Усадьба леди Анны (СИ) - Ром Полина - Страница 30

-- А почему не наняли швею? – мадам Трюффе обратилась к солидной, полнотелой Софи и ее такому же солидному мужу, Сезару. Те переглянулись и неуверенно посмотрели на властную даму. -- Я назначена герцогом Ангуленским экономкой в этот дом. И от вас потребую неукоснительного выполнения всех моих приказов! А пока проводите герцогиню в ее покои!

Анна видела, что Трюффе ставит, что называется, «телегу впереди лошади», но устраивать разборки на глазах у слуг не сочла нужным. Потому дружелюбно кивнула испуганным строгостью горничным и, поманив пальцем одну из них, спросила:

-- Как тебя зовут?

-- Элен, ваша светлость. -- Прекрасно. Проводи меня в мою комнату, Элен. А позднее, пожалуйста, найди Бертину и Фанни. Это моя камеристка и моя личная горничная. Помоги им устроится.

Девушка присела в поклоне и распахнула перед Анной дверь.

Глава 22

Жаловаться герцогине было просто грешно. Ее покои, устроенные на втором этаже одной из пристроенных коренастых башен шато Санта Лафи, заслуживали только похвал.

Несколько комнат, анфиладой идущих по окружности, были намыты и свежепобеленны. Мебель грубоватая, тяжелая и дорогая, натерта воском до праздничного блеска. Не важно, что она старомодна, излишне массивна и не слишком удобна, главное – дорогая. Ковры на полу глушили шаги горничных.

Три камина горели круглосуточно, выкатные кровати для горничной и камеристки тоже отремонтировали. Здесь, в тишине и покое, ей надлежало ожидать мужа. Ага…

В обществе горничной и камеристки, ни на секунду не оставаясь в одиночестве. Но это пока. Скоро, как сказала мадам Трюффе, она обеспечит ей надлежащее количество придворных дам для увеселения ее светлости.

Капитан охраны, сопровождавший кортеж герцогини, перед отъездом первый раз за все время попросил о беседе:

-- Ваша светлость, мы выполнили данный нам приказ и должны возвращаться. Но я нахожу вашу охрану совершенно недостаточной.

-- Капитан Ольсен, я мало разбираюсь в таких вещах. Вы можете дать мне совет? Просто объяснить, что я должна делать.

Казалось, капитан был несколько удивлен словами герцогини, но помолчав, все же ответил:

-- Мадам Трюффе набрала людей для защиты шато. Но вам необходима личная охрана. Как минимум капитан и десяток солдат. Я, признаться, думал, что здесь вас ожидают… -- казалось, капитан Ольсен и сам был в недоумении.

Анна спросила:

-- Кого нанимают на роль капитана? Где мне его взять?

-- Ваша светлость, я, пожалуй, кое-что смогу вам посоветовать. У меня есть опытный боец. Он немолод и не слишком удачно ранен. Такие поездки, как эта для него тяжелы. Он собирается в отставку. Если бы вы сочли возможным…

-- Вы хотите оставить своего бойца здесь? А где он получит чин капитана?

Светлые брови Ольсена поползли вверх, но он быстро взял себя в руки и ответил:

-- Вы можете вызвать его к себе и приказать ему стать капитаном, ваша светлость. Разумеется, за это придется платить, но Ингер умен и опытен. Подчиненных он сможет потом набрать сам.

Через два дня капитан Ольсен увел своих людей, а герцогиня вынуждена была выслушивать претензии мадам Трюффе. За то, что не посоветовалась с ней. За то, что здесь, в провинции, на собственных землях, такая большая охрана вовсе и не нужна.

Новоиспеченному капитану Ингеру было около сорока лет от роду. Невысокий, коренастый и чуть кривоногий, как и многие из тех, кто с детства сидит в седле. Анне он понравился немногословностью и исполнительностью.

Через несколько дней капитан доложил, что набрал одиннадцать человек.

-- Я мало их знаю, мадам герцогиня, но погоняю и посмотрю, кто чего стоит. Если что-то будет не так, доложу.

Пока Анна Ангуленская выезжала из шато слишком редко, и у капитана было время на подчиненных. Анна видела, что он частенько гоняет солдат во дворе замка. Так что Ольсена герцогиня вспоминала с благодарностью.

Беседовать с мадам Трюффе было тяжело всегда. Казалось, она просто ищет повода возразить или сказать «нет». Анна пыталась даже поговорить с ней по душам и попросить помощи, но нарвалась на весьма злорадную отповедь. Мадам восприняла это как проявление слабости герцогини. Разговоры за совместными обедами становились все зануднее:

-- Единственное требование герцога Ангуленского: фрейлины должны быть местные. Я считаю, что тут его светлость, ваш муж, проявили мудрость, щедрость и деликатность, давая вам время лучше узнать нравы и обычаи Франкии, – мадам Трюффе регулярно поддерживала беседу за столом подобными нравоучениями.

-- Мадам Трюффе, распорядитесь отправить ко мне в покои бумагу. Я хочу написать несколько писем.

-- Ваша светлость, я сразу после завтрака зайду к вам сама.

-- Зачем? Разве я неясно распорядилась?

-- Но у вас, госпожа герцогиня, пока нет своего писца. Вам не пристало писать самой. Я охотно помогу вам и напишу под диктовку все, что вы изволите сказать, – мадам смотрела с легкой усмешкой, но усмешку к делу не пришьешь.

-- Я хотела бы завтра видеть у себя местного кюре* патера Доменика. Думаю, он не откажет мне в просьбе и напишет все, что я продиктую.

С пожилым священником, управляющим этим приходом, герцогиня уже была знакома. Надо сказать, что отец Доменик произвел на нее достаточно хорошее впечатление. В отличие от многих своих собратьев, он был хорошо образован, знал несколько языков, воевал в молодости. И в храм Божий пришел по велению сердца, а не для заработка.

Местные горничные говорили, что кюре на свои средства помогает нескольким бедным семьям и бесплатно учит грамоте всех детишек, которым дозволяют родители. Среди прихожан патер пользовался уважением и любовью. Анна решила, что с таким человеком вполне стоит подружиться.

-- О, ваша светлость, мы можем съездить с вами в церковь, чтобы не нагружать патера столь утомительной поездкой.

-- Мадам Трюффе, вы меня не услышали? Я хочу отправить письма, но совершенно не собираюсь посвящать вас в их содержание. Вы можете послать за патером мою карету.

Мадам глубоко вздохнула, явно готовясь к скандалу, и ответила:

-- Нет. Непозволительно гонять пожилого священника ради вашего желания, ваша светлость, тем более, что я готова оказать вам всяческую помощь.

-- Хорошо. Я поняла вас. Велите заложить карету, я еду церковь помолиться.

Нельзя сказать, что Анна так уж нуждалась в молитве. Но за это время она успела выяснить интересную деталь: все крупные сделки во Франкии регистрировались местными священниками. Особенно сделки, касающиеся недвижимости. Так что в любом случае ей необходим патер Доменик. Ну, а уж просьбу своей прихожанки о пачке бумаги патер обязательно выполнит.

Писать ей было некому, но Анне хотелось точно понять, насколько широки полномочия экономки. Конечно, дама дворянка. Конечно, её приставили не просто так: она соглядатай. Но не убивать же ее теперь?!