Мой Север (СИ) - Двок Андрей - Страница 79

— Но это произойдет лишь в том случае, если ты будешь строго выполнять мои приказы, — я погрозил ему пальцем.

Агро понурившись тяжело вздохнул, но потом принял строевую стойку и стукнул кулаком в грудь:

— Будет исполнено, господин!

Я развернулся и запрыгнул в седло. Пора было начинать. Отец Агро поговорил с сыном до меня и в составе второй дружины убыл на ранее обозначенные позиции.

Мое войско пряталось в зарослях, метрах в пятидесяти от кромки леса. Очень важно было обеспечить внезапность нападения. Инструктаж командиров подразделений и речь перед дружиной я провел еще до выхода на позиции.

— Вперед! — я направил свое копье в сторону Добричей и войско сдвинулось с места.

В этот раз речь о наступлении мерным шагом с выдержкой строгих интервалов и дистанций не шла. Нам нужна была скорость. Кирасиры и уланы двинулись первыми, дошли шагом до края леса и перешли на рысь. Рядом с собой я оставил лишь пару улан в качестве сигнальщиков и вестовых.

Пешие воины, дойдя до того же рубежа, перешли на легкий бег. Слева наш фланг прикрывал берег реки. Первой волной шли стрелки, причем, ближе к реке бежали пластуны с фустибалами.

Сами пластуны несли с собой четыре пышущие углями жаровни, за ними трусили пара мулов, запряженные в повозку, груженную зажигательными гранатами. Справа от пластунов и во весь фронт набегающей на врага дружины растянулись лучники и арбалетчики.

Стрелки строго выдерживали свое основное построение, они воевали почти всегда в пятишереножном строю. В первой шеренге шли арбалетчики с павезами, во второй — арбалетчики без щитов, в третьей, четвертой и пятой — лучники.

Второй волной бежали копейщики, усиленная взводом рота. У меня в арсенале уже было накоплено некоторое количество пик, но перевооружение я не стал начинать, дожидаясь пока пики не будут изготовлены на всех моих копейщиков. Выдавал пики пока только на тренировки.

Ведь, если в одну шеренгу поставить пикинеров и копейщиков, то к пикам будет легкий доступ из-за разницы оружия в длине. Их просто порубят топорами и клинковым оружием.

Если же ставить пикинеров во вторую или третью шеренгу, тогда возникнет проблема при замене выбывшего копейщика из первой шеренги. Короче, надо дожидаться возможности перевооружить моих копейщиков на новое оружие разом.

На правом фланге нашего наступающего строя, прорвавшись сквозь заросли, выкатилась карробаллиста. Мой передвижной стреломет обогнал общий строй, вышел на свою «огневую» позицию и, резко развернувшись, начал выцеливать жертву. Взвели торсионную баллисту еще в лесу, сейчас осталось только вложить дротик в желоб, прицелиться и выстрелить.

А вот и контакт. Ренийцы увидели накатывающую на них волну нашей атаки, разразились громкими криками и полезли на корабли. На наблюдательных вышках поселения засуетились часовые, раздались резкие звуки сигнального рога. Наши кавалеристы перешли на галоп.

«ТшДАЦЦ!!!» — громыхнул стреломет. К сожалению, дротик никого из ренийцев не задел, смачно влепившись в борт одного из стругов. «Хр-хр-хр-хр» — тут же заряжая свою шайтан-машину, быстро-быстро завертел рычаги расчет карробаллисты.

Нескольких не успевших забраться на струги ренийцев мои кирасиры смели, как веник тараканов, а уланы на ходу отстрелялись из арбалетов, правда, не особо успешно. Не прекращая движения, кавалерия, выходя из-под ответного обстрела, приняла вправо и назад, по дуге уйдя на правый фланг дружины.

Наконец, мои стрелки бегом вышли на позицию, позволяющую открыть уверенную прицельную стрельбу. Остановились метрах в восьмидесяти от стругов, поставили павезы и встали за ними в пять шеренг, открыв стрельбу на подавление.

Стрелки старались если не убить, то подавить противника, чтобы дать возможность качественно отработать пластунам. И заставили-таки врага прятаться за корабельными бортами.

Пластуны встали стразу за последней шеренгой лучников, поставив там жаровни. Телегу с зарядами подвели к этим жаровням, развернув ее передом к нам в тыл, на случай, если придется отступать.

Копейщики выстроились в плотный строй в последнем ряду. Они мне нужны были, чтобы, при необходимости, прикрыть стрелков и сдержать вражескую атаку до момента флангового удара засадной кавалерии второй дружины.

Когда пластуны сделали первый залп, запуская дымящиеся глиняные сосуды с огневой смесью по пришвартованным кораблям, на стенах поселения уже было полно ренийцев. Очень быстро, забери их Предки!

Похоже, у Ларса Везера хорошо управляемое войско и бдительные часовые. Если еще и драться они будут так самоотверженно, как те ребята, что прикрывали меня от убийц в лесу под Люцером, будет тяжко.

Когда вспыхнул огонь на крайнем струге, из распахнутых ворот Добричей уже вываливала плотная толпа воинов. Как я и думал, виконт не стал спокойно смотреть, как мы сжигаем его корабли и, имея почти двукратный перевес в силе, принял решение дать генеральное сражение.

Ренийцы — не тилинкиты, и сразу не бросились яростной толпой на нашу небольшую, в сравнении с ними, дружину. Где бегом, где быстрым шагом, они выстроили свое войско против нашего строя.

Опытный Алберих с самого начала появления основного войска противника перевел на них «огонь» карробаллисты. И получив такую удобную цель, как плотный и медленный строй воинов, стрельба шайтан-машины сразу стала приносить свои кровавые плоды.

Ренийцы построились быстро. И не толпой, а четко различимыми подразделениями: черно-голубые воины — из графства Везер, оранжево-зеленые — из баронства Остерго, желто-черные — из Франекер и сине-желтые — из Слотен. За пешим строем маячил десяток кавалеристов во главе с моим злейшим другом Ларсом Везером.

К тому моменту, как ренийское войско сделало первый шаг в нашу сторону, три корабля из шести уже полыхали огромными кострами, а остальные три — столкнули в воду и отвели в сторону, чтобы огонь не перекинулся еще и на них.

Как только ренийцы пошли в атаку, я дал команду перенести стрельбу на наступающего врага. Вступать в перестрелку противник не стал и, прикрывшись щитами, перейдя на легкий бег, бросился в атаку.

Очень плохо, слишком их много. Не получится у меня хоть сколько долго сдержать все это войско силами ста шестидесяти восьми копейщиков, хоть и с поддержкой из крохотного отряда кавалерии и стрелков.

Придется доставать козыри в самом начале боя. Нет у меня достаточно сил, чтобы выдержать желаемую паузу перед атакой с фланга кавалерии и двух взводов пешцев.

— Колояр! — я привлек внимание командира роты стрелков. — Построение, — вариант два, справа!

Раздались резкие команды ротмистра Колояра. Лучники и пластуны тут же оттянулись за строй копейщиков и открыли частую стрельбу навесом по наступающим ренийцам.

Арбалетчики пока остались на месте, успев сделать два залпа. Но затем тоже убежали, сначала в тыл к копейщикам, а затем сместились на правый фланг от их строя к моим кавалеристам и начали метать болты уже оттуда.

Стрелы моих лучников почти не наносили урон, попадая, в основном, во вражеские щиты. Зато в набегающей толпе стали вспыхивать дымные костерки от огневых снарядов фустибал. Над полем боя взлетели пронзительные крики заживо горящих людей, но ренийцы и не подумали прекращать атаку.

Наступающих ренийцев было слишком много для нас. По фронту их войско было шире и их левый фланг далеко заходил за правый край нашего строя. Если дать им сблизиться, то они охватят нашу дружину с правого фланга, окружат, прижав к реке, и уничтожат.

Мои арбалетчики это тоже понимали, сосредоточив стрельбу именно по этому направлению. Алберих отвел карробаллисту дальше назад и вправо и вел стрельбу уже оттуда. Он у меня сегодня «свободный художник», получил только общие указания перед боем и сейчас импровизирует, отталкиваясь от складывающейся обстановки.

— Сток! — позвал я своего друга и указал рукой на опасный участок. — Придержи этих «девочек»!

Очень стараюсь выглядеть спокойно и уверенно, но внутри привычно трясет от избытка адреналина. Голос подрагивает и приходится прилагать значительные усилия, чтобы он звучал ровно. Чтобы не было видно дрожащих рук, крепко вцепился в повод и копье.