Самые близкие (СИ) - Доронина Слава - Страница 43

Я настолько ошеломлена появлением Андрея, что с трудом соображаю и едва не роняю телефон на траву.

Передо мной стоит Ковалёв с огромной охапкой тюльпанов и улыбкой до ушей. Здоровый, невредимый, будто и не уезжал никуда. Протягивает на раскрытой ладони коробочку, которую я сразу не заметила.

— Можем считать, что синхронно подготовились, да?

Дыхание не желает возвращаться в норму. Что это? Судьба? Интуиция? Как так могло получиться? И главное, как Андрею удалось вернуться? У него ведь сегодня суд, и я знаю, что ситуация непростая, позитивных новостей ждать не стоило...

— Только вот незадача... — надев мне на палец кольцо, говорит Андрей и тянется к карману пиджака.

Лишь сейчас замечаю, что и одет он подобающе. В костюм.

— Фамилию все же придется взять мою, — сообщает с иронией и показывает свой новый паспорт. — Ковалёва судят сейчас, да. Плохи у парня дела. А вот у Багдасарова нет, — Улыбка Андрея становится шире.

Кажется, кто-то кайфует от моего шока?

Андрей дает время изучить паспорт, потом убирает его обратно в карман и привлекает меня к себе. Заключает в объятия. Между нами, как и в ту ночь, море тюльпанов, буря эмоций. А теперь еще и обручальное кольцо на моем пальце... С ума сойти!.. Не верится!

В горле встает ком. От счастья. От нереальности этого момента. От того, что Андрей выбрал меня и Бусинку. Задолго до того, как получил видео с предложением, раз вернулся уже с новыми документами и кольцом.

40 глава

— Ну ты как, малышка? — спрашивает Андрей, касаясь холодной ладонью моего лба.

— Плохо, — вяло отзываюсь я. — Как будто гвозди ржавые в виски забивают.

Никогда не накрывало такой сильной головной болью, а сейчас недосып и переживания за Бусинку выбили из колеи. У Алины операция послезавтра, меня из-за этого так подкосило. Даже с кровати встать не могу. Не хватало еще заболеть на фоне стресса, тогда меня и близко к дочери не подпустят...

— Сейчас позвоню маме и попрошу ее побыть с Бусинкой.

— Лучше бабушку Дину, — подсказывает Андрей. — У Руса и Богдана сегодня выступление, а Эрик в командировке.

— Точно, — чуть ли не стону я. Мозг почти не работает.

— Нанервничалась?

— Да ты сам… — хочу возмутиться, но сил нет.

— Что есть, то есть, — соглашается Андрей. — Ничего, опыт лечения мигрени у меня большой. Янис часто ими страдает. В отличие от него, у тебя слабая версия. Он в такие моменты вообще овощем лежит, даже неяркий свет усугубляет его состояние. К счастью, у тебя такого нет.

— У меня не так сильно, — подтверждаю тихо, вспомнив, что приступы мигрени бывают у Яниса после травмы головы, которую он получил в молодости.

Андрей поднимается с кровати и идет на кухню. Возвращается с полотенцем, стаканом воды и таблеткой.

— Сразу не полегчает, но к завтрашнему дню станет получше. — Он накладывает мокрую повязку мне на лоб. — Сейчас еще в аптеку схожу за одним лекарством, оно куда эффективнее. Ну и выспаться надо, Яна. А потом кое-чем закрепим, залечим, расслабим, — подмигивает.

— Кое-чем? — усмехаюсь я.

— Кое-чем. — Андрей проникновенно смотрит в глаза. — Кстати, что с твоими снами? Беспокойно спишь последние два дня. Опять кошмары?

— Не помню, что снится, — честно признаюсь.

Действительно не помню. Наверное, так сказываются усталость и волнение. Мне и впрямь нужно отдохнуть. Пусть мама и бабуля побудут сегодня с Бусинкой. Или Андрей. Хотя он и так проводит в больнице со мной и дочерью все свое время. С тех пор как вернулся, забросил дела.

Единственный день, когда мы беззаботно наслаждались обществом друг друга, был почти три недели назад. Я фотографировала свадебное торжество четы Бегловых. Андрей пошел вместе со мной. После работы мы остались на тусовке и в праздничной атмосфере отметили наше воссоединение и помолвку. Это было незабываемо! Ковалёв, теперь уже Багдасаров, под залпы салютов пообещал, что у нас будет такой же шикарный праздник, как тот, что я весь день снимала на камеру. А потом он всю ночь занимался со мной любовью.

Вспоминать об этом приятно, даже боль в висках становится тише. Или так действует холодный компресс?

Андрей, подхватив мой телефон, опять уходит на кухню. Слышно, как он говорит с бабушкой, просит ее нас подменить. Спустя пару минут возвращается в спальню и берет свою одежду.

— Я в аптеку. Бабуля согласилась. Скоро буду.

Через мгновение хлопает дверь, и я снова морщусь от боли.

Все-таки стрессы не проходят бесследно. Знать бы только, как их избегать. Иногда события случаются сами собой, независимо от того, хотим мы их в своей жизни или нет, и бьют по психике наотмашь.

Меня начинает клонить в сон, мигрень выматывает. В полудреме до слуха доносится звук уведомления. Приподнимаюсь и бросаю взгляд на свой телефон, но тот не подает признаков жизни. Зато на непогасшем экране смартфона Андрея висит сообщение, которое пришло ему с незнакомого номера. На английском.

Текст эсэмэски повергает в шок. Вместо боли внутри вспыхивает всепоглощающая ярость.

Взяв телефон Андрея, набираю его бывшую подругу, которая написала с нового номера. Контакт Натали у Ковалёва уже в черном списке. Не так давно я защищала эту женщину и просила Андрея ее поддержать, но теперь считаю душевнобольной. Натали пора изолировать от общества.

— Ты желаешь смерти моей дочери? — цежу сквозь зубы. — По-твоему, это истинная любовь, о которой ты написывала Андрею изо дня в день?

От гнева не сразу соображаю, что говорю по-русски и Натали, возможно, не совсем меня понимает. Тут же перевожу на английский и добавляю:

— Хватит ему звонить, писать гадости и шантажировать. Андрей не вернется ни к тебе, ни в вашу страну. Он останется со мной и нашим ребенком, который будет жить. — Я повышаю голос, выделяя последнее слово жесткими интонациями. — Ты ведь сама мать и потеряла сына. Ни одна женщина, пережившая такое, не пожелает этого ужаса другой. Разве, в твоем представлении, это любовь?

Натали пытается вклиниться в поток моих слов, унизить. Угрожает, что натравит на меня и нашу семью своих подписчиков и хейтеров. Но мне все равно! Во-первых, я нахожусь в другой стране, во-вторых, со мной любимый человек, а в-третьих, у отца есть опыт улаживания публичных скандалов. Оказывается, у них с мамой в молодости была похожая история.

Ну и в-четвертых, в-пятых, в-шестых — я люблю и любима. Мне не нужно делать низости, чтобы испытывать это чувство и получать в ответ взаимность.

— Ты могла бы стать самой счастливой с таким человеком, как Андрей. Он заботливый, ответственный, чуткий, любящий. Ты сама все разрушила, своими руками. Перестань, наконец, употреблять дурь и донимать Ковалёва, или новость о том, что ты наркоманка, и правда, как погиб твой ребенок, просочатся в сеть!

Я с детства горой за этого мальчика, и теперь мужчину, хотя не раз подставляла Андрея сама. Но то был способ привлечь к себе внимание. Сейчас у меня другие методы, чтобы добиться своего. К тому же теперь мы с Андреем заодно. Будь то проблемы, радость или горе. Наши чувства друг к другу иной раз ассоциируются у меня с садом. Если за ним ухаживать и вовремя убирать всякие сорняки, — вроде женщины на другом конце провода, — то он всегда будет благоухать и цвести.

Натали не особо вдохновляет моя речь. Вряд ли получится навсегда избавиться от этой полоумной, поэтому сбрасываю звонок и уже со своего телефона набираю отца. Рассказываю, что подружка Андрея покушается на святое, нашу Бусинку, и не дает нам житья. Затем я звоню Янису и говорю ему то же самое.

Андрей не погладит по голове за такое. У него слишком благородный характер. Да и общее с этой женщиной горе не позволит ему сделать столь решительный шаг. Но я считаю, что зло должно быть наказано. Натали же хотела быть популярной? Вот и получит новый виток славы. За что боролась…

Закончив телефонные разговоры, чувствую, как голова становится невесомой от усилившейся боли. К моменту возвращения Андрея я успеваю удалить из истории его звонков и сообщений неизвестный номер. В своем мобильном позже подчищу, что набирала отца и Яниса. Это останется нашим маленьким секретом.