Небо Титана (СИ) - Максимов Макс - Страница 23

— И так, — произнес капитан, глядя на лист бумаги с ответами Луча, — у нас есть шесть фраз:

“1. Луч, ты поможешь нам выжить? — Я это делаю”

“2. Ты починишь нам базу Титан-1? — Нет смысла”

“3. Что такое Сфера? — Зло”

“4. Как ты подстраиваешь падения гаек? — Ваши события, это наш язык”

“5. Что нам дальше делать? — Ждите”

“6. Ты воскресил Данте и Леонардо? — Это не они”

— Какие будут соображения на данный счет? — спросил Мингли.

— Смотря что мы хотим понять, — ответил Юра.

— Я бы хотел понять, — начал Жорж, — выживем мы или нет, и кто такие Луч и Сфера, исходя из ответов номер один и пять, можно сделать вывод, что Луч работает над нашим спасением и нам надо просто сидеть и ничего не делать. Не ездить больше ни в какие пещеры, ни к морю, вообще никуда! Мы и так собрали данных для исследования на столетия вперед.

— Очевидно у него есть свой план, раз он не считает нужным чинить нам базу, — сказал Юра.

— С чего ты взял, что он вообще способен что-то чинить? — спросил Стив.

— Если бы он не мог ее починить, он бы не стал говорить, что в этом нет смыла, — сказал Гречкин, — его ответ означает, что ремонт базы является ненужным действием, а значит, есть более рациональный способ нашего спасения.

— Я согласен с Юрой, — произнес Мингли, — идем дальше. Он сказал, что Сфера, это зло. Возникает вопрос: зло для кого? Для нас?

— Смотря что подразумевать под понятием зло, — сказал Жорж, — в биологии вообще нет таких категорий.

— Если речь идет про сознательное поведение, — начал Юра, — то зло можно интерпретировать как оценку морального поведения, которое отрицает все нравственные ценности.

— Но в каждом обществе разные нравственные ценности, — ответил Жорж, — и это только на Земле, а если рассмотреть еще и внеземные цивилизации, то как ты будешь определять, что там зло, а что добро?

— Тут всё просто, — вмешался Стив, — если Луч хочет нас спасти и при этом он говорит, что Сфера, это зло, значит она опасна для нас. Она для нас зло.

— Опасна, нет сомнений, — сказал Мингли, — в солнечной системе появился неизвестный объект, который поглощает материю. Если эта шутка окажется на Земле?

— Как она должна оказаться на Земле? — спросил Стив.

— Я понятия не имею, как она перемещается, — ответил Мингли, — но думаю, что Сфера, это такое же сознательное существо, как и Луч. Мы можем утверждать, что на данный момент ее цель поглощать материю. Но мы не знаем какие у нее дальнейшие планы. Может она отправится и на другие планеты? Или даже на Солнце и поглотит его.

— Я считаю, что четвертый пункт самый значимый и фундаментальный для нас. Это важнее уничтожения Земли и Солнца, — вдруг заговорил Саид.

Листок с ответами Луча лежал посреди стола. Члены команды уставились на фразу “Ваши события, это наш язык”.

— Тебе есть что сказать по этому поводу? — спросил капитан у Саида.

— Если все так, как говорит Луч, то выходит, что он и ему подобные общаются между собой через нас.

— Через наши события? — недоверчиво произнес Жорж.

— Да, Жорж, тут ведь так написано, — недовольно пробурчал Саид, — мне самому это сложно представить, но выходит, что да. Это объясняет выпадение нужных Лучу треугольников.

— При чем тут вообще треугольники? — спросил Стив, — или выпадение треугольников это и есть подстроенное Лучом событие?

— Они там между собой так же общаются треугольниками? — задумчиво произнес Юра.

— Нет, — ответил Саид, — я думаю все гораздо глубже. Всё, что я буду сейчас говорить, это лишь то, как я понял ответ Луча. Треугольники, это простое событие для того, чтобы выйти с нами на контакт. Через треугольники он указывал нам на алфавит. Видимо, Лучу так было проще всего общаться именно с нами именно здесь. Но суть тут не в треугольниках, а в том, что он может каким- то образом создавать события в нашем мире. И эти события являются у них аналогом букв, слов или предложений.

— Чтоб создавать события, надо уметь влиять на материю, — сказал Гречкин.

— А вот это будет один из следующих вопросов Лучу, — Саид взял лист с карандашом и сделал запись: “1. Как ты управляешь материей?”.

— Ты хочешь сказать, что мы это просто буквы для них? — спросил Жорж.

— Нет, не мы, а наши поступки, — ответил Саид, — а мы как функция. Мы создаем ситуацию, или они подталкивают нас создать ситуацию, нужную кому-то из них. Через эту ситуацию они передают свою информацию, подобно тому, как мы это делаем, произнося слова.

Саид записал следующий вопрос: “2. Ты создаешь события?”.

— Я все же не могу представить такой способ коммуникации и уж тем более я не могу представить высший разум, который этот способ использует, — сказал Жорж.

— Мне это видится так, — начал Саид, — допустим наша с вами жизнь, это воздушная среда, с ее колебаниями в виде ветров и прочего подобного. Аналогией создаваемого Лучом события, будет являться какой-нибудь щелчок азбуки Морзе или произнесенная человеком буква или слово. И вот значит этот щелчок или слово в нашей воздушной среде создает резонанс, колебание, которое мы — люди, улавливаем ухом и определяем это как сигнал, как послание. Так устроен наш устный способ коммуникации. То есть наша жизнь и мы для них это та же самая воздушная среда, а создаваемое Лучом событие является тем самым щелчком или словом. Мы создаем резонанс в воздухе словами, они создают резонанс в нашей жизни событиями.

— То есть сидят два таких Луча друг напротив друга за столом, а на столе расположена наша вселенная, — рассуждал Мингли, — и Лучи эти создают различные события в нашем мире, таким образом общаясь между собой?

— Именно это заявил Луч, — Саид пожал плечами, — я лишь расширил его ответ.

— Как-то не очень приятно ощущать себя просто функцией общения высшего разума, — произнес Жорж, — получается, что мы это язык для них? Лишь способ передачи сигнала? Наш мир, это лист бумаги, в который они НАМИ записывают послания и отправляют друг-другу? Мы, получается, абстракция? Бред какой-то. И вообще, мало ли что там сказал этот Луч. Мы не обязаны верить ему.

— Даже если мы и правда лишь язык для них, — принялся рассуждать Гречкин, — то как сюда притянуть воскрешение Данте и Леонардо? Да еще и то, что это, как сказал Луч, были и не они вовсе?! А если это не они, то кто это такие? (указывает рукой на замерзшие трупы) Откуда они взялись? Где настоящие тела Данте и Леонардо? Сразу рождается цепочка вопросов.

— На это я не могу ответить, — сказал Саид.

— Как они могли эволюционно прийти к такому? Нет, это невозможно, — сказал Жорж.

30. Допросы мертвых

Через несколько часов геологи немного оттаяли, и мы смогли завести окоченевшие руки Данте за спину и перемотать их скотчем. Ноги тоже перемотали. Стив взял образцы крови и после недолгого разглядывания под микроскопом сообщил, что ничего необычного в крови этой нет. Несомненно, это человеческая кровь, сказал он, а Данте с Леонардо — несомненно трупы самых обычных людей.

— Я, знаете, что думаю, — говорю я, потягиваясь на раскладушке, — гроза эта тоже вызвана Сферой.

— На Земле гроза возникает из-за неравномерного прогрева воздушных масс, — Мингли, до этого что-то чиркающий карандашом на листке, поднимает на меня взгляд, — ты думаешь Сфера может как-то влиять на температуру вокруг?

— Не знаю, но гроза аномально долгая и сильная.

— Погода на Титане не так хорошо изучена, чтоб делать такие выводы, — отвечает Жорж.

— Если сравнить с Землей, то… — я замолкаю, на полуслове. Мы все резко поворачиваемся к телам геологов.

— Послышалось? — говорит Стив, выходя из-за стола.

Я встал.

Слышу негромкое — “Помогите”. Приглушенный звук доносится не из микрофона скафандра.

— Ах ты сволочь! — слышим мы низкий из-за атмосферы голос Леонардо.

— Помогите, они проникают в меня, — тихо говорит Данте.

— Да что тут происходит?! Вы все чертовы психи! — Леонардо, увидев нас, принялся ерзать по полу, пытаясь высвободить руки.