Хочешь мою жизнь? (СИ) - Тимофеева Анюта - Страница 20

Ну, что же, в воде я заниматься любовью не пробовала... Местные девушки явно сказали бы "использовать мужчину", но мне мое определение больше нравится. А думать о предохранении - это как раз забота мужчины, так что об этом могу сейчас не беспокоиться.

***

Кейлин

Почему в нем сосредоточилось то, что меня бесит больше всего? Даже не потому, что госпожа обратила на него внимание. Вот парень из борделя так меня не раздражает, я ему даже сочувствую. И он сразу признал, что я главный. Я даже готов был защищать его от остальных и без приказа госпожи.

А этот... Вот попался он госпоже на глаза в том месте, куда она недавно летала! Он даже внешне меня раздражает - похож на инопланетника. Хотя и не темноволосая экзотика, но все равно такой экстерьер редко встретишь. А я гордился тем, что меня выбрали и за красоту тоже. Но самое главное - это его Верхний. Его Верхнего я ненавидел, и это перешло и на Рийаннельса...

Глава 30

Кейлин

Хотя бы этот Рийаннельс выбрал кого другого! Я ненавидел Сэйма давно и взаимно. Вот кому всегда везло. Он Первый муж Старшей хозяйки. Жена наказывала его, конечно, но редко. Чаще она бывала им довольна, и Сэйм не уставал всем об этом напоминать. Наложники возле госпожи Эйлейоноры надолго не задерживались, и, возможно, в этом была большая заслуга ее мужа. Почему-то после недолгой радости быть приближенными к Старшей хозяйке, эти мужчины оказывались в чем-то виноваты, и получали серьезные наказания.

Вот стать отцом наследницы Сэйму не повезло. Впрочем, я сам от этого был ещё дальше, чем он... Так что он все равно с удовольствием поддевал меня при каждом удобном случае.

Да и по статусу Сэйм стоял выше меня: Первый муж Старшей хозяйки, и простой наложник Старшей госпожи. Вдобавок ко всему, в гаремной иерархии Сэйм отвоевал себе хорошее место среди Верхних, будучи вторым после Старшего по гарему. Я помнил, как тоже старался занять место повыше, но... не смог. Это были неприятные воспоминания. И Сэйма я тоже хорошо помнил. Тот с удовольствием показал новичку его место. Это было дополнительным унижением вдобавок к тому, что я ещё надеялся на добрую госпожу, на то, что я ей понравлюсь. Госпожа оказалась не очень доброй, и, главное, ее одобрение никак не получалось заслужить. Ничего удивительного, конечно, это мечты любого молоденького наложника - стать любимым, если не единственным, то хотя бы избранным. Но в своем доме я как раз и был любимым сыном, почти звездой, а здесь... Здесь пришлось все завоёвывать, и это закончилось неудачей, сил не хватило.

Тех, кто тогда указывал мне место, я ненавидел до сих пор. Впрочем, многие Верхние уже сменились, потому что после тридцати мало кого из них оставили в гареме. Видимо, не обладали они никакими талантами, и не вызывали желание у женщин. Сменились многие, но вот Сэйм остался, как специально. Повезло же этому бугаю...

Но не могут вечно конфликтовать мужчины в гареме, если они не самоубийцы. В итоге у нас с ним установился вооруженный нейтралитет. А новенький, Рийаннельс, не нашел ничего лучшего, чем сразу пойти нижним к Сэйму. Конечно, тактически это был самый верный ход - пойти под такого авторитетного Верхнего. А меня этот странный парень зацепил, тем более, что купила этого наложника моя госпожа. Но я даже не успел предложить свое покровительство, и впоследствии этому порадовался. Не хотелось давать ещё один повод для издевательств. "Кто ты такой, чтобы тебя предпочли мне? Ты хотя бы себя защити!"

В последнее время так хотелось наконец выяснить отношения! Но я не был уверен, что смогу сделать это тайно, а остальные парни не будут скрывать драку в гареме. И тогда госпожа точно обеспечит мне показательную ломку на рыночной площади. Нет, месть за оскорблённое самолюбие этого не стоит.

А новенький... Загорелый, худой, хотя и с развитыми мышцами, на лице - одни большие глаза, и длинные неухоженные волосы. Зачем он госпоже? Чем он лучше тех наложников, которые были в гареме? Чем лучше меня? Да этот новенький даже после того, как над ним гаремный парикмахер трудился полдня, лучше выглядеть не стал. Одно хорошо - хотя бы наглости в нем не было. Тоже какой-то замученный, как последний парень из борделя.

Я задвинул Рийаннельса в своей памяти подальше, и не обращал внимания на то, как он устроился в новом для себя гареме. Нужен будет госпоже - она его позовет. Но госпожа вообще не вспоминала о нем. А через некоторое время Старший настойчиво стал спрашивать, что же с ним делать. Пришлось переступить через себя и напомнить госпоже о ее покупке.

Глава 31

Риан

Его мать была «идейной». Ей не нравились существующие порядки, и она улетела на Землю, считая, что именно там все устроено правильно. Улетела, даже будучи беременной. Но на другой планете прижиться не смогла, и вернулась на родину. Ребенка она взяла с собой, хотя это и был мальчик. Наверное, действительно лучше было взять его с собой на эту опасную для мужчин планету, чем бросить одного на Земле. Что его ждало без матери? Приют?

В родном доме она не была на хорошем счету: собственного бизнеса нет, уважаемым спецом не стала. Рисовала и иногда продавала свои картины, но это нельзя было назвать надежным источником дохода. Нового мужа себе так и не выбрала, иногда пользовалась общими гаремными наложниками, другого ребенка не было. Впрочем, наследницей и незачем было обзаводиться – наследовать нечего. Статус приживалки в доме не способствовал хорошим отношениям с проживающими там женщинами, да и у нее характер был… не самый мягкий и уживчивый, если быть честными.

В какой-то момент она окончательно рассорилась с правящими женщинами своего дома, и предложение дальней родственницы пожить на хуторе очень ее воодушевило. Показалось, что на природе творчество заиграет новыми красками.

Даже не возникало вопроса, кого она возьмет с собой. Никого из молодых наложников видеть рядом  собой не хотела, впрочем, вряд ли ей бы отдали – все мужчины были собственностью Дома. А сын вызвался сам, он очень любил мать. К тому же, близких родственниц у него не было, а в чужой гарем простым наложником мать отдавать не стала.

Тому, кто привык, что готовят еду, убирают, ухаживают за садом и работают в поле только спецы, да еще сельскохозяйственные клоны, попасть на бедный хутор… Наверное, это и в страшном сне не привидится. Вся романтика приключений и вольной жизни пропала почти сразу. Причем у обоих. Риан, наверное, понял это даже раньше, чем женщина. Но… мать есть мать. Она его любила! Единственная и самая главная женщина в его жизни. Риану даже в голову не пришло осудить ее за то, что приняла такое рискованное решение.

На самом деле он был почти счастлив. Можно не следить за настроением всех женщин в доме, важна только одна. Его мать к главным женщинам дома не относилась, поэтому особыми привилегиями Риан не пользовался, и наказаний получал достаточно. С «использованием» ему тоже не особенно везло, поэтому обычно он старался не попадаться на глаза тем женщинам, чьи жестокие игры уже успел оценить на своем теле. Парни в гареме, пожалуй, были настроены к нему дружелюбно, учитывая, что он здесь родился и вырос. Хотя и по ним он особенно не скучал.

Быть теперь самым главным мужчиной в жизни матери и полностью о ней заботиться – его сердце радовалось этой нужности. Мама была абсолютно беспомощной в быту. Впрочем, в доме это было не особенно заметно, потому что спецов для подобных работ было достаточно. Никто не потребует от родственницы заплатить за еду! А бессмысленных трат вроде азартных игр или нерациональных покупок она себе обычно не позволяла.

В отдельном домике, когда были деньги оплачивать продукты с хутора, услуги местных спецов по ремонту и прочему – матери с сыном было хорошо. Но деньги имеют свойство заканчиваться, особенно если начинаются какие-то неполадки со здоровьем. Вызванный с хутора лекарь что-то прописал, но его назначение не вызвало особого доверия. Мать вызвала лекаря из города, заплатила большую сумму. Этот лекарь был более профессиональным, его лечение помогало.