Под тенью маски 2 (СИ) - Андреева Алёна - Страница 11

Волосы убрала под темный палантин, концами обмотала шею. Строгая получилась дама, страшноватая. Но мне уже все равно. Главное сейчас — спокойно добраться до съёмной квартирки, которую я заблаговременно сняла, как только прибыла в Кодвен. Благо срок аренды еще не вышел и мне не придется искать новое убежище. Доберусь до временного убежища, а там уже нужно будет успокоиться и решить, что делать дальше.

Дом, в котором находилась квартира, имел четыре входа, по одному с каждой стороны. Мой арендодатель заверил, что в доме живет лишь одна старушка, да и то никак беспокоить меня не станет. Но, вопреки моим желаниям, у самой калитки многоквартирного дома я столкнулась с подслеповатой соседкой. Та, признав во мне какую-то дальнюю родственницу почившей цори Бронте, радостно поприветствовала, справилась о том, как прошла дорога и обещала чуть позже принести пирог к чаю.

Я кивала, благодарила и, сославшись на усталость, ретировалась в свою каморку. Ключ, слава Всевышнему, все также лежал под садовой фигуркой. Дверь открылась легко, уже через минуту отгородив меня от этого враждебного и неуютного города. Теперь крохотная комнатка мне казалась единственным спасением.

Скинув тяжелые, уже порядком надоевшие мужские ботинки, я дотянула сумку с вещами и саквояж до старенькой просиженной софы. Здесь же стянула с себя платье и, накинув теплую кофту, принялась растапливать печь, чтобы нагреть воду.

Хотелось хоть немного омыть себя водой. После такого насыщенного дня чувствовала я себя замыленной скаковой лошадью. К тому же нужно смыть грим, поухаживать за лицом. Оставалось надеяться, что слой искусственной кожи продержится до завтрашнего вечера. И если сегодня Зюнгер и Корчеш успели забрать мои вещи, завтра я смогу сделать себе новое лицо.

Через час нагрелся чайник. Следом я решила нагреть чан с водой и только потом приступать к водным процедурам. Пока возилась с дровами и печью, пожаловала соседка, чтоб ее, даже имени ее не помню. Долго стояла у двери, стучала, ворчала, и даже, кажется, бранилась. В итоге оставила тарелку с куском пирога у двери и, громко пожелав дворовым котам приятного аппетита, наконец-таки ушла домой. Гостинец я все же решила забрать, предварительно осмотрев территорию двора сквозь щель приоткрытой двери.

Тихо и, кажется, ни одной живой души на всей улице. Чувствуя себя воровкой, стянула кусок пирога с тарелки и быстро захлопнула дверь. Принюхалась. С ягодами, вроде бы. И не первой свежести. Но с учетом, что есть я теперь хотела всегда, а до следующего нормального приема пищи мне еще жить да жить, решила съесть то, что имеется. Благо и вода в чайнике горячая.

Поискала в шкафчиках заварку. Ее оказалась целая непочатая банка. Нашелся даже кусок засахарившегося меда. Вот уж везение! Да у меня тут целый пир намечается!

И только после, когда я уже ютилась на старой скрипучей кровати, оценила благосконность судьбы к моей скромной персоне.

Пока мне, несомненно везло. На меня покушались в Штокенвильде, и только чудом мы с Нинель не оказались под завалами. Сумела скрыться от преследователей, хоть и ненадолго.

В Кодвене меня все же нашли. Но и здесь мне помог бездомыш, предупредив о засаде. И даже когда я забралась в чужой двор, старый ополоумевший вояка не выпустил пулю, дав объясниться. И даже помог.

Все складывалось хорошо, но не стоит надеяться на то, что везение будет продолжаться. Если артефактами так легко определить мое местоположение, то никакая чужая личина мне не поможет. Меняй я лицо хоть сто раз на дню, все равно вычислят. Быстро и без лишних свидетелей. И что-то мне подсказывает, что на этот раз со мной церемониться не станут.

Какой выход из всей этой ситуации? Только один. Ехать туда, где их артефакты не смогут определить моё точное местонахождение…

19. Разговор за завтраком

— Ты сегодня снова уходишь? — Кайен, уплетая за обе щеки ароматную яичницу с беконом, смотрел на хмурого и осунувшегося брата. Горьер явно был не в духе, поэтому он добавил: — Макс, ты хоть иногда спишь?

— Иногда сплю,— ответил Палач, глотая обжигающий крепкий кофе и переводя взгляд со стены на Кайена. — Меня беспокоит обстановка в столице Версарии. Вильга дохаживает последние месяцы, но беременность ей дается слишком сложно. Поговаривают, молодая королева больна, и с каждым днем ей становится только хуже. Уже несколько человек подтвердили мне, что к ней присылают лекарей с разных концов света.

— А что Теймор?

— А что Тэймор? Он в своем репертуаре, тискает фрейлин, ездит на охоту и прожигает казенные средства. До жены ему ровным счетом нет никакого дела. Его цель - получить наследника, на этом их отношения с Вильгой Прекрасной заканчиваются.

— Ну и что тебе до этой королевы? Беспокоишься за нее?

— Есть у меня одна догадка, почему ей в последнее время не здоровится. Но это только мои догадки. Но… если я прав, то у моей маленькой подопечной открылся дар. Она каким-то образом научилась обходить печать…

Кайен замер и уже совсем по-другому посмотрел на Горьера.

— Подожди. Ты хочешь сказать, что теперь королевские артефакты могут…

— Да. Кажется, это сейчас и происходит. А это значит, что моя маленькая Этели жива, здорова, да еще и проявляет характер. Хотя он у нее всегда был.

Кайен натянул кривую улыбку и, с трудом сглотнув ком в горле, озвучил то, о чем боялся думать даже сам Горьер.

— Макс, но это значит, что теперь на нее объявлена настоящая охота. И они ее в живых точно не оставят.

— Я и без тебя это прекрасно понимаю, — Палач скривился от жестоких слов брата, отодвинулся от стола и в негодовании швырнул расшитую серебром салфетку . — И теперь, мне кажется, что только от меня зависит, останется ли она в живых.

— Она так нужна тебе? Может, пустить все на самотек? Убьют девчонку, и ты избавишься от обязательств. Ну что ты так привязался к ней?

— Убьют и выставят ее труп на обозрение. А нас обвинят, что мы не уберегли королевского отпрыска, который, на минуточку, если ты об этом забыл, был отдан нам как залог мира.

— Ах да, ты прав. Тэймор только и ищет предлог, в чем бы нас обвинить и снова развязать войну на Северных Землях. А с учетом, что эта девочка имеет отношение и к Франдерии, то эти шакалы с удовольствием присоединятся к войскам Версарии.

— Совершенно верно. В случае смерти Этели выигрывают сразу несколько сторон. Но только не мы. И если раньше мне казалось совершенной глупостью то, что нам отдали эту девчонку. То теперь понимаю, что их ошибка может оказаться для нас спасением. Пока она все еще моя невеста. И в моих силах найти её и спасти.

— А что с той шпионкой? Откажешься от затеи найти ее?

— Одно другому не мешает. Тем более, в ее досье было написано, что именно она занимается поиском наследницы королевской крови. А значит, ей известно об Этели намного больше, чем всем остальным. Да и, насколько ты помнишь, ей приказано убить девочку. Отыщу эту шпионку, вытяну все, что ей известно, а потом отправлю туда, откуда не возвращаются. Одной убийцей будет меньше.

— Как-то слишком самоуверенно. Столько лет прошло… След крови на твоем клинке может быть и дает тебе возможность выследить эту шпионку, но если ей дали задание найти и убить наследницу, то, может быть, не стоит ее преследовать?

— Что ты имеешь ввиду?

— Я бы наоборот предложил ей сделку. К примеру, вместе отыскать наследницу и потом уже прикокнуть ее. Вместе и искать веселее, и контролировать процесс легче.

— Скажи еще, что мне стоит затащить эту агентессу в постель.

— Почему бы и нет? Совместить приятное с полезным! Тем более, что женщины так доверчивы…

— Бред, — Максимилиан направился к выходу. — Я к Вермелям. Ещё раз пообщаюсь с его дочерью. Буду к обеду. Из дома ни на шаг!

— Да понял я уже, понял…

20. История маленькой принцессы

Разговор с братом взбудоражил. Хоть Кайен и был склонен к разного рода авантюрам, но рациональное зерно в его словах определённо имелось. Сейчас только ленивый не будет искать наследницу королевской крови.