Право на дочь (СИ) - Маар Чарли - Страница 4

— Инна, меня сегодня не беспокоить, — жму на кнопку селектора.

— Алексей Игоречив, у вас на сегодня был запланирован выезд на объект...

— На завтра перенеси, — сажусь в рабочее кресло и делаю большой глоток.

Закрываю глаза. Напиток стекает по глотке и приятно согревает пищевод. Правда, расшатавшиеся нервы особо не успокаивает.

— Чёрт, я же сказал, не беспокоить! — рявкаю, когда слышу щелчок открывшейся двери.

— Это я уже понял. Как раз возле ресепшена стоял. Чуть не оглох от твоего ора, — Воронцов заходит в кабинет и, отодвинув стул, садится напротив меня. — Рассказывай давай, что случилось. Ты ходишь странный с тех пор, как мы приехали в офис. На совещании дёрганный был. Дизайнеру новому ни слова не сказал.

Вот, млять, кстати на счёт дизайнера!

— Как она попала в наш офис? Сама пришла или ты её нашёл? — подаюсь вперёд, упираясь локтями в лакированный стол. Дёрганными движениями расслабляю узел на галстуке.

Чёрт! Четыре года прошло, а меня до сих пор от её вида колотит. Кто бы мог подумать...

— Ты про кого? — выгибает бровь. —Про Морозову что ли? Дизайнера нового?

— Да, — бросаю нетерпеливо. — Про неё. Ты её нашёл или она сама сюда пришла?

Я должен это выяснить. Это принципиально важный момент.

Что-то я нихрена не верю в такие совпадения. Питер — второй по величине город в России. Как могло произойти, что из всех дизайнерских агентств Снежинка выбрала именно моё?

Внутренне морщусь, назвав её уменьшительно-ласкательным. По привычке просто. Четыре года назад, когда мы встретились в её родном городе Рязани, я называл её только так.

Какого чёрта она вообще забыла в Петербурге? Захотела бОльших перспектив в карьере?

Тут же вспоминаю наш давний разговор в ресторане, когда я спрашивал её о жизни в столице. Она тогда сказала, что Москва для неё слишком шумная.

Она и для меня слишком шумная. В этом мы с ней похожи. Именно поэтому я и переехал в Питер, чтобы открыть свою фирму здесь...

— А что такое? Не понравилась? — Глеб переводит непонимающий взгляд с меня на стакан, который я кручу в руках. — Вроде хорошая девочка. Молоденькая правда и опыта работы мало... Но портфолио у неё достойное. Да ты же сам давал ей рекомендацию. Я просматривал её документы. Собственно, увидев рекомендательное письмо от твоего имени, и принял решение взять.

— Так, значит, сама пришла всё же... — откидываюсь на спинку стула.

Поднимаю стакан вверх. Задумчиво смотрю на то, как солнечные блики переливаются в тёмной янтарной жидкости.

Подношу к губам и залпом выпиваю содержимое.

Какова вероятность того, что наша встреча действительно роковая случайность?

Нет, всё же на Снежану это не похоже. Плевать, что прошло четыре года, я знаю её достаточно, чтобы понять — она слишком гордая, чтобы намеренно искать встречи со мной.

— Ну ты может объяснишь в чём дело? — спрашивает Воронцов. — А то я как дурак сижу и уже пол часа пытаюсь расшифровать твою неадекватную реакцию...

— Мы были вместе, — тянусь к бутылке и снова заполняю стакан. — Четыре года назад.

— Так она твоя бывшая что ли?

— Можно и так сказать, — хмыкаю, делая глоток.

“Бывшая”. Почему-то сейчас это слово кажется мне каким-то грубым. Почти варварским. И вообще не применимым к Снежане.

Хотя, отношения между нами действительно закончились. Причем на довольно дерьмовой ноте.

— Помнишь я на новый год в командировку ездил в Рязань? Когда ещё на Ефимцева работал. Там надо было работу новой дочерней фирмы организовать.

— Ну.

— Вы мне тогда девочку по вызову заказать хотели... А пришла она.

— Она что, бывшая... — выпучивает глаза.

— Нет, — качаю головой. — Она аниматором была на детских праздниках. Случайно перепутала квартиры и пришла ко мне. Ну и в общем сам понимаешь, недоразумение произошло. Я, конечно, ничего лишнего сделать не успел. Но напугал девчонку сильно. Пришлось извиняться потом. После этого всё и закрутилось у нас...

— Так, а расстались почему?

Снова оттягиваю удушливый узел на галстуке. А потом раздражённо стягиваю его с себя и откидываю на стол.

Чёртова удавка. Всегда их терпеть не мог.

— Сейчас это уже не важно, — отвечаю уклончиво.

Не хочу говорить о том, что было. Меня до сих пор бомбит, когда я мысленно возвращаюсь к событиям четырёхлетней давности.

Чёрт, Снежинка вообще не изменилась. Она даже пахнет также. Апельсинами и корицей. У меня этот запах всю жизнь похоже плотно с ней ассоциироваться будет.

— Слушай, не знаю, что там между вами произошло, — начинает Воронцов. — Если ты хочешь найти другого дизайнера...

— Нет, — перебиваю. — Она останется. Некогда нового искать. У нас тендер на носу.

— Ну смотри, — ухмыляется, поднимаясь с места. — Вообще, тебя не поймёшь, Борцов... Ладно, я тогда на объект съезжу сам. Ты на сегодня, видимо, уже наработался, — бросает взгляд на стоящую на столе бутылку.

Откидываюсь на спинку стула и устало выдыхаю. Чёрт, мне бы самому себя понять...

— Инна, — наклоняюсь к селектору, когда Воронцов выходит за дверь. — Мне нужна информация на Морозову. Телефон, адрес проживания. Всё что есть в общем. Сейчас.

5 глава

Снежана

Никакой ты не всемогущий, Борцов! Я просто отказываюсь так думать! И не собираюсь играть по твоим дурацким правилам.

Боже, ну всё это какой-то бред. Словно я попала в страшный сон, и он не желает заканчиваться.

Пулей вылетев из офиса, куда я, скорее всего, больше не вернусь, направляюсь в сторону метро. Сейчас заберу дочку из садика, мы поедем домой, а там я подумаю, как быть дальше.

Снова начинается дождь, что невероятно меня бесит. И так настроение можно выкинуть в мусорное ведро, а тут ещё погода издевается.

Ну как так могло произойти, что в столь огромной стране мы с Борцовым выбрали один и тот же город, куда переехать? И как в таком огромном городе, я выбрала именно ту компанию, где он является генеральным директором?

Ирония судьбы, да и только...

Садик, который посещает моя Ася, очень мне нравится. Территория ухоженная, много развивающих занятий для детей, так что можно не переживать за будущее поступление в школу. Её я, кстати, тоже уже подобрала. Глупо, наверное, ведь Асе всего три года. Но мне так хочется, чтобы у дочки было всё самое лучшее. Я хочу дать ей такое детство, которого не было у меня. Хочу дать ей любовь, чтобы потом она знала, как её должны любить и уважать другие. Хочу дать образование и возможности, чтобы потом она не оказалась в такой сложной жизненной ситуации, как я.

— Здравствуйте, Ирина Владимировна, как сегодня Ася себя вела? Не плакала? — спрашиваю воспитательницу, зайдя за дочкой в группу.

Из-за дождя они сегодня не гуляют.

— Ася, за тобой пришла мама! Идём отпрашиваться домой, — зовёт дочку воспитательница.

Та, оторвавшись от кучи игрушек, поворачивается в нашу сторону. Рот тут же расплывается в смешной улыбке без двух передних зубов.

Я улыбаюсь малышке в ответ и раскрываю объятия.

Она несётся ко мне, словно маленький ураган. Хвостик с бантиком подпрыгивает на каждом шагу.

"Боже, как же ты на него похожа, моя бусинка. Сердце кровью обливается".

— Вы знаете, Снежана Денисовна, — воспитатель отвечает на мой вопрос о поведении Аси как раз тогда, когда дочка уже подбегает ко мне и обнимает, — Ася сегодня не плакала, но дважды подралась с двумя другими девочками. Кроме того, она приказала одному из мальчиков убрать за неё со стола после обеда.

Ещё одна Борцовская черта в моей бусинке — она самый настоящий командир и манипулятор. Такое только от него могло достаться!

— А чего они! — Ася хмурит светлые брови, уперев руки в бока. — Плистают ко мне! Иглушки забилают. Не нлавится!

— Солнышко, но это же не повод драться и заставлять кого-то выполнять твои обязанности, — подхватываю малышку на руки и крепко целую в щёку.