Практическое руководство по злу (СИ) - "overslept" - Страница 295

Я поймала плывущий по воздуху носовой платок, брошенный с балкона. Хорошенькая блондинка, бросившая его, густо покраснела, когда я посмотрела в ее сторону. Красивое платье, заметила я, и довольно откровенное. Оно было атласным, поэтому, скорее всего, она принадлежала к низшему дворянскому или богатому купеческому сословию. Я засунула платок в один из карманов плаща. Это было все то же абсолютно черное полотнище, которое Блэк подарил мне в прошлом году, но оно претерпело… изменения. Теперь его низ окаймляли три полоски ткани. Снятых с трех знамен: Серебряных Копий, Марчфорда и Льеса. Хакрам сам раздобыл и пришил их по дороге в Лауэр, так как, по-видимому, был искусным мастером в обращении с иглой. Мне понравился эффект, и от моего внимания не ускользнуло, что он оставил место для еще многих полос.

Процессия шла медленно, но в конце концов мы добрались до площади. Я слезла с Зомби Второго, который пока оставался живым существом, и вздохнула от удовольствия, наконец-то снова встав на ноги. Адъютант и Подмастерье стояли по бокам от меня, пока мы ждали, когда Верес присоединится к нам, ее идеально отполированные доспехи отражали блики полуденного солнца. Мы вчетвером шагнули к платформе впереди нас. Она, возможно и была сколочена из дерева, но его не было видно: все сооружение было покрыто красным тканым ковром, если не цвета, то стиля Кэллоу. Императрица, скорее всего, заказала его у ткачей Лауэра, чтобы укрепить там связи.

Сама Малисия восседала на троне, богато украшенном и почти полностью сделанном из золота. Его подлокотники были выполнены в форме львов, держащих в пасти колокольчики — довольно смелое заявление. Львы были символом, связанным с престолом Праэс, в то время как колокола были символом династии Фэрфаксов, свергнутой Императрицей.

Очевидно, львы появились недавно, так как до этого в качестве эмблемы выступали тигры. Они вышли из моды после фиаско с армией разумных тигров, сказала мне Айша. Императрица Ужаса все еще была абсурдно красива, и я про себя решила, что разглядев ее получше, люди в городе ликовали. Корона на ее голове была из слоновой кости, инкрустированной ляпис-лазурью с идеально сферическим сапфиром в центре. Ее белое платье, окаймленное толстыми золотыми косами, открывало начало груди и обнаженные плечи. Великолепные золотые нарукавные повязки со сценами имперской гражданской войны свисали с ее плеч, а тяжелое ожерелье в форме дюжины Башен, соединенных вместе, обвивало шею. Ничто не могло сравниться с Императрицей Ужаса Малисией во всей ее славе, сидящей в тени своего красного павильона. Мы вчетвером остановились в полудюжине шагов от ее трона. Она улыбнулась, и мир словно озарился светом. Всего лишь изгиб губ, и я поняла, что мужчины убили бы своих братьев и сестер, чтобы заполучить еще одну улыбку. Зная праэс возможно так и будет.

Даже Хакрам покраснел, а я точно знала, что он находит людей непривлекательными. Масего, казалось, был немного удивлен тем, что его вообще затронуло, что, на мой взгляд, вполне логично. Я никогда не видела, чтобы он проявлял интерес к кому-либо другого пола, и не была уверена, что в нем это вообще есть. Императрица встала, и я впервые заметила, что Блэк стоит справа от ее трона. По сравнению с Малисией он выглядел потрепанным. Его броня не имела декора, меч — украшений, а плащ выглядел почти поношенным. До тех пор, пока на него не падал свет, и тогда он вдруг выглядел так, будто был полностью сделан из вороньих перьев. Этого было недостаточно, чтобы сделать его похожим на кого-либо, кроме меча, охраняющего своего правителя. Рядом со мной Масего и два орка опустились на колени, когда Малисия сделала шаг вперед.

Я осталась стоять.

— Встаньте, — приказала Императрица, и они повиновались.

Слова Малисии разнеслись по всей площади, при этом она ни разу не повысила голос, и наступившая тишина была настолько абсолютной, что можно было услышать, как падает булавка.

— Порядок в Кэллоу восстановлен, — сказала она. — Попытка Принципата посадить на трон марионетку была пресечена, а заблуждающиеся повстанцы юга обрели понимание ошибочности своих путей.

Или могилу, те, кто не был прибит к кресту. Так вот под каким углом она собиралась подойти ко всему этому. Бедняг кэллоу обманули злобные процераны, подкупом и принуждением заставили укусить руку, которая их кормила. Империя, конечно, проявит милосердие. Но не настолько большое, чтобы пощадить дворян, которые организовали восстание.

— Лауэр остался верен, — сказала Малисия, ее голос ласкал название города так, что я чуть не задрожала. — Как и многие наши подданные. Это будет вознаграждено.

Ожидание на площади было ощутимым.

— Все налоги в городах, сохранивших лояльность, будут снижены вдвое в течение года, — объявила она. — И в этом величайшем из городов кэллоу я объявляю недельный праздник в честь нашей победы.

Толпа обезумела. Половина налогов, ха. Хорошее решение. Торговля замедлилась, когда началось восстание, а снижение налогов позволит её оживить. Что касается того, чтобы польстить самолюбию лауреанов, то с этим трудно ошибиться. Я была достаточно честна с собой, чтобы признать, что жители города, в котором я родилась, считали себя единственной частью Кэллоу, которая действительно имеет значение. Подмастерье выглядел скучающим, но Хакрам и Верес внимательно слушали. Адская Гончая уже давила на меня в частном порядке на тему того, чем Пятнадцатый будет заниматься в мирное время, и нынешнее внимание Императрицы к Кэллоу было показательным. Я знала, что мой легион будет нести службу в городе, но не знала, в каком именно. Блэк был еще более туманен, чем обычно, подразумевая, что в высших эшелонах власти вынашиваются какие-то планы.

— Хотя я вознаграждаю верность, я также должна вознаграждать службу, — продолжила Малисия, когда приветствия стихли.

— Легат Верес Красных Лун, шаг впеёд.

Адская Гончая послушалась и опустилась на колени, когда Императрица изящным жестом приказала ей сделать это.

— За ваши блестящие победы при Трех Холмах, Марчфорде и Льесе я назначаю вас генералом Империи. С этого момента Пятнадцатому легиону предоставляется полный статус Легиона Ужаса и вытекающее из этого право вербовки.

Аплодисменты при этом были более спорадическими, хотя у меня сложилось впечатление, что толпа одобрила бы практически все, что Малисия скажет сегодня. Зеленокожие по-прежнему не пользовались популярностью в Кэллоу, хотя в городах ситуация начала меняться по мере того, как они проводили время в гарнизонах. Верес осталась стоять на коленях.

— Лорд Подмастерье, — сказала Императрица, после того как Масего тоже опустился на колени. — За ваши выдающиеся заслуги в стремлении к миру я даю вам имперскую санкцию на возведение башни мага в любом месте на территории Империи.

История, стоящая за этим, была немного сложнее. Башня магов — это, по сути, укрепленная лаборатория, обнесенная такой мощной защитой, что крепость могла бы вздрогнуть, и после того, как пришлось подавить дюжину восстаний, возникших из этих башен, Башня ограничила их использование. Единственным человеком, которому в настоящее время было разрешено иметь такую, был Чернокнижник, который связал три дюжины лабораторий, которые у него действительно были, через карманное измерение, чтобы обойти техническое ограничение одной башни. Теперь Масего тоже мог построить такую себе, и я знала, где он это сделает: Марчфорд. Он уже сказал мне, что после церемонии он покинет Пятнадцатый, чтобы изучить истончение границ между Аркадией и Творением, где мы сражались с демоном. Его будет не хватать, но я знала, что если он мне действительно понадобится, он придет. Мы были друзьями. Как странно, что теперь они у меня были.

— Хакрам из Воющих Волков, — сказала Малисия. — Я приветствую тебя как воплощение связей между Кланами и Башней, живое доказательство того, что мы едины, как никогда прежде. Ты служил хорошо и верно, доказывая ценность своего имени. За это я наделяю тебя всеми достоинствами Лорда Праэс.