Они не люди. Книга вторая (СИ) - Фламмер Нат - Страница 22

Вернулась Анастасия с подносом. И расставила по столику кофейник, коньяк и блюдо с закусками.

— Рядом со сценой колдун в ханьфу. Он на вас всё время смотрит, — по-японски пробормотала она и налила кофе и коньяк.

Аверин взял бокал и скосил глаза. Мужчина в ханьфу смотрел на него. Он был бы похож на китайца, если бы не высокий рост и глаза. Отсюда не было видно, какого они цвета, но очевидно, что не карие — гораздо светлее.

— Нас засекли, — тихо проговорил он, — готовьтесь.

Кузя вытянулся на полу и показал на секунду когти. Его поза выглядела расслабленной, но Аверин знал, что из этого положения див легко развернется в любую сторону.

В том числе в сторону выхода, чтобы сбежать.

Насчет роли Кузи при планировании операции произошел настоящий скандал. Див ни в какую не желал покидать возможное поле боя, как Аверин ни пытался ему объяснить, что позвать на помощь и передать полученную информацию намного важнее. С большим трудом удалось доказать, что, приведя помощь, див защитит хозяина лучше, чем просто погибнув за него в бою.

Поэтому, если дело примет скверный оборот, у Кузи была инструкция немедленно бежать к яхте, по пути выпустив сигнальную ракету, спрятанную в фальшивом ошейнике. Увидев ее, дежурящие на ближайших островах полицейские должны немедленно оповестить Управление.

Допустил ли Аверин промах? Или этот «китаец» хочет получить себе Анастасию? А может, просто присматривается к незнакомцу с настолько сильными дивами? Причем сразу двумя?

Что же. Пока остается только ждать.

Дива на сцене успешно уклонилась еще от трех дротиков, музыка становилась всё громче.

— Кидайте, — прошептала Анастасия, — он не сводит с вас взгляда.

Аверин и сам понимал, что придется принять участие хоть в каком-то из предлагаемых «развлечений». Это, по крайней мере, выглядело довольно невинным. Поэтому он встал, взял дротик левой рукой и, размахнувшись, метнул его в бедро танцующей дивы.

Длинная игла вошла в ее плоть примерно наполовину. Девушка дернулась, но продолжила танец. Зато толпа взревела.

— Первый пошел!

Зазвенели бокалы. Аверин тяжело опустился на диван.

Тут же к нему подскочила всё та же официантка. На ее подносе стоял высокий бокал с коктейлем.

— Ваш приз, мастер, — она поклонилась.

Аверин взял бокал, отсалютовал им зрителям и сделал вид что пьет.

Потом посмотрел в сторону колдуна. Тот исчез.

Аверин откинулся на спинку дивана и принялся наблюдать за действом. Ждать пришлось недолго. Танец еще не окончился, как к нему подошла официантка.

— Господин, прошу простить, что отвлекаю, но с вами желают побеседовать. Не изволите ли пройти за мной?

— А тот, кто желает, не хочет ли подойти сам? — Аверин нарочито лениво отмахнулся.

— Прошу простить меня… но его светлость настаивает.

«Его светлость. Ох, бедная глупая девочка, ты не представляешь, как ты мне сейчас помогла».

— Ладно, раз и светлость, и настаивает… — он протянул руку, и Анастасия помогла ему встать.

— Полная готовность, — тихо проговорил он.

Втроем они снова направились за официанткой. На этот раз она повела их не вверх по лестнице, а прямо по коридору. И, остановившись перед шикарной резной дверью из красного дерева, открыла ее, с поклоном пропуская колдуна вперед.

За дверью оказалась роскошная приемная с обитыми кожей диванами и золочеными подсвечниками, утыканными красными и черными свечами. Обстановка приличествовала дорогому борделю. Аверин уже догадался, кто ждет его за золоченой дверью кабинета, видневшегося на другой стороне приемной.

Дверь открылась, и из нее вышла управляющая, та самая, в платье с высоким воротником. Догадка Аверина окончательно превратилась в уверенность.

— Прошу вас, проходите. Хозяин ждет вас. Ваших слуг, будьте любезны, оставьте в приемной.

Аверин мельком глянул по сторонам. Окно, наполовину занавешенное бархатной шторой, выходило на залив. Аверин взглядом указал на него Кузе.

— Оставайтесь здесь, — сказал он и шагнул в открытую дверь.

Дверь выглядела массивной. Что у нее внутри? Серебряная решетка?

Колдун, «китаец», сидел за столом в огромном кожаном кресле, больше похожем на трон.

— Присаживайтесь, Гермес, не стесняйтесь, — он указал на кресло напротив и улыбнулся.

Дверь захлопнулась. Женщина-див застыла рядом с ней.

Аверин осмотрелся. Окно тут тоже присутствовало, но с его обратной стороны виднелась резная решетка, без сомнений, серебряная. Значит, и насчет двери он не ошибся. В стенах, надо полагать, тоже серебро, как в Управлении. Эта комната — бункер, в котором можно отсидеться, если случится что-то серьезное.

— Рад вас видеть, — лицо хозяина кабинета выглядело вполне приветливо. Аверин улыбнулся в ответ и сел в предложенное кресло.

— И я очень рад видеть вас, Андрей. Надеюсь, ваш настоящий, — он подчеркнул это слово, — фамильяр нальет мне выпить? А то мой приз остался в зале. Жаль, лед растает, когда я вернусь.

На лице князя Рождественского мелькнуло удивление.

— Арина, налей гостю коньяк.

— Лучше водки. Мне доктор запретил пить коньяк.

— В прошлый раз доктор запрещал вам пить вообще, помнится.

— Я сменил доктора, тот мне не нравился, — Аверин пожал плечами.

Рождественский положил локти на стол, сплел пальцы и принялся рассматривать своего гостя.

— А вы, как я погляжу, неплохо осведомлены.

— Ну право же, Андрей… Вы знаете меня с детства… Неужели вы думали, я поверю, что пигалица Ланфэнь или как ее там — княжеский фамильяр?

— Вот оно что… Да, не подумал, спасибо, что указали на ошибку. Но вы тоже прокололись с маскировкой, так что мы квиты, — князь развел руками.

— И в чем же я прокололся? — Аверин вопросительно посмотрел на князя, не переставая улыбаться.

— Ну, это совсем просто. Во-первых — ваш ягуар. Я отлично помню историю с поимкой опасного демона-«ягуара», ее много муссировали в Собрании. И этот нелепый ошейник, явно что-то скрывающий. Кроме того, да, вы явились без трости, но всё равно отлично видно, что вы хромаете, даже притворяясь пьяным. Половину бутылки в вашем номере мы видели, очень натурально. Вот только из унитаза воняло джином, дивы такое отлично чувствуют. А уж когда вы кинули дротик левой рукой и, черт побери, попали, я вообще перестал сомневаться.

— Ну, не обессудьте, не мог удержаться, глядя на этих мазил, — Аверин картинно закатил глаза.

— А что вы хотели, Гермес, что же вы хотели? Девяносто процентов посетителей моего уютного мирка — обычные люди, которым больше негде получить такие… яркие впечатления.

— Богатые люди, я видел расценки на номера. Но, браво, вы проделали отличную работу, выводя меня на чистую воду. Хотя и сделали несколько ошибок.

Фамильяр Арина принесла водку и замороженную стопку, скорее всего, где-то в комнате был холодильник. Налив водки, она замерла с бутылкой в руке.

Пить совершенно не хотелось, но Аверин поднял стопку и сказал:

— Ваше здоровье, Андрей.

И выпил. Очень надеясь, что водка не сильно ударит в голову. Он еще не ужинал, а съеденных в зале закусок было явно недостаточно. Но не пить нельзя. И проверять, не подмешано ли что-то — тоже, иначе, можно считать, он уже проиграл.

— Черт, вот так-то лучше. А вы не хотите?

Рождественский начал нервничать и терять терпение.

— Гермес, — проговорил он уже почти без улыбки, — давайте всё же к делу. Я хочу задать вам несколько вопросов, и от ваших ответов зависит, как пойдет наш дальнейший разговор.

— С удовольствием отвечу. Эх, хорошо пошла. А можно мне чем-нибудь закусить, красавица? — Аверин подмигнул фамильяру.

Дива посмотрела на хозяина. Тот кивнул.

— Итак. Первый и главный вопрос — на кого вы работаете? Кто велел следить за мной? И второй — сколько вам платят?

Аверин глубоко и очень драматично вздохнул. И расслабленно откинулся в кресле. Теперь можно было позволить себе расслабиться: Рождественский пытался его перекупить, а не убить. Что довольно здраво, учитывая оставшихся в приемной Кузю и Анастасию. Если с хозяином что-то случится — они устроят в отеле бойню. Сам князь, скорее всего, отсидится в кабинете, но для бизнеса это будет очень и очень плохо.