Чужой среди ничьих (СИ) - Сердюк Алексей - Страница 55

Для получения сертификата инженера-конструктора землянин решил-таки пройти известным путём — по давно протоптанному стандарту множества… да большинства молодых и питающих надежды конструкторов. То есть разработать небольшой ПА, продемонстрировав свежесть взгляда и креативность подхода, после чего успешно забить на получившуюся кракозябру и заниматься проектами, за которые платят реальные креды. Выделываться и предлагать что-то совсем уж эксклюзивное, типа универсального АКИ, Ал посчитал… избыточным, или преждевременным как минимум. Его, как специалиста, или признают с достаточно интересным, но и не выдающимся чрезмерно проектом — или зарубят в ноль, даже с самым что ни на есть уникальным, индивидуальным и вообще гениальным. А потому рассыпаться бисером не хотелось…

Представленный МПА, разумеется, имел свою «изюминку» — землянин, проведя анализ открытых (ну, и немножко закрытых — Аррада чуток, самую малость, поковырялась в архивах местных вояк, исключительно для сбора статистических данных) источников, определил один из значимых недостатков всех существующих типов носимых МПА. Чрезмерно — в большинстве случаев — узкая специализация. И предложил вариант решения… Необычный. Сделать модульным не набор подвесного оборудования, что естественно применялось не одну тысячу раз и не одну тысячу лет. В его МПА модулем становился весь МПА, целиком! Неизменной оставалась только капсула пилота, да и та получала немалый набор заменяемого оборудования, по мере необходимости превращаясь то в кокпит лёгкого перехватчика, то в рубку тяжёлого штурмовика… оставаясь в основе аварийной спас-капсулой, меняющей назначение в зависимости от задачи и специфических подключаемых приборов. Истребителю нафиг не требуется система целеуказания для тяжёлых торпед, штурмовику, наоборот, не нужны сенсоры гравиконтроля ближней сферы пространства… и так далее. Кроме того, Ал, по его мнению, частично решил и проблему компактности размещения МПА на палубах носителей. В его версии полётной палубы, машину требуемой конфигурации техники монтировали непосредственно в стартовой ячейке, практически перед каждым вылетом отдельно. Монтаж, к слову, не представлял себя ничего сложного — землянин банально использовал технологию, подсмотренную у инженерных дроидов с собственного (временно, ибо приписан к верфи) комплекса «Ньют-11-УИ-37», плюс достаточно специфическая и действительно сложная программа по стабилизации и гирокомпенсации получившегося кадавра в полёте, компилированная из программы контроля буксира во время транспортировки объекта в захватах, ну и кое-что для удешевления… Да, аналог гироскопа пришлось разрабатывать тоже — такие примитивные с точки зрения Содружества устройства давно уже не встречались даже в музеях! Оказалось, правда, что набор гироскопов эффективна примерно настолько же, насколько эффективна сенсорная система с гравикомпенсаторами, а стоит раза в два-три дешевле…

В любом случае, получившийся МПА оказался гораздо более дорогостоящим, нежели среднестатистический по Внутренней Сфере. Кстати, в некоторой степени — нарочито! Ал хотел получить сертификат конструктора — а не заниматься работой на оборонку Великого Герцогства Ставар в статусе секретоносителя высшей категории! И конкурсный МПА представлялся ему изделием, которое должно именно продемонстрировать, знания и талант — но ни в коем случае не быть принятым на вооружение! Нафиг-нафиг такое «счастье»! По задумке, МПА должен был получиться этаким «дизайнерским платьем» молодого модельера, из, скажем, туалетной бумаги, пластиковых пакетов, или консервных банок… да хоть разноцветных презервативов! То есть, на подиуме оно эпатажно, креативно и вообще эксклюзивно — но вот заставить кого-то такое на себя нацепить вне подиума можно только ради такого же идиотского эпатажа… и то немногие согласятся!

Но в целом МПА — это, по сути, малозначимый лично для землянина проект. Вернее не то чтобы малозначимый, скорее одноразовый, исключительно для комиссии, а вот второй, личный… Впрочем, стоит остановиться на «личном» чуть подробнее.

На Саар-Он много, очень много кораблей. Примерно как на земной авиабазе Девис-Монтен самолётов — точное количество и состояние знают только особо доверенные разумные, а самостоятельно пересчитывать, даже если вдруг разрешат — умаешься… И стоит там — чуть ли не всё, что только можно себе представить! То есть, из тех, которые вообще могут опуститься на дно атмосферы и потом самостоятельно вернуться в пустоту — тяжи и сверхтяжи, никогда не погружающиеся в атмосферу за весь срок своего существования, могут опуститься на дно один-единственный раз, последний… Часть кораблей и судов находится «на хранении», то есть в режиме консервации в пригодном к эксплуатации состоянии. А часть — и немалая, надо сказать — служит донором запчастей, редких или просто не требующих отдельной доставки, экзотического (из-за как редкости и сложности, так и просто древности производства) оборудования, или просто удобнее демонтировать и сразу установить на обслуживаемый борт что-то прямо под боком — чем составлять заявку и ожидать её удовлетворения несколько часов или суток…

Для разборки кораблей — разумеется, требуется как минимум быть рядом с объектом. Иными словами, не раз и не два землянину приходилось садиться в своего «мула» — кстати, также найденная на свалке старая внеатмосферная яхта-«пузырь» (на таких крохах в Содружестве устраиваются внутрисистемные гонки, что-то типа земных локальных регат на швертботах типа «оптимист») — переделанная под соответствующие нужды до неузнаваемости — и облетать разрешённые к «каннибализму» корпуса, вооружившись сканером, комплексом дроидов-диагностов и маркером-постановщиком, чтобы столбить за собой выбранные объекты. Подобное времяпровождение считалось среди инженеров Саар-Он чем-то вроде сиесты, этакого развлечения с пользой для производства (не забываем про фанатов эффективности!). Нет, многие обходились доставкой и тем, чем готовы были поделиться «развлекающиеся», но Ала иногда почти ностальгия накрывала, когда попадались какие-то редкие и интересные объекты — и «развлекался» он так часто, как только мог себе позволить. К тому же, землянину просто было интересно — иногда на уже, скорее всего, «вечной» стоянке попадались совершенно уникальные образцы пустотной техники, которые опознавать отказывался даже всезнающий контрольный кластер искинов Саар-Он! Для Ала подобное изобилие работоспособной, действующей техники Содружества даже сейчас ещё казалось… ха-ха, фантастикой! И пока что — не приелось.

Естественно, исследуя стоянки, землянин прикидывал, какой из аппаратов он захотел бы использовать сам, в чьей рубке ему хотелось бы включиться в слияние и дать полную нагрузку разгонным двигателям! И естественно — в основном, предметами вожделений становились боевые корабли, вроде эсминцев, корветов, ударных штурмовиков, разведчиков-корректировщиков… курьеров, на крайний случай. Изрядное количество карго, военных и гражданских, а также куда меньшее, но тоже достаточно внушительно представленное разнообразие вспомогательных пустотников, вроде системных и межзвёздных буксиров, ремонтно-технических кораблей, танкеров и топливодобытчиков, шахтёров (эти только Флотские), а также россыпь МПА любого на выбор типа, класса и назначения — внимание привлекали на порядок меньшее. Однако и этим конструкциям землянин уделял толику своего внимания, хотя и крайне утилитарного — на предмет «чего с них открутить и заказчику всучить». Во время одного из таких «набегов» Ал и наткнулся на коротеньким рядком стоящие на задворках — даже для Саар-Он задворках — пятёрку странного (для Содружества!) вида транспортов, выглядящих… Собственно, он и обратил на них внимание именно из-за их внешности — уж слишком они ему напомнили «далёкую-далёкую голагтеку», не без допущений, но всё же… Этакие здоровенные вытянутые треугольники, в острой вершине зачем-то раздвоенные едва не до середины корпуса, двигатели в противоположной «острию» грани… чёрный шлем, маска, плащ, там-там-там, там-тарам, там-тарам! И сопение обязательно, такое, с присвистом!