Живи и ошибайся 3 (СИ) - Соловей Дмитрий "Dmitr_Nightingale" - Страница 44

Приедет Лёшка или дед, может, помогут разобраться и присмотрят что-то достойное. По-любому, мы застрянем с похоронными делами здесь надолго.

О! А я ведь даже гроб не заказал. Нужно же отпеть и достойно похоронить соседа. Дел предстояло немало.

Ещё раз тяжело вздохнув, я отправился в спальню.

Глава 17

Лёшка прискакал с сопровождением к обеду следующего дня.

— Пётр Петрович и священник едут следом, — громко сообщил он и приобнял меня. — Ты как тут?

— Херово. Трупы горкой сложил и дурью маюсь.

После вывалил все свои проблемы. И прежде всего отсутствие персонала, чтобы за всем следить. Один мужик вместе с сыновьями физически не успевал управиться со всей живностью. Напоить и накормить — это даже не полдела. Конюшни нужно почистить, навоз вывезти и так далее.

— Перегоним лошадей к нам, — решил Лёшка.

— А наследник? Кстати, кто им будет? Официальных детей у Куроедова нет и не было. Я так помню, что и бастардами он не обзавёлся.

— Всё правильно помнишь, — подтвердил Алексей. — Ксенофонт Данилович в детстве свинкой переболел. По этой причине бесплоден. Рассказывал, что парочка баб от него якобы понесла, он детей куда-то в деревни пристроил, а после вы справочник написали с симптомами и последствиями паротита. Он тех баб плетьми наказал.

— У него ж вроде все девки в закрытом гареме были, — возразил я.

— Не все. Тут ещё дворня имелась. Всегда под… хм… рукой.

— Ладно, с бабами не наше дело. Что по наследнику? — вернулся к изначальной теме.

— Племянник, я так думаю, — пожал Лешка плечами. — Куроедов рассказывал, что у младшей сестры семеро детей и только один мужского пола. Он и наследует.

— Где-то должно быть завещание.

— Не факт. Как ты помнишь, сосед за здоровьем следил, помирать не собирался. Мог и не оформить завещание.

— Но наследовать в любом случае будет ближайший родственник мужского пола. Знать бы кому весточку отправить. Мне здесь сидеть и сторожить добро совсем не улыбается.

— Перво-наперво нужно оборудование по красителям себе вывезти. Наследнику аргументируем тем, что взяли на сохранность и хотим выкупить.

— А если не продаст? Бизнес по пигментам очень уж вкусный, — усомнился я.

— Не продаст, вернём. Не всё и кучей. Пусть попробует понять технологию и найти исполнителей. С мужиками, работающими на производстве красителей, нужно срочно решать, — заявил Алексей. — Чтобы конкуренты не появились.

Насчет сложностей в восстановлении производства я был полностью с ним согласен. Нет в это время грамотных химиков в таком количестве, чтобы они толпами нанимались на предприятия провинциальных помещиков. Разобраться в формулах без специального образования не так-то просто.

Куроедов по моему совету соблюдал секретность. Его крестьяне имели ограниченный допуск. Полностью повторить цепочку синтезирования того или иного красителя они не смогут. Большинство в курсе одной какой-то операции и совсем не знают, что ей предшествует и что будет дальше.

— Выпуск «Куроедовских красок» прекращаем, — предложил я. — Слишком хлопотно делать краски в тюбиках.

— Согласен, — кивнул друг. — Кому нужно, пусть сам организует производство всех этих белил и охристых пигментов. Рентабельность низкая, дохода, считай, нет. В своё время Куроедов больше волновался о собственном имени на коробочках, чем о красках. Кстати, о Куроедове. Успеем завтра похоронить, чтобы не затягивать с этим делом?

— Чтобы похоронить, нужно могилу вырубить в мёрзлой земле. И ещё убедиться, что тот мертвец и есть Ксенофонт Данилович. Пойдёшь труп смотреть, не кушай перед этим.

— Ха! Мы передовые методы криминалистики используем. Так сказать, в память о почившем, — усмехнулся Алексей. — Руки, точнее кисти, надеюсь, у него целые?

— Вроде да, — не припомнил я деталей.

— Откатаем пальчики мертвеца, сравним с теми, что он предоставил для учебника.

— Отличная мысль, — одобрил я, припомнив, что для литографии в книге по криминалистике действительно были предоставлены отпечатки пальцев Куроедова.

Любил соседушка прихвастнуть во всём и везде. Вот и запечатлел себя ещё и таким образом для истории. Немцы-художники повторили отпечатки детально, но увеличили рисунок раза в два. По таким картинкам действительно будет легко определить личность убитого.

— Я тут реагентов для определения групп крови прихватил. Как знал, что понадобятся, — продолжил Лёшка. — Предоставим служивым полный перечень, с аргументацией и доказательствами. Сам заключение о причинах смерти напишу и заверну по-умному. Свидетелям дам на подпись.

— Иди пока отпечатки пальцев снимай, а я поищу в библиотеке учебник по криминалистике, — отправил я Лёшку на не самое приятное дело.

Труп Куроедова потом еще немного потаскали по сараям, чтобы тело немного оттаяло и можно было получить те самые отпечатки. Уже поздно вечером при свете свечей мы сравнили рисунок папиллярных линий и дружно решили, что убит Куроедов. Делать анализ крови необязательно, но Алексею загорелось тиснуть статью в научный журнал с конкретным примером. Он даже сам взялся зарисовывать мертвеца.

Я смотреть на это безобразие не пошёл и так хорошо запомнил, что из себя представляла голова Куроедова. Очень, я вам скажу, неприятное зрелище. Всякому терпению приходит конец. Это раньше крестьяне не видели для себя другой доли, а с манифестом царя «расправили крылья» и покарали обидчика.

С приездом деда и священника дел прибавилось. Февраль. Мороз. На кладбище могилы не так-то просто выкопать. Пришлось собирать мужиков, чтобы те занялись этим делом. Пользуясь особым положением, я вначале крестьян приодел, накормил, пообещал добавить деньжат и поставил на копательные работы.

Почти двое суток возились. Землю согревали кострами. Чтобы обеспечить дровами, задействовали лесорубов и определили всех тяжеловозов на подвозку дров. Лошадей легкоупряжной и орловской породы к этому времени отправили в моё имение. Оттуда придут ещё люди для помощи на куроедовских землях. Пока власти не в курсе гибели помещика, стоило ускорить вывоз того, что нас заинтересовало. Мы решили забрать все готовые пигменты красителей, оборудование к нему и людей. В два-три захода на тяжеловозах вывезем. За это время закончим с похоронными делами и отправим посыльных в Бузулук.

Куроедовскую библиотеку Лёшка основательно перетряхнул. Нашёл какие-то интересные экземпляры и тоже упаковал для отгрузки. Делать это совсем уж открыто не стали, незаметно в санях припрятали. Ещё я нашёл хорошее сукно, батист, два рулона некрашенного шёлка и холстину. Ткани тоже заберём. А вот одежду Куроедова не тронули. Слишком приметная, да и не по размеру она нам. Слугам отдать не по статусу. Разве что из обуви можно было с десяток сапог умыкнуть. Сапоги в это время самая удобная обувь.

Так называемую «лабораторию» в доме проредили основательно. Я решил, что парочка микроскопов моим мальчишкам пригодится больше, чем куроедовскому наследнику. Градусники и химические реактивы забрал почти все. Даже не в курсе, для чего они предназначались, ведь сам сосед никаких опытов не проводил. Скорее всего демонстрировал некоторые умения по смешиванию реактивов своим гостям, чтобы поддерживать легенду и выставить себя в роли просвещённого человека.

Похоронили Ксенофонта Даниловича спустя восемь дней со дня его смерти. Отпевал священник, присланный из Перовки. Старец Самарский не посчитал нужным прибыть для столь печальной миссии. По словам деда, батюшка был занят тем, что штамповал две тысячи экземпляров своей длани на портретах и ставил автографы. Половину этой продукции оставит нам, а вторую заберёт, когда отправится летом в путешествие на пароходе.

Нужное и правильное решение. Это и в денежном плане выгодно, и желающих получить благословение будет меньше приезжать. Реально, не может же отец Нестор разорваться и всех благословить или отпеть. Куроедову так вообще уже без разницы, какой поп его в могилу провожал.