Чужие интересы - Шебалин Дмитрий Васильевич - Страница 13

– Ты лучше под вечер на ярмарку загляни, перед закрытием. Дешевле выйдет, – напоследок дал совет Митар, после того как мы ударили по рукам. Оружие мое итак было у него, поэтому он сразу отдал мне 3 тяжелых серебряных монеты и пошел по своим делам. Монеты выглядели внушительно, и качество чеканки было выше, чем на медяках.

Я еще походил по рядам, поприценивался, и двинулся смотреть ярмарочное представление. Нехитрые театральные постановки, конкурсы по перетягиванию каната или стрельбы из лука, шум веселой толпы и снующие повсюду дети. Все это умиротворяло, позволяло почувствовать себя частью этого нового для меня мира. Я было даже собирался поучаствовать в борцовских поединках, польстившись на приз аж в 15 медяков. Все-таки умел я немало, уж точно побольше чем простые деревенские парни. Но потом решил, что привлекать внимание к своей персоне не лучшая затея. Да к тому же один из местных кандидатов даже при отсутствие профессиональных навыков внушал страх и трепет. Как его с такими размерами можно опрокинуть в честной схватке, я ума не приложу.

Ближе к вечеру, глядя как народ водит хоровод вокруг костра, а молодые парни пытаются подкатывать к местным зазнобам, чувство причастности к общему празднику сменилось тоской по дому, а затем и вовсе обидой на себя самого. Здесь оказался только я, в то время как все мои ребята, которые доверяли мне и полагались на мои решения, никакого второго шанса не получили. Рефлексия не была мне свойственна, но почему-то именно сегодня, среди радующихся жизни людей, меня настиг приступ меланхолии и самокопательства.

Но как известно, лучшее лекарство от этого, переключиться на решение важных задач. А мои дела никто не отменял. Потому прокряхтев для солидности, я встал со скамьи, откуда наблюдал за праздником, и вернулся к ярмарочным столам с товаром. Некоторые лоточники со снедью уже сворачивались, да и лавочники начали потихоньку подсчитывать прибыль и налоги, что предстояло уплатить в деревенскую казну. Я же отправился к торговцу, который продавал оружие, доступное к ношению в городах и весях Княжества без специального разрешения. Еще утром я обратил внимание на длинный обоюдоострый нож с широким лезвием. Выполнен он был совсем без изысков, с простой гардой перекладиной, и овальной рукоятью, отделанной кожей. Да и тяжеловат он показался для своего размера. Но в целом, я хотя бы знал, что с ним делать, в отличии от того же не по человеческим меркам массивного тесака. А клеймо мастера внушало доверие, что он не разломится при первом же ударе. Цену действительно получилось сторговать, и за те же ранее заявленные 2 серебра я дополнительно получил обычный, но практичный охотничий нож. К обеим покупкам прилагались такие же простые ножны и документ мастерской.

Из услышанного и из личного опыта торговли я узнал, что обменный курс серебра на медяки был плавающим и зависел от места. В небольшой деревне, где крупные покупки совершались не так часто, серебро было не в ходу, и за такую полновесную монету можно было получить 70-80 медных, тогда как в столице княжества все 100. А золотые монеты были в обиходе только у благородных или купцов, и к простолюдинам попадали не часто. Не то чтобы это было запрещено, просто золото использовалось для больших сделок, и обменять такую монету даже в крупной по местным меркам Заречной, было крайне проблематично. Вряд ли получишь и половину от ее стоимости в серебре, а в меди и вовсе – треть. А вот в столице курс золотой княжеской марки был 1 к 10 и 1 к 1000 соответственно.

Еще в 25 монет мне обошлись всякие мелочи, вроде подобия легких портянок, чтобы не стереть себе ноги новыми сапогами, нательное белье, мешочек для монет, огниво для розжига, длинная тонкая бечевка, деревянные ложка, тарелка и кружка. Еду в дорогу я приобретать не стал, будем пробовать, чем кормят в обозе. Последние 5 медяков я отдал трактирщику, оплатив ужин и завтрак. Серебрушку же оставил на черный день.

И вот в обед следующего дня я уже любовался обозом, который мне предстояло двое суток охранять. А заодно людьми, с которыми буду делить быт и все тяготы дороги. В самом обозе было всего 3 человека, торговец и два его помощника. Что они везли в Солнечную Заставу, сообщить нам никто не удосужился. Охраны же было тоже трое, правда, не считая меня. В одном из них я приметил уже знакомого мне молчаливого Тулара. В отличие от него, двое других охранников оказались наемниками, нанятыми для охраны самим торговцем. И выглядели они посолидней представителя местного ополчения. Одеты были в кожаную броню, у одного имелись небольшой топор и локтевой щит, обитый по краю железом, у второго – кабанье копье и баклер. И если на Тулара они глядели со снисхождением, то меня сначала и вовсе приняли за пассажира.

Обоз, состоящий из двух телег, запряжённых тягловыми лошадьми, был к моменту моего появления уже загружен. Я примостил в одной из них свои нехитрые пожитки, уместившиеся в купленной вчера сумке. Туда же в телегу положил короткое копье, которое выторговал у Митара. Серебряные монеты грели мое сердце, расположившись в одном из внутренних карманов моей шерстяной накидки. Она же скрывала мое основное оружие, длинный нож, закреплённый на новеньком кожаном поясе.

Утром я успел наведаться и к Марве, и к кожевеннику, который ранее обещал с братом поколдовать над ботинками. Однако, как выяснилось, работу они и не начинали, а сходу предложили продать ботинки за 2 серебра. Видимо, планировали провести изыскательские работы и наладить передовое производство армейских ботинок прямо в Заречной. Со смешанным чувством я согласился, нужно было обрубать связь с прежней жизнью и начинать новую. Вещи, которые могут меня скомпрометировать, лучше оставить подальше от мест, куда я держу путь. Ну и широкий кожаный пояс с крепежом под ножны выторговать не забыл.

И вот, вместе со скрипом тележных колес, я покидал Заречную, чтобы в безопасности добраться до главного города всей долине, и по пути заработать легкие деньги.

Глава 6

– А-а-а-а!!! – кричал возничий, выпустив из рук вожжи и вцепившись в древко стрелы, накрепко засевшей у него в бедре.

– Лучник справа! – крикнул Гилом, один из наемников. – Щиты!

– Враг слева! – крикнул Дуром, его напарник, и дернул меня за рукав. – Ты со мной!

– И впереди двое, – вроде без надрыва и спокойно, проговорил молчун Тулар, но так громко и басом, что расслышали все.

– …Т’Ом заступник, не оставь нас в трудный час… – бормотал, съежившись в телеге под накидкой, глава обоза. – Обещаю больше даров тебе, и чаще молитв тебе, не буду боле жадничать…

– А-а-а-а!!! – продолжал надрываться возничий.

Я же находился в телеге, когда все началось, прикрытый ее бортом. И теперь осторожно выглядывая из-за него, оценивал диспозицию и перспективы то ли обороны, то ли отступления. По правую сторону помимо уже стоящего в полный рост лучника, натянувшего тетиву для повторного выстрела, появилось еще трое нападавших. До этого накрытые какой-то хламидой, сейчас они повыскакивали из высокой травы и уже бежали к нам, сбрасывая свой камуфляж на ходу. С другой стороны дороги нарисовались еще трое любителей грабить обозы, также спешащие к нам в едином слаженном порыве. А еще двое тащили из кустов на дорогу небольшое поваленное деревце, чтобы перегородить путь обозу. Для лошади – ерунда, а вот груженая телега такое препятствие не преодолеет. Рытвины по бокам от дороги не оставляли шансов быстро объехать через поле.

Больше всех напрягал лучник. От остальных при плохом раскладе и убежать можно. Поэтому родившийся в голове безумный план вдруг показался не таким уж безумным, а вполне эффективным. Сразу после очередной пущенной стрелы, которая со свистом вонзилась в щит Гилома, я, подхватив свое короткое копье, бросился навстречу нападавшим с отчаянным криком.

– Не ждать! Нападать самим! Все на правый фланг! Иначе сам вас прикончу!

Не оглядываясь назад, я несся в перед, на оторопевших разбойников, которые явно не ожидали такой реакции на их засаду. Они даже притормозили, не понимая, чего ожидать от такого безумца, и покрепче схватились за свое оружие.