Они не люди. Книга первая (СИ) - Фламмер Нат - Страница 57

Ранним утром три дня назад в полицию поступило несколько тревожных звонков. Люди слышали что-то, похожее на выстрел, и громкий крик. А старушка, встающая очень рано, заметила «анархиста». Узнав адрес, Виктор немедленно выехал на место, а позже забрал дело себе. По горячим следам был найден охотничий карабин. Полицейские опросили свидетелей. Была проведена экспертиза оружия и установлен владелец. Теперь настало время допросить «анархиста».

Виктор представлял себе нагловатого хлыща, но на стуле в гостиной сидел симпатичный парнишка чуть старше его собственного сына, в модной среди подростков синей косоворотке с вышивкой на высоком вороте. Это называлось «толстовкой». Правда, волосы парня были выкрашены в разные цвета и на носу красовались нелепые круглые очки, но это было единственным, что выдавало в нем бунтарство. Кузьма, а именно так звали племянника, при виде полицейского поднялся, поклонился и вежливо поздоровался.

Второго «Кузи» видно не было. Имя это, опять же по словам Маргариты, «кот» обрел как раз благодаря племяннику. Это Гермес так пошутил, сказав домработнице, что нашел ей «Кузю», когда она просила завести кота. Впрочем, и кота экономка в итоге получила, и насчет племянника, судя по всему, в накладе не осталась. Гермес кормил парня и платил какие-то деньги за помощь, а Маргарита совершенного не гнушалась нагружать его домашней работой. А вот о «личности» кота говорить Маргарите было нельзя. Виктор отлично это понимал. Чего греха таить, даже у него, несмотря на дружбу с колдуном, хватало суеверий по поводу дивов.

— А где же наш герой? — поинтересовался Виктор, садясь за стол. Было уже накрыто, но сначала нужно поговорить с Кузьмой.

— Следит за женой одного чиновника, — Гермес развел руками.

— О, вы теперь беретесь за слежку? — удивился Виктор.

— Да, я решил немного отдохнуть.

Из кухни вышла Маргарита с большой корзиной в руке.

— Уж вы поймайте этого живодера, Виктор Геннадиевич, — сказала она, — у нас в соседнем доме у Меньшовых собачку вот так же застрелили, прямо на глазах у детей, и так и не поймали никого. А Кузя хороший кот, курей не воровал, да и не держат тут курей.

— Ты шла на рынок, — напомнил Гермес.

— Да-да, ухожу-ухожу, никому не мешаю, — подхватилась Маргарита и направилась к двери.

О том, что произошло на самом деле, Маргарите знать не стоило. Оно и понятно.

Виктор проводил экономку взглядом и начал непростой разговор:

— К моему глубочайшему сожалению, графа Синицына пришлось отпустить. Да, карабин, брошенный на месте преступления, принадлежит ему. И отпечатки пальцев на нем тоже его. Но жена утверждает, что подозреваемый провел всю ночь с ней и уехал на службу в восемь. Да и вы с Кузьмой в один голос говорите, что видели дива.

Он повернулся и посмотрел на паренька:

— Ведь так?

— Не совсем, — сказал Кузьма, устремив темные стекла очков прямо Виктору в глаза, — я видел птицу. Очень большую, серую.

— Ты можешь ее описать? Стоп, нет. Давай ты мне подробно расскажешь, что именно ты видел.

Кузьма на минуту задумался.

— Я проснулся, когда Гермес Аркадьевич собирался на пробежку. Дверь хлопнула, я встал и вышел на улицу, на угол, где елки, подышать свежим воздухом.

— …покурить… — уточнил Гермес.

Кузьма, до это неотрывно смотревший в лицо Виктору, резко повернулся:

— Я не курю! — возмущенно воскликнул он.

— Ладно, верю, — Гермес усмехнулся.

Воспитание племянника шло полным ходом. Вообще, в возрасте Гермеса пора было воспитывать собственных детей. Но товарищу не везло с женщинами. Виктор понимал, что мириться с таким образом жизни, как у следователей и сыщиков, женщинам не просто. Это его Алена святая.

— Продолжай, — попросил он Кузьму.

Тот снова повернулся к полицейскому и вперил в него круглые стекла очков.

— Так вот. Потом Гермес Аркадьевич вышел за калитку. И див в форме кота больших размеров сбил его с ног, накрывая своим телом. Гермес Аркадьевич выставил щит и призвал Плеть.

— Так, подожди, как ты понял, что он выставил щит?

Юноша поднял руку и изобразил позу, которую, по всей видимости, принял Гермес.

— Вот. Вот так делают, когда держат щит.

— Учите его, что ли? — удивился Виктор.

— Немного, — подтвердил Гермес, — небольшие способности у него есть. Колдун уже не выйдет, а вот помощник в самый раз.

Виктор даже немного посочувствовал Кузе. От Гермеса он знал, что не все мальчики с силой колдуна поступали в Академию. Многие были слишком слабы, чтобы сдать вступительные экзамены. А многих, даже поступивших, немилосердно отчисляли на младших курсах. Хотя, по слухам, в старые времена неуспевающие юные колдуны десятками гибли во время экзаменов. Так что в чем-то этому Кузьме повезло. Колдуном он не станет, зато будет жив, и, если не заленится, Гермес устроит племяннику неплохое будущее.

И всё-таки было в парне что-то странное. Вот этот прямой взгляд, например. Подростки не любят смотреть в лицо, особенно представителям закона. Может быть, дело в очках? Глаз самого парня не видно.

— Рассказывай дальше, — сказал он.

— Так вот. Див Гермеса Аркадьевича повернулся и рыкнул на кусты. Потом зашатался, из-за ранения. Я на кусты посмотрел и увидел огромную серую птицу.

Виктор нахмурился:

— Погоди, — с сомнением проговорил он, — если тот див стрелял в человеческой форме, а в другой он не мог, а потом обратился птицей и улетел, то как ты смог его разглядеть? Гермес говорил, что див не ниже седьмого уровня. Разве человеческий глаз такое видит?

Кузьма на секунду задумался, не сводя с полицейского взгляда, а потом уверенно сказал:

— Я видел птицу. Она расправила крылья и поднялась в небо. А потом да, исчезла.

Виктор посмотрел на Гермеса. Тот кивнул. Вероятно, в момент взлета птица не торопилась. Но это надо узнать точно, подростки любят приврать, давая показания, и потому, что фантазия у них бурная, и для того, чтобы преувеличить свою значимость. Но, видимо, этот парень говорил правду.

— Хорошо. А потом?

— Наш див превратился в галку и за тем, серым. А Гермес Аркадьевич как закричит: «Назад, назад». А потом схватил его и в дом побежал. Ну и я зашел.

— Вот как, значит. Большая серая птица… И это не личина, так?

— Не личина, — вмешался в разговор Гермес, — смену истинной формы на личину я бы заметил. Это звериная форма того дива.

— Так… это нам почти ничего не дает. «Серых птиц» среди дивов первого класса может оказаться немало. И это если нам предоставят доступ к личным данным хотя бы городских фамильяров. А если это кто-то пришлый… Но надо будет поискать. Вы уверены, что Синицын не мог никого нанять, чтобы расправиться с вами и Кузей, который младший?

Хотя дива Кузю, конечно, стоило бы считать старшим, но сейчас это не имело значения.

— Уверен. Синицын псих, возможно, но не идиот. Я бы не удивился, если бы он сам пытался меня застрелить. Но нанять кого-то с сильным дивом, а потом зачем-то дать ему свой карабин — это слишком глупо и бессмысленно. Да и зачем такому диву карабин? Он бы разорвал нас обоих без особого труда. Я был совершенно не готов к нападению. Что, признаю, было моей большой ошибкой.

— Тогда почему он вообще стрелял?

— Думаю, именно для того, чтобы в моей смерти обвинили человека.

— Синицына?

— Да, его. У нас с ним был конфликт, он вызывал меня на дуэль. Почему бы и нет?

— Но план провалился.

— Да, — Гермес откинулся на кресле, — на самом деле, если бы не Кузя, я сейчас был бы мертв. Но тот, кто придумал этот план, совершил серьезную ошибку. Он не учел Кузю в своих расчетах.

— Значит тот, кто подстроил всё это, знал о вашем конфликте с Синицыным, но не знал, что вас защищает сильный див? Это маловероятно.

— Разумеется, — согласился Гермес, — тот, кто строил этот план, знал про Кузю. Но не учел его некоторых особенностей. Дело в том, что Кузя не совсем обычный див.

— Ну, это я уже понял.

— Именно. Он не агрессивен. Вы, кстати, знаете, почему на колдунов охотятся с серебряными пулями?