Мажор по соседству. Сердце на куски (СИ) - Коэн Даша - Страница 51

Только вот, кажется, мои опасения оказались напрасными. Никакого знакомства не состоялось даже близко. Егор просто кивнул мне, оставляя меня чуть позади себя, и шагнул к своему отцу. Поздоровался с ним, что-то быстро обсуждая, а после забрал папку с документами и поволок меня в обратную сторону аттракционов.

И всё.

Как мне было после этого? Ну, сказать, что неприятно — это ничего не сказать.

Я ждала что-то вроде:

«Пап познакомься, это Ляля, моя девушка».

Но меня просто отставили в сторону и проигнорировали. Как будто я вообще ничего для него не значила, оказалась недостойной и ничтожной пары слов. Вот вы мне скажите, это нормально?

И всю дорогу до парка, а потом и до билетной кассы, я только и думала, почему Егор так себя повел. Должны же быть какие-то веские причины, да? Ну, кроме той, что он говнюк, засранец и козерог в одном флаконе.

Теперь у меня уже не тревожные звоночки звенели, а индейцы в гонг долбили со всей дури. Я ведь не идиотка. Понимаю, что всё это значит.

— Егор, почему ты не представил меня своему отцу? — не скрывая недовольства, всё-таки спрашиваю я.

— В смысле? — он делает вид, что не догоняет или реально не врубается, о чем я толкую.

— Я задала какой-то сложный или неудобный вопрос, Егор?

— Куда тебя опять понесло? Что опять не так?

— Ясно.

— Ну что тебе ясно? Опять сама придумала, сама обиделась?

— П-ф-ф, конечно, нет.

Ага, с чего бы, да? А едкое отравляющее вещество внутри со скоростью света расползается по всему моему существу. Словно продлевает агонию.

Чертова любовь!

— Тогда пошли на аттракционы, пока есть свободные места.

Да какие аттракционы? Я уже вдоволь накаталась на этих гребаных американских горках! Уже думала все — но опять мертвая петля, а следом и ментальная катапульта, которая отправила меня прямиком в Ад.

— Что-то уже не хочется.

— Ну ок, — его тон кажется равнодушным, но я слышу, что он злится.

— Отвези меня домой, — выдавливаю из себя, рискуя разреветься прямо здесь и сейчас.

— Не вопрос.

Молча возвращаемся к машине и в такой же полнейшей мертвенной тишине сидим всю поездку до моего дома. Еще несколько минут и мы окончательно расстанемся. Сегодня Егор снова идет на очередной мальчишник, на который мне с ним нельзя. Ну как бы всё понятно, да? У меня тоже есть гордость.

Егор останавливает свою гробовозку напротив моего подъезда, не заглушая мотор.

— Пока, — коротко бросила через плечо и потянулась к ручке.

— Зарецкая, блин! — он хватает меня за предплечье и с силой разворачивает к себе. — Ты мне объяснишь, какого хрена внеплановая истерика?

О, прекрасно. Теперь я еще и истеричка.

— Нет никакой истерики.

— Отлично, блин. Тогда давай действительно пока. Я не собираюсь становиться подопытным кроликом для твоих мозгоклюйств.

— Знаешь что, Егор? Ты мог просто меня представить! Кто я для тебя вообще?

— Не усложняй, а. Нам же хорошо вместе, разве нет? Нет же, снова нашла из-за чего вынести мне мозги.

— Егор...

Неожиданно он затыкает мой рот поцелуем, погружая на самое дно Преисподней, где нас ждут только порок и страсть. У меня нет сил сказать ему решительное «нет» или дать минимальный отпор. Я плавлюсь и таю в его руках, как мороженка на солнце.

Слабая... я такая слабая с ним.

А он просто со мной играет и делает вид, что это я агрессор в наших отношениях, а не наоборот.

— Хватит! — отталкиваю я его от себя, хотя мне физически от этого больно.

— Не помогла вакцина? — хмыкает самодовольно, зная, как на меня действует его близость.

— Просто тебе пора, Егор. Мальчики в клубе ждут.

Дернула дверь и вывалилась из машины, шумно дыша и глотая литрами слезы от обиды. А уж когда добралась до своей комнаты, то прижалась к окну и еще минут десять полировала стоящий под моими окнами черный Гелендваген, пока он не газанул и не скрылся за углом соседнего дома, оставляя меня несчастной и разбитой.

Вечер в полубреду в бесконечных порывах обсудить поступок Егора с Акси или мамой. Но я не сделала ни того, ни другого, потому что элементарно было стыдно за себя. Ведь их мужчины не стеснялись их и официально предложили отношения.

А со мной было просто круто зажечь в горизонтальной плоскости. Как там сказал Сечин?

«Нам же хорошо вместе, разве нет?»

Нет! Это ему было хорошо. А вот мне только местами.

Вот так в слезах и душевных терзаниях я и уснула, а потом проснулась и непонимающе уставилась в телефон, на котором высветилась улыбающаяся фотография Сечина. Половина первого ночи — самое время для задушевных разговоров. И это после того, как я несколько часов проплакала, ожидая, что он позвонит мне и извинится за свой промах.

Но нет...

Скинула.

И отключила телефон.

Он был не готов раньше обсуждать случившееся. Теперь же не готова это делать я.

Вот только я еще не знала, что это не все, из-за чего мне придется лить горькие слезы. А утро принесло мне такие новости, к которым я вообще была не готова.

Глава 50 – Веселье закончилось

Ты запускаешь в кровь

Чистый яд,

А я добровольно смирилась.

Подсела на этот запретный

Кайф

Просто потому,

Что влюбилась.

Так сильно, так невыносимо

До боли, до спазмов в груди.

Почему я тебя полюбила?

Зачем ты встретился

на моем пути?

Я не хочу тебя отпускать

И расставаться хоть на минуту,

Будет больно тебя потерять?

О, нет, я умру –

В ту же секунду.

Ляля

Такое ощущение, что по затылку всю ночь напролет били тяжеленной кувалдой. Иначе я просто не могу объяснить эту невыносимую, острую и разрывающую на части головную боль.

В полубреду иду на кухню, едва не наступив по дороге на хозяйскую любимицу Мурку. А там уже наливаю в кружку воду прямо из-под крана и принимаюсь хапать живительную ледяную влагу большими жадными глотками, в надежде, что это решит все мои проблемы.

Только это почти не помогает.

До сих пор ощущаю себя усталой и разбитой, будто бы не сладко спала в своей мягкой постели всю ночь, а вагоны с углем разгружала без продыху. Ну или по мне катком проехались пару раз. Ещё и все внутренности адски тянет и ломит, даже дышать трудно. Вот вам и любовь. Попробуй выживи, если получится.

Ладно, Зарецкая, возьми попу в руки и будь сильной. Нет того, с чем бы не справились обезбол, контрастный душ и чашечка свежего ароматного кофе. Но и проведя этот нехитрый ритуал, я всё равно не избавилась от того тайфуна ядовитых и отравляющих мыслей, которые наполняли меня под завязку.

Я — послушная тряпичная кукла, что подвесили на ниточках и теперь управляют мной, как марионеткой без свободы воли. И вроде пробую трепыхаться и сопротивляться судьбе, но у меня ровным счетом ничего не получается.

Всему виной он — мой любимый таракан с самыми прекрасными на свете глазами.

Почему же любовь настолько жестока? Она вынимает из тебя душу и оставляет внутри огненную пустоту. Не могу больше выносить это злое одиночество. Мне плохо без Егора, он нужен мне. Да только с одной стороны весов — моя израненная и еще живая гордость, а с другой — чувства к этому бессердечному парню. И фиг знает, какая из чаш в итоге перевесит.

Но несмотря на эту бесконечную полосу препятствий, я хотела видеть в нем лишь лучшее. В нас! Я верила, что всё будет хорошо. Обязательно! Но только в том случае, если я из разряда простого «мне хорошо с тобой» перейду в нечто большее. В нечто стоящее для него. Только так и никак иначе. Я обязана обозначить Егору свои приоритеты, а там он уж пусть сам решает, нужна ему только я. Или мы.

Когда же я притащила свои бренные кости обратно в спальню, там меня уже поджидала Аксинья вместе с Муркой. Подруга сидела на кровати, тиская бедную несчастную кошку. Та всячески пыталась вырваться, даже пару раз ухватила Бронштейн за палец. Что ж, очень понимаю Мурку. Потому что сейчас совершенно точно настанет мой черед. Вон как у Акси глаза задорно блестят. Точно быть беде.