Так не бывает (СИ) - Тимофеева Анюта - Страница 20

Он потянулся к пледу, видимо, вспомнив, что из лесу вышел в довольно экзотическом виде. А еще эта импровизированная одежда позволяла не показывать и не объяснять отметины на теле, хотя его спасители наверняка уже многое разглядели.

— Камаль, где ты все-таки был? И как оттуда выбрался? — Вика задала неизбежный вопрос.

Тот помолчал. Видимо, фильтровал в голове то, что он готов рассказать, и то, что готов рассказать при девушке…

Давая ему время подготовиться, Вика протянула мокрые полотенца, которые так и держала в руке:

— Нужно?

— Спасибо! — с чувством ответил Камаль, стараясь оттереть от грязи хотя бы руки и вытереть лицо.

— Подвинься ближе, — Вика осторожно коснулась полотенцем его скулы и щеки, обходя порезы. –

Больно?

— Нет, почти не чувствую. На мне — как на собаке, все быстро заживает. А вот если еще день не побреюсь, буду похож на моджахеда. Или на какого-нибудь лесного жителя, — он благодарно коснулся руки Виктории.

Вообще Вика не могла поверить своим ощущениям, по поведению Камаль совсем не напоминал жертву — не забивался в угол машины, не кутался с головой в покрывало, позволял до себя дотрагиваться. Либо у него шок, либо такая психика гибкая. Нет, что-то не верилось ей в такую железобетонную нервную систему, похоже, он просто себя настроил так — не жаловаться, ничего не чувствовать, вести себя, как обычно.

— Да, где я был… — он наконец решил, что ответит на это вопрос, — нет, вначале я был не здесь. Вообще, я с чего-то решил, что меня приведут к Андрею или Павлу, они скажут мне, как я был не прав, когда не оценил их щедрое предложение… Но нет, никого из них я больше не видел. Понятно, что меня хотели пустить в расход, но потом решили на этом заработать. Не скажу, что их жадность погубила, но меня, получается, она спасла. Я был в каком-то подпольном клубе — я слышал рулетку, на меня играли в карты… И понятия не имею, где это — туда меня привезли без сознания, обратно — тоже. Если бы я увидел кого-нибудь из тех, кто там был — я бы их узнал. С фотороботами у меня не очень, но я постараюсь, если что. А вот как оттуда выбрался — я до сих пор не понимаю, почему мне этот парень помог. Жалостливые там не работают, так почему? Я до последнего момента боялся, что это развод, что уйти мне не дадут. Дали.

— Кто помог, Камаль? — Вика задала вопрос, потому что он рассказывал, словно разговаривая сам с собой, как будто его слушатели тоже были там и все видели.

— Парень, уборщик. Я был готов убить его, потому что он заметил, что я руки развязал.

— Может, он просто испугался? Жизнь дороже, чем какой-то пленник? Он же уборщик, не охранник, — Вика задавала вопросы, Сергей молча вел машину. Но она нисколько не сомневалась, что он услышал и запомнил каждое сказанное слово.

— Не знаю, — в сомнении протянул Камаль. — Испугался? А телефон зачем дал? Дьявол! — вдруг выругался он. — Телефон! Дебил! Я его там и оставил. Как вас увидел, ни до чего было, даже не заметил, когда потерял… а там же ваш номер…

— Ребята там все равно собирались все осмотреть, должны найти, — подал голос Сергей. — Но я давно таких ребусов не решал — еще и уборщик, который дал телефон…

Через несколько минут они уже подъезжали к дому Вики.

— Я ошибок дважды не повторяю, — заметил Сергей, останавливая машину. — Ребята все проверили и страхуют. Вас никто не ждет.

Они подошли к подъезду. Камаль попытался сделать вид, что на нем надет просто широкий шарф или палантин, но, поскольку по дороге им никто не встретился, особой необходимости в представлениях не было.

— Камаль, тебе в ванную, наверное, надо? — спросила Вика.

— Да, если можно, — ответил тот.

— А ты, Сережа, что будешь делать?

— У меня пара вопросов к Камалю, я быстро.

— Хорошо, — ответила Вика, выходя. Ей тоже хотелось и переодеться, и в душ, чтобы согреться. — Послушай, а врач нужен? — вдруг вспомнила она самое главное и обратилась к Камалю.

— Нет, не надо. Правда, не надо.

— Ну, не знаю, — с сомнением ответила Вика. — Мы еще поговорим об этом.

— Вот, про врача, кстати, — заметил Сергей, когда за Викторией закрылась дверь. — Ты так гордо отказался, а кто тебе помогать будет? Вика? Избавь ее от этого зрелища.

— С чего вы взяли? — возмутился Камаль. — Я сам разберусь.

— И руки сам себе забинтуешь? — Камаль непроизвольно взглянул на свои ладони. — Думаешь, я сигаретные ожоги не узнаю? И на спине у тебя порезы.

— На спине ничего страшного, не надо ничего делать, — упрямо ответил Камаль. — Если руки поможете забинтовать — спасибо.

— Тогда иди, мойся, потом забинтую.

— Нет, сейчас, — снова уперся Камаль. Он совершенно не хотел идти в душ, когда какой-то мужик будет ждать его за дверью, кем бы этот мужик ни был. К тому же он начинал чувствовать желание спрятаться от всех, закрыться, и понимал, что в ванной он застрянет надолго.

— Ты в курсе, что повязки мочить нельзя? — Сергей начинал закипать. Удивительно, как этому парню удавалось вывести его из себя.

— Да, я в курсе, постараюсь не мочить. Я вас о помощи не просил, поэтому…

Сергей молча вышел и вернулся с несколькими полиэтиленовыми пакетами, которые зло бросил рядом с Камалем.

— Оденешь перед тем, как мыться. Удивительно, но вот мне тоже тебя выпороть хочется.

— Да кто бы сомневался, — сквозь зубы процедил Камаль.

Да, принимать душ, стараясь не намочить повязки на руках, оказалось еще тем увлекательным занятием. Но зато Камаль закрыл дверь и смог расслабиться, зная, что какое-то время не придется встречаться с кем-то взглядом и держать лицо.

Когда заглянула Виктория, он уже снова был готов общаться.

— А где Сергей? — поинтересовалась она.

— Он в аптеку поехал, сказал, надо запасы пополнить.

— Ладно, тогда надо что-нибудь съесть. Посмотрю, что тут можно по-быстрому приготовить.

Виктория ушла на кухню, и некоторое время изучала содержимое холодильника. Учитывая, что она собиралась накормить мужчин, наверняка с хорошим аппетитом, да и сама проголодалась, надо что-то простое, быстрое и сытное.

«О, классика! — развеселилась она, доставая вареную колбасу и яйца. Колбаса, вроде бы, по вкусу и запаху была почти похожа на настоящую, мясную, а не бумажно-соевую, поэтому была некоторая надежда приготовить ее вкусно.

Колбасу обжарить, потом туда же разбить яйца — она выбрала очень большую сковороду, должно хватить.

На кухню заглянул Камаль:

— Виктория, чем помочь?

— Сиди уже. Видела я твои руки. Так что наслаждайся, я за тобой поухаживаю.

— Да нормально все у меня с руками! Я же не на конкурс готовить буду! Может, порезать что надо?

— Порезать… тогда доставай картошку вареную, вот тебе еще одна сковородка, режь, жарь. Перчатки только надень. И где-то тут огурцы маринованные были…

Камаль нарезал картошку точно не на кулинарный конкурс — криво и большими ломтями, но вообще удивительно, как он с забинтованными руками это умудрился сделать.

Что Вике в нем нравилось — он не кривил губы: «это мужская работа, а это женская», просто предлагал помощь и делал то, что мог и умел. И вряд ли он выслуживался перед ней, видимо, это его обычное поведение.

Когда вернулся Сергей и поставил в угол увесистый пакет с логотипом ближайшей аптеки: «Разберете, пригодится», на столе уже была яичница с колбасой, пахнущая умопомрачительно вкусно, обжаренная картошка и маринованные огурцы.

Вика посмотрела на стол, подумала и достала из шкафа темную бутылку Кинзмараули:

— Не знаю, кто как, а я это запью вином.

— Ну, давайте, я хотя бы бутылку открою, раз все остальное без меня приготовили, — поднялся с места Сергей. — Я за рулем, так что я только на раздаче.

Вика достала два бокала, заметив:

— Камаль, тебе налить? По-моему, лишним не будет.

— Да, спасибо, — ответил тот.

Проводив Сергея, Вика поняла, что она устала. Время-то смешное, детское еще, но клонит в сон и вообще состояние странное. Наверное, это реакция и на их спасательную операцию, и облегчение, что все закончилось, благополучно закончилось!