Десять тысяч стилей. Книга девятая (СИ) - Головань Илья - Страница 44

Магией всегда занимались самые умные идущие. Слишком она сложна и запутанна, слишком много надо знать. Как и сказал Октай, Воля Тела отвечала за силу, Воля Подавления – за дух, пусть и в сторону врага. А Воля Ветра стала той Волей, которая отвечает за разум.

– Ты знал, старик. После тех лепестков я стал очень близок к осознанию Воли Ветра. А умение слышать ветер стало последним шагом.

Воля Ветра. В первую очередь, осознание этой Воли стало доказательством мастерства Ливия. Уж если открылась Воля Ветра, то в понимании этой стихии ты уже хорош. Ливий понимал, что по мастерству сейчас легко бы заткнул за пояс Сумбэ. Да что Сумбэ? Может, в Школе Ладони Ветра набралось бы не больше двадцати бойцов с мастерством в Эйфьо лучше, чем у Ливия.

Но сколько из них получили Волю Ветра? Ливий не знал. Воля – редкое явление. Если у Великих Мастеров она встречается регулярно, то вот Мастер с Волей – уже редкий кадр. Правда, все зависит от того, сколько лет Мастеру. И сколько лет он находится на этом уровне.

Копыта лошади ступили на землю. Область невесомости исчезла.

– Старик, ты лучше меня знал, что мне нужно. Теперь я вдвойне жалею о том, что не остался в Школе Ладони Ветра. Но обратно не поверну.

Спустя день лошадь пересекла границу между землями Ладони Ветра и Империей Небесного Серебра.

Про империю Ливий слышал многое. И то, что она откололась от Империи Золотого Царствования, и то, что обе империи часто враждовали. А вот за что Империя Небесного Серебра была известна, так это за жизнь духовную. В империи стояло столько храмов Тэнгри, сколько не было во всем остальном Западе. И не только Тэнгри: здесь нашел бы себе место для поклонения и верующий в Мать-Природу, и ревнитель не таких известных западных богов.

Даже два самых известных клана Империи Небесного Серебра, о которых рассказал Октай, чему-то поклонялись. Один – Святому Огню, другой – предкам.

Скача на лошади, Ливий тренировал Эйфьо. Теперь Волк был с ветром на «ты» и мог применять всевозможные атаки. Один раз Ливий слез с лошади и проверил, способен ли он летать. Оказалось, что даже без Воли Ветра Ливий способен взмыть в воздух и спокойно перемещаться по небу, пусть и недолго.

Спустя пять дней показалась главная цель путешествия. То место, ради которого Ливий пришел на Запад.

Впереди виднелся Тапинак-Шэхир.

Глава 17. Родители

Еще на подъезде к городу Ливий столкнулся с большой очередью. «В Тапинак-Шэхире всегда людно», – слышал Волк много раз. Так оно было. Тапинак-Шэхир – город верующих, причем любых. Пусть на Западе и поклоняются в основном или Тэнгри, или Матери-Природе, здесь все же можно найти и другие верования. Кто-то служит давно забытым богам, кто-то почитает божеств Централа, а некоторые поклоняются совсем мелким силам, вроде бешей или степных божков.

Поэтому в Тапинак-Шэхире сотни храмов и алтарей. В некоторых никто не служит – туда не заходят годами и десятилетиями. А в некоторых не протолкнешься, особенно в первом храме Тэнгри.

Но главная достопримечательность Тапинак-Шэхира – не храм и не алтарь, а огромная колонна в самом центре города.

Чугунная Колонна Попрания Небес. Так ее здесь называли. Считалось, что не стоит прикасаться к колонне, если ты не хочешь разозлить богов. Но выходило так, что каждый день в Тапинак-Шэхир приходили тысячи людей, чтобы дотронуться до нее.

Считалось, что колонна способна вылечить, подарить вдохновение, разрешить давнюю проблему. Универсальный метод, который поможет каждому – почему бы не попробовать? Ливий слышал многое о чудесах Чугунной Колонны Попрания Небес, но при этом ни разу не видел им подтверждения. Порой Волк слышал рассказы какого-нибудь человека о походе в Тапинак-Шэхир. Стоило кочевнику сказать, что колонна совсем не помогла, как появлялись десятки людей, которые рассказывали о чудодейственных свойствах. Вот только почти никогда они не говорили о себе. Всегда это был брат, друг или дальний родственник. Да и проблемы порой были такими, что и без колонны вполне бы разрешились. Но так работает вера. Даже если болезнь прошла сама по себе, ты все равно запишешь это на счет чудодейственной колонны.

Но нельзя все было списывать на излишнюю доверчивость людей. Колонна работала. Она действительно могла помочь – чаще всего с вдохновением или откровением. Да и случаев исцеления было слишком много. Значит, колонна помогала, но как-то избирательно. У нее был совсем не такой широкий профиль, как думали многие кочевники.

На столпотворении всегда можно заработать. Постоялых дворов хватало, Ливий выбрал самый приличный и оставил там коня. Как-никак седельные сумки были доверху забиты подковами. И так было гораздо больше шансов на то, что никто из работников не станет шарить по сумкам.

А потом Ливий пошел в самый конец очереди. Можно было надавить на людей, бесцеремонно влезть в начало очереди, наплевав на всех. Кто бы ему, Мастеру, смог возразить? Но Ливий не собирался вести себя по-хамски. Он добирался до колонны не одну неделю, так в чем проблема подождать несколько часов?

В город Ливий вошел спустя час. До площади с колонной дошел еще через четыре. «Странно, очередь должна двигаться чуть быстрее», – подумал Волк.

Разгадка оказалась простой. Если Ливий не стал пользоваться своим положением, то нашлись идущие, которые решили влезть в начало очереди.

– Куда лезешь?! Сколько можно, а?

– Стой в очереди, как все стоят!

Люди решились на такие фразы не сразу. Обратная реакция последовала моментально.

– Если кому-то что-то не нравится, можем отойти. За меня будет говорить моя сабля, – с ухмылкой сказал идущий.

Взгляд дерзкого кочевника прошелся по очереди…и остановился на Ливии.

– Хотя ладно, пойду в конец, – быстро отвернувшись, сказал мужчина и пошел в сторону хвоста очереди.

– Вот так с ними! Пока молчим – они прут!

Ливий улыбнулся. Очередь думала, что это из-за нее идущие перестали лезть вперед. Так развернули еще семь идущих – все они смотрели на очередь и находили Ливия, который не скрывал свою силу. Лезть вперед Мастера? Будто кому-то жить не хочется.

«Вот и ты. Долго же я до тебя добирался», - подумал Ливий, когда оказался прямо перед колонной.

Исполинский цилиндр из чугуна, казалось, доходил аж до неба. От колонны Ливий не чувствовал никакой силы. Но что толку смотреть, когда нужно трогать?

И Ливий положил на колонну ладонь.

Мир перед глазами наполнился чернотой. Не прошло и мгновения, как чернота сменилась теплым светом. Ливий стоял перед двумя людьми – мужчиной и женщиной.

На вид обоим было где-то под сорок. Русая женщина с нежным лицом улыбаясь смотрела на Ливия. Мужчина выглядел куда серьезнее, острые скулы и цепкий взгляд сразу бросались в глаза. И при этом мужчина тоже улыбался. И тоже смотрел на Ливия.

– Папа, мама, – сказал Ливий и почувствовал внутри себя целый ураган чувств. Волк узнал своих родителей. И теперь совсем не знал, что нужно делать.

– Да, это мы, Иасон, – сказала женщина.

– Значит, таково мое настоящее имя…Не думаю, что буду использовать его, но рад, что наконец-то узнал.

– Поступай, как знаешь, сын, – сказал мужчина. – Никогда бы не подумал, что судьба даст нам шанс увидеть тебя. Как жаль, что это не только последняя наша встреча, но и первая.

– Да, – кивнул Ливий. – Как жаль.

– Меня зовут Геспер.

– Меня – Ианасса. Прежде всего, прости нас, сынок.

Ианасса резко погруснела, а ее глаза едва не наполнились слезами. Она понимала, что видит перед собой уже взрослого сына, которого в детстве бросила посреди улиц портового города.

– Я не обижаюсь. Сложно злиться на людей, с которыми я познакомился только сегодня. Но что случилось с вами? И почему меня бросили?

Геспер вздохнул. Отец Ливия решил первым взять слово.

– Начну с самого начала. И я, и Ианасса – родом из Охирона. Охиронцы обладают особой силой – пониманием сути мира. Но далеко не все охиронцы владели ею. Знаешь, как передается такая сила?