались по берегу.

— Что там в селении? — спросила Алма, помогая Нику оттащить ялик подальше на берег.

— Что! — зло ответил мужчина в одних штанах. — Пираты высаживаются, требуют денег за каких-то пленных. На кой черт они нам сдались! Самим денег в обрез, а тут им ещё давай собирай! Обойдутся!

Люди немного передохнули, а одна женщина спросила:

— Это вы сбежали с пиратского судна?

— Вроде так, сеньора. Нам посоветовали здесь переждать время.

— Если так, то спасибо, а то бы не успели уйти. Некоторые так не поверили и не ушли заблаговременно. Интересно, что с ними станется, когда пираты захватят наше селение!

Последняя женщина, проходя, бросила молодым:

— Вы бы тоже повыше прошли хоть с полмили. Не дай Бог, если пираты узнают про вас. Страшно подумать!

Юные переглянулись. Ник кивнул, и они привязали бечеву к носу ялика и потянули к перекату. Идти было не очень трудно, но Алма быстро устала.

— Иди берегом, Алмита. Я сам справлюсь.

Алма благодарно кивнула и пошла по следам прошедших здесь людей. Перед перекатом сидели мужчины, отдыхали перед трудным переходом. Отдохнули и наши герои. Ник посматривал на русло речки, прикидывал, как он сможет сам втащить ялик до спокойной воды. Посмотрел, как это делают мужчины, и спросил Алму:

— Ты сможешь мне помочь? Боюсь, что один я не справлюсь. Течение сильное, а дно каменистое и скользкое.

— Давай, — коротко ответила Алма, и они встали, готовые последовать за остальными. Сзади слышно было, как их догоняет очередная вереница лодок.

Ник сделал на верёвке петлю, выстругал палку потолще, и так потащили они ялик вверх по камням. Для отдыха Ник втыкал палку между камнями, закидывал на неё петлю и отдыхал. Смотрел на Алму с сожалением и жалостью, но понимал, что одному ему не управиться с яликом. А перекат оказался длиной шагов семьдесят, постепенно понижаясь и переходя в спокойное течение.

— Половину мы уже, прошли, — радовался Ник, поглядывая на Алму. — Скоро я сам потащу, не беспокойся! Управлюсь! Ещё шагов десять — и можешь выходить на берег. Взяли!

После переката Ник усадил Алму в ялик и погреб дальше. Речка здесь совсем сузилась и грести пришлось одним веслом, стоя на дне лодки.

— За поворотом остановимся. Там нас никто искать не станет, — Ник оглядывался назад, наблюдая, как задние лодочники преодолевают перекат.

---

[1] Параи́ба (порт. Paraíba) — городок и штат на востоке Бразилии.

Глава 6

Жители Параибы вернулись в селение через два дня. К этому времени пираты ушли, оставив в селении половину сожжённых домов и несколько десятков убитых и раненых.

Наши влюблённые тоже вернулись в селение и поразились разрушениями. На улочках ещё лежали трупы животных и обломки разбитых ядрами домов. Следы пожаров виднелись на каждом шагу. Стояли плач и причитания по убитым, стоны раненых и вой собак.

Молодых людей из жалости и благодарности приютила семья, которая первой подошла к их месту на речке. По селению разнёсся слух, что эти двое были пленены пиратами, и им удалось сбежать с судна, что в значительной степени уменьшило количество жертв и всего, что могло быть.

— Знаешь, Ник, — заговорщицки сказала Алма, когда они вышли на берег моря подальше от любопытных ушей и глаз. — Я ведь сохранила немного драгоценностей, что имела. Посмотри!

Она подняла подол платья и показала на двух щиколотках под чулками тонкие золотые браслеты. Глаза её сияли.

— И это не всё. Потрогай мой пояс, — она выпрямилась, давая возможность юноше проверить её слова.

— Там монеты? И ещё что-то, наверное, жемчужное ожерелье или просто бусы! — Ник был радостно изумлён и не скрывал этого. — А у меня всего один гульден и несколько медяков осталось. Вот болван, не мог добыть или выпросить для себя немного монет. Помощник был моим приятелем. Мы сдружились сразу после захвата нашего судна в Индии.

— Ничего, милый! И этого нам хватит на время. Лишь бы правильно выбрать направление и постараться его выдержать.

— На что ты намекаешь? — насторожился Ник.

— Отсюда недалеко до Пернамбуко. Надо бы перебраться туда, и там попытаться добыть хотя бы сотню крузадо. На эти деньги мы смогли бы поехать куда получше, чтобы устроить нашу жизнь, — и она вопросительно глядела в его синие большие глаза.

— Что ты этим хочешь сказать, Алма?

— Нам не удастся выдавать себя за родственников. Слишком мы не похожи друг на друга. А ты вообще больше на туземца похож. Значит, мы с тобой будем супругами. Это тоже не очень похоже из-за твоей молодости. У тебя даже усы ещё не отросли, как следует, мой мальчишка! Но так мне больше подходит, любимый мой! Трудно нам будет скрыть наши отношения.