Чужой среди ничьих (СИ) - Сердюк Алексей - Страница 46

— Ну и почему ты от кредов отказываешься, дорогой мой дикарь? Ты же профи, тебе любые планетники и большая часть десантуры ВКФ — на один удар!?

— Не понял? — землянин и в самом деле не понимал, что от него хотела разбитная деви… хотя, скорее, всё-таки женщина. С возрастом её он так и не определился, чему здорово способствовала ещё и непреодолимая пока что разница менталитетов и вообще культурные отличия. Но вопрос, заданный этой дамой, был мало того что некорректным, так ещё и напрочь её не касался! Или — касался?

— Слушай, дикий, не прикидывайся идиотом. У тебя КИ явно на уровне, не меньше пилотского минимума так точно. Всё ты понимаешь… Вот объясни — тебе что, «лёгкие» креды не нужны? Тебе ж любого гражданского мода размазать — как тарелку в утилизатор скинуть! Почему ты такой упёртый? — всем своим видом Криса демонстрировала чуть не родственную заботу о глупом, хотя и сильном «дикаре», который из истинно дикарской глупости не желает, почему-то, просто наклониться и поднять валяющиеся без всякого присмотра и совершенно бесхозные креды… Да, она сама — и вовсе занимается просвещением варвара исключительно из светлой и чистой, внезапно вспыхнувшей в её зачерствелой душе, любви к упомянутому недоумку — а как же, тупой, но ведь сильный!

Вот эта последняя мысль, забредшая в многодумную голову землянина, подействовала на его сознание как магнит на иголку, затерявшуюся в стогу сена. А, собственно, что эта битая жизнью женщина, явно совсем даже не малолетняя романтичная натура, от него хочет? Не конкретно сейчас — а вообще, в перспективе, так сказать? Подписать семейный контракт? Не похоже — в местном социуме подобное оговаривают достаточно откровенно и сравнительно быстро. Быстро — значит, как минимум ставят партнёров в известность о предполагаемых перспективах текущих отношений. Нет, никто не говорит о «до-свадьбы-низзя!», но и понятие «конфетно-букетного периода» в Содружестве если где и существует, то ну очень уж урезанно и достаточно практично в основе своей. Иначе говоря, вместо «конфето-букета» более чем достаточным «подарком» будет считаться, скажем, оплата нескольких часов «лав-отеля» (называется на «общем» оно, конечно, иначе, но это не существенная деталь) одним из пары пришедших — кстати, неважно, какого именно пола, зависит от того, кто сильнее заинтересован партнёром. Иначе говоря — «букеты» не зазорно дарить и условно-мужским особям!

Криса же вела себя… неправильно. По местным стандартам неправильно — а вот по нормам Земли (или сходного по менталитету сообщества) достаточно адекватно. Странно, как минимум — для местной уроженки, коей эта искусственно-хвостатая мадемуазель (или мадам, кто там определит-то?) себя позиционировала с первого дня знакомства!

Само по себе странно — такое поведение нетипично, а, следовательно, Криса совсем даже не простая бывшая уоррент-офицер ВКС Ставара, попавшая под нейротик и вследствие тяжёлых травм, несовместимых со службой и с обеспеченной флотским контрактом страховкой на медицинское обслуживание — списанная из ВКС с формулировкой «неизлечимый инвалид» и скромной пенсией по оной инвалидности, мало чем отличающейся от пособия по безработице… опять же, называется это несколько иначе, но сути не меняет. Оплачивать пенсию ближайшие «неизвестно сколько лет» обученному специалисту для ВКС оказалось заметно дешевле — а значит, выгоднее — чем платить за высокоранговое медобслуживание для неё же. В принципе — вполне реальная ситуация, практически не проверяемая сторонним интересантом… И, даже, вполне вероятно — не выдуманная сказочка. Другое дело, что личность «якобы-уорретна» выглядит в этой истории немного простовато — для того, что Ал видел перед собой. А видел он неплохо подготовленного психолога, достаточно успешно мимикрирующего под психотип оппонента! Причём ещё и весьма опытного психолога, качественно отыгрывающего «девочку-с-окраины». Иными словами — налицо заранее просчитанный и неплохо поставленный спектакль для одного зрителя… да и актёра, заодно. Для него. Вот только — кто режиссёр, и каков ожидаемый финал представления?

— Криса — а тебе какая разница, собственно? Креды зарабатывать буду я — или не зарабатывать, это мои проблемы, и только мои, не так ли?

Похоже, подобная реакция тоже была ожидаема. Если не как единственная возможная, то как минимум «одна из…». Потому что женщина тут же сделала мордашку шреко-кота, бедненькую и несчастненькую, и, вздохнув судорожно — и настолько естественно, что Ал поверил бы, не получи он на нейросеть сообщение от Аррады о блокировке слабой ментальной атаки, должной, по мнению перскина, повысить уровень доверия к собеседнице — и… ничего не ответила. Сразу — не ответила, заговорив о чём-то отвлечённом… Однако уже через час-полтора, валяясь на кровати в квартире землянина в позе морской звезды, после очередного раунда «общения», заговорила вновь, естественно, совсем даже не впрямую:

— Знаешь, Ал, до сих пор не могу поверить! Я уже давно не надеялась даже встретить такого… как ты. Не то что стать партнёршей!

Землянин, почувствовав «спинным мозгом» начало очередного поединка, постарался ничем не выдать своё отношение к настолько тупому «разводу», вполне, впрочем, действенному — дома, на Земле, даже не очень-то умные и опытные дамочки «разводят» своих мужей, любовников или воздыхателей примерно так же, даже выражения и обороты речи, мимика и эмоции аналогичны.

— Какого именно, сошик моя прекрасная? — благодаря галанету подобрать десяток-другой уменьшительно-ласкательных наименований, вроде ранее привычных «рыбок», «заек» или «солнышек», большого труда не составило. Сош — нечто вроде помеси мохнатой мышки и бурундука, милое такое меховое зверушко, а общеупотребительное выражение «сошик» практически аналог традиционному британо-американскому «дорог-ая/-ой». Или даже, скорее, «лапочка»…

— Ну, вот такого… Решительного, уверенного, самодостаточного… Жаль, что я не такая…

Ал постарался задавить насмешливую ухмылку — прозвучало всё вышесказанное как текстовка дешёвенькой «мыльной оперы», из разряда «для совсем уж куриц». В смысле, тех, которые искренне верят в «мужики — лохи позорные, надо им исключительно известно чего, и за это известно чего они сделают всё, чего зажелается владелице того самого, известного»… Впрочем, вслух землянин ответил совсем иначе, постаравшись подстроить голос под озвучиваемые мысли:

— Ну что ты, сошик, ты умная и красивая, да и с навыками у тебя всё хорошо, насколько я помню… дралась ты отлично, чуть меня не сделала! Чего ты жалуешься? — и замер, примерно понимая, что сейчас последует, и искренне жалея о том, что ничего изменить не в состоянии… Криса «не подвела». Вздохнув протяжно, с каким-то даже всхлипом, она, всем телом выказывая взбурление «унутринних-тирзаниев» (как-то: лёгкая дрожь всем телом, трагично скрученная эстетически-выверенным клубком фигура, прерывисто-надрывное дыхание… землянин даже поверил бы, как минимум частично — если бы не контроль дамочки сенсорами «крога» и фильтрами биоконтроля Аррады), заговорила нарочито-тоскливо:

— Ты так считаешь? Ох, как приятно… Но ты не всё знаешь. Видишь ли, тогда, в том поединке — я выложилась больше чем полностью! Это мой предел — физический, и никакими имплантами я его поднять не в состоянии.

Уже догадываясь, на что именно ссылаться будет «партнёрша», Ал всё же переспросил:

— А почему? Нет средств на современный имплант, или на новую нейросеть? Возьми кредит — с твоими данными, на приличную сетку тебе наверняка хватит…и на неплохой набор имплантов останется — тебе же не все нужно менять, как я понимаю?

— Нет, ты не понимаешь. — печалью в голосе Крисы можно было бы разжалобить каменную статую, вот только в её эмофоне Аррада чётко вычленила две основных составляющих, ничего общего с печалью не имеющих. Преобладали раздражение — скорее всего, на тупоумного дикаря, не понимающего полунамёков и недоговорок — и удовольствие, от правильно, в общей канве, развивающейся беседы, уже перешедшей на тему «пожалеть и спасти несчастную жертву… ну, чего-то там». Не дождавшись уточняющих вопросов, Криса полыхнула ещё более явным раздражением, и решила развивать тему самостоятельно: