Моритур (СИ) - Медовникова Алиса - Страница 86

Тело Гадриэля было мертво, но разум мог быть заперт внутри и все чувствовал. Узнавшие об этом беллаторы молили о прекращении мучений, потому что Гадриэль выглядел все хуже. Даже оптимистичная Селена не могла больше отрицать, что конец близок. Она лишь надеялась, что Лиза найдется до того, как верум их покинет. Ее лучшая подруга должна была иметь возможность попрощаться хотя бы с Гадриэлем, раз ее лишили возможности проститься с любимым мужчиной.

Лиза, разлетевшаяся на тысячи кусочков сразу после убийства Тенакса, числилась без вести пропавшей, но только ради будущей стратеры. Все бонумы считали, что девушка погибла, но Селена верила, что лучшая подруга жива и ее необходимо найти, хотя не имела ни единого доказательства, подтверждающего свою теорию. Стратера понимала, что остальные списали Лизу со счетов, потому организовала собственное расследование, подключив к нему Вара и лучших ищеек Гадриэля. Последние, на удивление, легко согласились. И не только потому, что хотели «подыграть» стратере. Некоторые из них до сих пор думали, что Лиза была в отношениях с Гадриэлем. Она же и в лазарет приходила, и на встречу в беседку, еще и Поезде Нечисти что-то там между ними было. И раз уж они не могли помочь своему наставнику, то могли хотя бы отдать дань памяти небезразличной ему девушке.

Среди сотрудников Гадриэля были отличные технари, которые умели управляться с видениями предикторов и сопоставляли их с действительностью. Они «оцифровали» обрывки видений предикторов, где появлялась Лиза, выделили часто повторяющиеся элементы ландшафта и здания, пропустили их через поисковой алгоритм и получили всего один результат — заброшенный остров в Японии. Селена надеялась, что место, ставшее когда-то резиденцией для Рауля Сильвы в одном из фильмов о Джеймсе Бонде, укрыло и ее лучшую подругу. С этой, казавшейся ей счастливой новостью, девушка поспешила к Михаилу, просить разрешения на миссию по спасению Лизы. Глава бонумов не верил в то, что Лиза жива, но приказ отдал и миссию все же разрешил.

На рассвете морозного декабрьского дня отряд кустодиамов, состоящий из двенадцати бойцов и двух влюбленных, высадился на острове, посещение которого еще недавно строго каралось. Явившиеся на поиски Лизы бонумы не боялись депортации, но не знали, чего ждать от вымершего острова, который мог казаться таким только на первый взгляд. Они подстраховались и для начала исследовали территорию с помощью квадрокоптеров с тепловизорами. Площадь острова была маленькой, потому через пятнадцать минут ожидания технари дали отмашку.

Сгруппировавшиеся на площади в южной части острова беллаторы начали продвижение вглубь острова под руководством Витиума. Путь их лежал к тридцати заброшенным высоткам, некогда бывшим домами для сотен жаждущих добывать уголь людей.

В середине прошлого века остров, который предстояло исследовать бонумам, был одним из самых густонаселенных мест на земном шаре, но потом пришёл в запустение. Жители покинули его, а десяток магазинов, два бассейна, школа, больница и кладбище остались доживать свой век в пугающем одиночестве.

Гнетущее одиночество мертвого города пугало Селену, но она продолжала поиски веря в то, что в этом жутком месте теплится жизнь и она ее отыщет. А остров, так походящий издали на крейсер, не спешил раскрывать своих секретов. Проведя на нем полдня, команда спасения так и не нашла ту, кого явилась спасать. Бонумы могли уверенно сказать, что ни одной живой души кроме них здесь нет, но Селена отказывалась верить в то, что они шли по ложному следу. Два часа она бродила по небольшому острову и звала подругу, а когда сорвала голос, Вар смог вставить слово и объяснить, что Лизы здесь нет.

Селена принимать правду не желала. Она оттолкнула возлюбленного и направилась к самому высокому зданию на острове. Забравшись поросшую жухлой травой крышу, девушка огляделась. Вокруг не было ни одного места, в котором бы могла укрыться ее подруга, но Селена не хотела принимать поражение.

— Неужели все закончится вот так? После всего, что она сделала? Все закончится вот так? — кричала девушка, кутающая в куртку. Пронизывающий ветер хотел не только лишить ее остатков голоса, но и сбить с крыши.

Селена знала, что подруги здесь нет, но отказывалась принимать правду. Она не могла отпустить единственную зацепку, держащую ее на плаву и позволяющую верить, что все еще можно исправить. Ей хотелось верить, что у нее еще будет возможность извиниться за то, как она вела себя с Лизой последние недели и за то, что помешала ей рассказать о терзавшей ее Тьме. Ей нужно было извиниться за то, что не поддержала во время исчезновения Мэша и осуждала за любовь к малуму. Попросить прощения за то, что последними словами, которые она сказала лучшей подруге были: «Надеюсь тебе хватит ума осознать, что ты любишь убийцу». Признаться, что сама была дерьмовой подругой и даже не знала о том, что чувствует Лиза и через какую боль она проходит. Ее подруга потеряла любимого, боролась с Тьмой и каждый день терпела адскую боль, чтобы приручить меч Михаила и спасти всех. А что она? Она закрывала глаза на происходящее и делала вид, что постоянно занята, потому что не могла смотреть в ее полные боли глаза. Она все время была занята и не хотела общаться, потому что ей было противно, что подруга страдает из-за исчезновения убийцы. Она сбегала из дома вместо того, чтобы обнять Лизу и сказать ей, что все будет хорошо. Сказать ей, что и в Мэше есть что-то хорошее, раз она в него влюбилась и он обязательно найдется. Сказать, что она всегда поддержит и будет рядом в трудную минуту. Селена должна была сделать все это. Должна была сделать все то, что постоянно делала для нее Лиза. Она должна была ее поддержать. Но она была плохой подругой и просто закрывала глаза на проблемы, происходящие в жизни Лизы. Легче было не замечать боль подруги, не пускать ее проблемы в свое сердце, ведь хватало и своих забот.

И сейчас, гонимая разъедающим чувством вины, Селена желала найти подругу больше всего на свете. Ей необходимо было извиниться за все то, что она на творила. Необходимо было получить ее прощение. Но Лизы больше не было. Она погибла. Умерла на обряде, спасая Селену и ее любимого, но так и не сумев спасти себя и своего любимого. И теперь Лиза и Мэш мертвы, а Селена будет жить. Будет жить с осознанием того, что уже второй лучший друг умер из-за нее, а она неблагодарная тварь, которая при жизни совсем не ценила тех, кто ради нее отдал свои жизни даже не раздумывая.

Селене больно было признавать, что надежды на спасение Лизы разбились на куски. Но ей пришлось это сделать.

Глядя на бушующие волны, девушка поняла, что больше не может себе врать. Лиза мертва, как и Кир, а ей придется принять тот факт, что в последние дни ее жизни, когда ей было плохо и нужна была помощь, она ее не поддержала. Селена знала, что виновата. Но у нее больше не было сил держать вину в себе. Она выпустила ее вместе с криком. Она кричала и кричала, и кричала, пока у нее окончательно не сел голос, а по раскрасневшимся от ветра щекам не покатились слезы.

Вар, стоявший все это время недалеко от Селены, тоже чувствовал себя паршиво. Он также винил себя за то, что в последние дни жизни Гадриэля был невнимателен к нему. Ведь он готовился к смертельной миссии и знал, что скорее всего умрет, но продолжал сохранять стойкость и мужество, хотя внутри у них все леденело от одной только мысли о будущем обряде. Его лучшему другу было плохо, он нуждался в поддержке, а Ингвар — обсерватор, наблюдатель, которому было положено все подмечать, ничего этого не замечал. А точнее не желал замечать. Он был так зациклен на Селене, что упустил важное. Упустил последние дни Гадриэля, которые тот провел в одиночестве, тренируясь до изнеможения.

Но подойдя к любимой девушке, Вар не хотел говорить об их ошибках, он хотел приободрить Селену, потому поделился мыслями:

— Жизнь испытывает нас, но я верю, что все не зря. Верю, что боль дарована нам как способ стать лучше. Просто осознание этого приходит значительно позже. Мы же привыкли спрашивать: «Почему?». «Почему именно я?», «Почему все плохое случилось именно со мной?». Мы задаём эти неправильные вопросы и из-за них зарываемся в проблемы. Перестаем верить в Свет и то, что все к лучшему. Я понимаю, тяжело верить в то, что гибель друзей к лучшему, но, если задать правильный вопрос, то станет легче. Нужно спросить не «Почему?», а «Зачем?». Просто спроси себя «Зачем?». «Зачем мне эти испытания?», «Зачем они пришли в мою жизни?» и ответ, давно спрятанный в глубине твоей души, придет. Но ты должна быть готова принять правду, какой бы болезненной и горькой она не была. Правда исцеляет.