Буду твоей Верой - Белинская Анна - Страница 10

– Ну окей, а зачем?

– Ну-у-у… зачем обычно помогают?

– Чтобы что-то получить потом взамен, – заключает Бестужев.

Оскорблённо всплёскиваю руками.

Театр по мне не плачет, перекрестившись, что Боженька отвёл от такой недоактрисы, как я.

– Как можно? Я от чистого сердца, – прижимаю правую руку к сердцу, а на левой скрещиваю указательный и средний пальцы.

«От чистого сердца и грязных помыслов», – подзуживает мой праведный внутренний голос, и я сильнее заливаюсь краской.

Ох, Вера, Вера…

– Сам справлюсь, – бросает Бестужев и собирается вроде как уходить.

– А вот и не справишься! – прищуриваюсь. – Все знают, как Бубновский к тебе относится. Да он сделает всё, чтобы тебя завалить. А я бы могла тебе сделать такой проект – закачаешься! Да ещё бы и объяснила так, что ни у одного Бубновского вопросов к тебе не возникнет! Как тебе такой вариант? – пытливо выжидаю Бестужевского вердикта.

– Хорошо. А взамен тогда я должен?.. – смешно выгибает бровь и усмехается одним уголком верхней губы.

В идеале я обязана сказать, что ничего не должен, я же вроде как собралась помочь от чистого сердца.

Но это в идеале, а по моему плану…

Снова собираюсь с духом, закрываю глаза и на одном дыхании выпаливаю:

– Должен стать моим парнем.

Секунда, две, три…

Тишина.

Подозрительно тихо.

Медленно открываю один глаз, а второй расширяется от удивления сам.

Потому что…

Хватаю ртом воздух, как выброшенная на берег тарашка.

Потому что передо мной ПУСТО!

Растерянно кручу головой по сторонам и вижу, как, опустив руки в карманы спортивного трико, Бестужев расслабленной походкой выходит из студгородка, чуть ли не присвистывая.

Да как он смеет вообще?

Ну уж нет, женишок, так легко ты от меня не отделаешься!

Мои ноздри широко раздуваются, как у скакового коня, пока несусь вслед за бросившим меня парнем.

Хохотнув, подмечаю, что как-то быстро меня бросил парень, даже не успев стать тем самым парнем!

Обегаю Бестужева спереди снова и преграждаю путь.

– Опять ты? Да что ты ко мне прицепилась? – хватает меня за плечи, пытаясь сдвинуть с пути, но баул с учебниками приходится как никогда кстати, выступая моим временным якорем.

Бестужев округляет глаза, а я победно улыбаюсь.

– Ты носишь с собой кирпичи, чтобы тебя ветром не унесло? – выпаливает мой одногруппник.

Ха-ха, смешно.

– Нет. Чтобы двинуть как следует тому, кто хватает меня за руки, – гневно смотрю на его клешни, которые почему-то до сих пор путешествуют по моим плечам. – Руки!

Егор фыркает и резко одёргивает руки, как от огня.

То-то же!

Удовлетворённо задираю подбородок, но вдруг понимаю, что с таким поведением ни одну девушку в «девушки» не возьмут.

Нужно быть как-то помягче, что ли…

– Егор…

– Сразу нет, – перебивает меня Бестужев.

Э-э-э, чё сразу нет?

– Да погоди ты. Выслушай для начала, а потом уже выводы делай.

Нас обходят студенты, потому что мы стоим по середине аллеи.

Решаю, что такие судьбоносные разговоры так не ведутся.

Бросаю взгляд на пустующую скамейку рядом и кивком головы приглашаю на место наших партнёрских переговоров.

Бестужев вытягивает длинные ноги, а руки закидывает за голову, прислоняясь к спинке скамейки.

– Предлагаю сделку, – начинаю издалека.

Егор выгибает бровь, и, кажется, я читаю в его мимике подобие интереса, но мне могло и показаться.

Когда вижу, что меня не собираются послать, продолжаю:

– Я делаю за тебя проект, – замолкаю, подумав, – лучший проект на потоке, – поднимаю вверх указательный палец, чтобы выглядело моё предложение эффектнее. – А ты мне помогаешь привлечь внимание одного парня, – потупив глаза, смущённо отвожу лицо в сторону.

Звезда гандбола сосредоточенно молчит и, кажется, обдумывает моё предложение.

Уже неплохо.

– Интересно. И как я должен помочь тебе привлечь внимание какого-то парня?

– Не какого-то, а вполне реального Артёма Чернышова.

Бестужев присвистывает и ухмыляется, давая понять, что губа у меня не дура.

Но я и так знаю, что слишком лихо замахнулась, поэтому тыкать меня мордой в молоко не нужно.

– Так у него же вроде девушка есть?

Он про Карину, что ли?

Тю-ю!

– Сегодня – Карина, завтра – я! – гордо выпячиваю грудь, которой отродясь не было, и расправляю плечи. – А вот ты мне как раз и поможешь, чтобы завтра была я.

Да, самонадеянно, ну а как иначе?      

– И каков план? – заинтересовано уточняет Рональдо Бестужев.

Сажусь поудобнее и сдуваю мешающий клок волос со лба.

– Мы представимся парой, – вижу, как дёрнулся кадык Бестужева. От счастья, наверное! – Ты – местная спортивная звезда, я – тоже ничего! – а про себя добавляю «ничего особенного». – Чернышов заметит меня в твоей компании, обратит внимание, оценит и поймёт, что именно я ему и нужна!

Егор гаденько морщится и проходится по мне таким взглядом, как будто перед ним сижу не я, а царевна-лягушка, которую нужно поцеловать.

Так и он не принц сказочный! И целовать меня не надо!

От представленного меня начинает тошнить.

Фу!

– Фуфло, – с деловым видом заключает Егорка, как научный сотрудник, который после нескольких лет неудачных испытаний и потраченных на нововведение инвестиций, отчитывается перед спонсорами-заказчиками.

– Почему это фуфло?

Ну и словечко.

– Потому что Чернышов твой не поверит в наше представление.

– Почему?

Сама далеко не ушла, заладила: «Почему да почему», тьфу, аж самой противно от себя!

– Потому что у меня такой девушки не может быть, – бросает свой брезгливый взгляд мне на голову, потом на лицо и останавливается на плече Ромкиной куртки.

Что он там увидел?

Опускаю лицо и вижу жёлтое жирное пятно, расплывшееся и начинающее впитываться в куртку брата.

Ёлки-иголки!

На меня ж голубь нагадил!

Я же собиралась привести себя в порядок, пока не увидела в зеркальце Бестужева.

И он всё это время разговаривал со мной и молчал?

Быстро лезу в баул под пристальным вниманием будущего фальшивого парня, извлекаю оставшуюся половину влажных салфеток и зеркало.

«Свет мой, зеркальце, скажи, кто на свете всех милее, кто румяней и белее?»

Точно не я, потому что в зеркале на меня смотрит люмпен с помойки: на голове – укладка от розетки в 240 вольт, на лице – багровые обветренные пятна, на куртке – влажные разводы, а на плече – жирное птичье пятно.

Мра-а-ак…

Хочется стукнуть себя по лбу.

Так себе претендентка в девушки, согласна.

– Извини. Меня это… – нда, Илюхина, вот уже и ты начинаешь разговаривать, как недалёкая: «Меня это, того самого, ну ты понял».

Правильно говорят, с кем поведёшься!

– Обосрали? – невозмутимо помогает Бестужев.

Замираю с салфеткой в руке.

Как грубо.

Ну и мужлан.

Это все спортсмены – такие остолопы, или мне такой достался?

– Говорят: «На счастье», – пожимаю плечами.

Егор недоверчиво хмыкает, но ждёт, пока я проделаю все манипуляции по наведению порядка в своём внешнем виде.

– А так? – улыбаюсь, потом хмурюсь, поправляю очки, поворачиваюсь боком.

Просто я не умею позировать!

– Тоже не прокатит, – крутит головой Бестужев.

Ааа! Стухнуть можно!

– Вот и сделай так, чтобы прокатило! Я, между прочим, собираюсь сделать твой проект лучше своего. И тебе не придётся сдавать экзамен у Бубновского. Поэтому тебе тоже придётся постараться выполнить свою часть уговора на отлично, – злобно выпаливаю я.

Ты смотри-ка какой!

Всё ему не так!

Звезда гандбола Рональдо Бестужев внимательно разглядывает меня, а потом протягивает свою длинную культяпку:

– Хорошо, по рукам.

Довольно улыбаюсь и вкладываю свою маленькую, по сравнению с его медвежьей лапой, руку.

– По рукам.

Закрепляем нашу сделку крепким рукопожатием и на этом прощаемся.