Горячий старт - Васильев Владимир Николаевич - Страница 36

Чен и Син переглянулись. Их компаньон отрешенно застыл, пялясь не то в бесконечность степи, не то вовсе куда-то внутрь себя.

– Чего это с ним? – спросил Син с опаской, хотя прекрасно знал – что. Просто Бай понял что-то важное, что-то очевидное-невероятное И теперь размышляет можно ли извлечь из этого пользу, или же придется изобретать защиту, и лучше – заранее. Уж кого-кого, а старого своего приятеля Син знал как облупленного, даром что никак не мог привыкнуть к новой физиономии. Впрочем, к его физиономии и круглым очкам, наверное, тоже привыкнуть трудно. А уж к Тигровому цвету кожи и лоснящейся, вечно улыбающейся роже!

– Граждане, – хрипло сказал Бай, прервав мысли Сина. – Граждане, хотите заполучить в помощь всемогущего бога сетей? Так вот, он с вами. Я теперь могу весь этот мир завязать бантиком и поставить на уши. И никто – никто не сумеет мне помешать.

Но тут же подумал: если только под этими небесами больше нет никого, способного погрузиться в киберспейс без мнемоюстов. А кто сказал, что этого никто не умеет?

Незаметно подошедший Сема смиренно сложил ладони у груди и тихо спросил:

– Поедем ли мы дальше, господи? А то торчим здесь уже битый час, и ни на метр не продвинулись. Я же хотел бы побыстрее разделаться с делами и назад, в Москву, аминь...

Чен тихо, как умел только он, засмеялся.

– Ладно, поехали... – проворчал Синицын, открывая дверцу и вылезая из байкаловского джипа. – Где он нас должен ждать, говоришь?

– Э-е-е... – Бай защелкал клавишами, вызывая карту в голокуб. – Под Мелекессом. Это в двадцати мегаметрах... С небольшим.

Было слышно, как у себя в кабине хмыкнул Тигр, и тотчас же завел двигатель. Полосатая «Эфа», выбросив из под колес два пыльных хвоста, рванулась с места. Теперь колонну возглавил Тигр. Спустя несколько секунд тронулся джип Чена и Семы, затем – Синицына, а последним, подождав с минуту, пристроился Бай.

«Ну и ладно, – подумал он. – Хоть в задницу никто не воткнется, если опять резко заторможу!» Пыль быстро оседала; в степи опять стало пусто, только еле слышное урчание моторов затихало вдали, постепенно растворяясь в стрекоте кузнечиков.

Оказавшись в памяти терминала, Аурел осмотрелся. Он висел в центре большой, но конечных размеров сферы. Поверхность ее тускло отливала сталью. Обычной безбрежности киберспейса не чувствовалось, и это было странно и непривычно.

Рядом коротко вспухла искристая клякса, похожая на медузу – Тири. Искры, пробежав по тонкой мантии, угасли, медуза сложилась в комок, будто испуганный еж, и разом обрела серо-стальной цвет, в тон окружающей их сферы. Аурел оставался, как обычно, черным и бесформенным.

Внизу топорщились кристаллические джунгли, кое-где разбавленные игластыми шарами – системные файлы и драйвера. Тысячи переплетенных нитей-связей увили эту диковинную конструкцию на манер плюща. Туда лезть было незачем.

Резидент обосновался в верхней памяти. Белесая сеть, похожая на паутину, затянула условный «верх» сферы. В местах крепления паутинок к поверхности сферы бугрились странного вида выросты, наводящие на смутные мысли о лосиных рогах. За паутиной что-то мерцало и перемигивалось теплым оранжевым цветом.

На стальном боку Тири вдруг прорезалось женское лицо – не очень, почему-то, похожее на саму Тири. Оно сохраняло все тот же матово-серый цвет, кроме глаз: глаза были изумрудно-зелеными. Аурел мысленно хмыкнул. Тири смотрела на резидент-паутину, медленно поднимаясь к ней. Аурел тотчас поплыл следом, на ходу превращаясь в зазубренный, как циркульная пила, диск.

Из-за паутины вдруг протянулась человеческая рука и погрозила пальцем: не приближайтесь, мол! Тири замерла, как показалось Аурелу – озадаченно. Рука тут же исчезла, даже не потрудившись сначала убраться за паутину.

– Пугает! – сказала Тири басом, как брат Грай. Аурел не ответил.

Паутина тем временем выгнулась, словно парус на ветру. Потом слилась с неярким массивом резидента, впиталась в его шероховатую поверхность.

Аурел вырастил длинное щупальце и протянул его в направлении резидента. Массив тотчас явил большие ножницы – намек был достаточно прозрачным. Испытывать щупальце на прочность Аурел не стал. Здоровье дороже.

– Странный резидент! – протянула Тири уже не басом, а своим обычным голосом, только слегка реверберированным. – Больше на демона похож. Смотри, какая аура мощная.

«Какая еще аура? – подумал Аурел с недоумением. – Но на демона и правда больше похож...» С мягким щелчком Тири распалась на добрую сотню небольших шариков, каждый из которых хранил копию женского лица и пару зеленых точек в качестве глаз. Шарики слаженно, как стая рыбешек, метнулись вперед, но резидент схлопнулся, будто карточный домик и шарики, отскочив не то от поверхности сферы, не то от самого резидента, полетели назад, прямо на Аурела. Пришлось уворачиваться, держа в восприятии их всех, что было непросто. Аурел еле справился.

– Осторожнее! – проворчал он, когда Тири вновь сконденсировалась в нечто целое.

– Мимо, – констатировала она невозмутимо.

– Что ты пытаешься сделать? – попытался прояснить ситуацию Аурел. – Может, скажешь по дружбе?

– Взять его за шиворот, – ответила та. – Что тут непонятного?

Аурел скептически глянул на резидента – тот пульсировал, словно дышал. Сейчас он был похож на зерно чечевицы.

– Но какая аура! Такое впечатление, что это юзер в сети, а не просто программа! – продолжала говорить загадками Тири.

Аурел сконцентрировал внимание на энергопотоках. Внутреннее зрение включалось не сразу, а плавно, словно возникающее на белом листе фотобумаги изображение. Постепенно зеленоватые туманные «реки» густели и наливались интенсивной палитрой. Аурел окинул взглядом всю систему потоков, кровеносных сосудов любой компьютерной системы.

Вот рукав к процессорным полям, низковольтный, поэтому тоненький... вытекает (гм!) прямо из тела демонопобного резидента! Аурел отвесил бы челюсть, если бы ее имел здесь, в киберспейсе. Вот рукав к осциллятору... тоже растет из резидента! А форекс борды?

Тоже из резидента! Все компоненты борды брали энергию у этой чертовой чужой программы!

– Эй, Тири! – сказал Аурел изумленно. – Погляди энергопотоки! Только не падай потом, систему снесешь к едрене-матрене!

На изумрудные глаза спутницы мигом опустились затененные очки-звездочки, только без всякой оправы. Здесь им не нужно было на чем-нибудь держаться – могли просто висеть у глаз, потому что киберспейс не знает что такое гравитация.

Тири взглянула, но ответить не успела: мир стал медленно меркнуть, энергопотоки светлели, словно у резидента кончился заряд.

Аурел без раздумий вывалился в обычный мир – оказалось, он лежал на кровати, свесив ноги, обутые в старые кроссовки, с псевдодеревянной спинки. Левая нога затекла, под коленом саднило, видно Аурел ненароком ударился о твердый пластик. Тири сидела перед бордой, безвольно склонив голову на плечо. Впрочем, в следующий миг она вздрогнула и села нормально. Первым делом она взглянула на терминал – тот был мертвым, как и полагалось при отключенном питании.

– Дьявольщина! Ты видел? Эта программа сама подпитывала борду! – выдохнула Тири. Чувствовалось, что она под впечатлением.

– Видел... – глухо отозвался Аурел. – По-моему, это невозможно.

– По-моему, тоже. Впрочем, считается, что линковать человеческие мозги с сетью без мнемоюстов тоже невозможно. И тем не менее...

– Подожди, – Аурел рубанул ладонью воздух. – Ты хочешь сказать, что эта программа способна совершать некие осмысленные действия, что она разумна?

– Не обязательно. Она может быть обучающейся.

– Но тогда она не сможет подпитывать терминал, – отозвался Аурел.

– Почему? – не поняла Тири.

– Ядра обучающихся программ незамкнуты. Незамкнутое ядро не...

– Поняла, – оборвала его Тири. – Действительно.