Теперь командовать буду я (СИ) - Семакова Татьяна - Страница 19

– Покажи, пожалуйста, – он начал показывать, где стоял лагерь, где он увидел силуэт, траекторию их движения и где их подорвали. – Ты один был в дозоре?

– Нет, но я один смотрел туда, откуда мы только пришли.

– Это не показалось тебе странным?

– Не приучены думать над приказами вышестоящих по званию.

– Подумай сейчас, – он задумался, а потом начал хмуриться:

– Да, это несколько необычно. Раньше я всегда наблюдал за наиболее вероятным местом появления противника, но мы только пришли оттуда, там никого не было. За нами точно никто не шел, видишь, там равнина за горами.

– А что, если, по его мнению, это и было самым вероятным местом?

– Допустим, но что с того? У него отличная интуиция.

– В каком положении был силуэт, когда ты его увидел?

– Ты задаешь те же вопросы, что и он, – ухмыльнулся Сеня, – увидел, как он поднимается с земли.

– Он смотрел в обычный бинокль после тебя?

– Да.

– И ничего не увидел?

– Ничего. Я решил, что мне показалось. Просто в башку напекло, такое не редкость.

– Но он все равно решил проверить… – я захлопнула ноутбук и начала нервно расхаживать по веранде, – напекло, говоришь?

– Ну, там жара под сорок.

– А что, если он напрягся не от того, что ты что-то увидел, а от того, чего не увидел?

– Потерял мысль, – буркнул Степа, а Сеня задумчиво уставился в даль.

– Похоже, что так, – сказал он через некоторое время, перебирая в голове все детали того разговора и пояснил для друга: – бракованные насадки, – а тот хлопнул себя по лбу.

– Черт, а ведь вправду.

– И еще я думаю, что вас просто заманили в то ущелье. Отец не мог не проверить.

– Вот суки, – прошипел Степа.

– И боевики на такое не способны, – вздохнула я, хотя добивать лежачих не хотелось, а они скрипнули зубами.

– И мы поперлись, как лохи.

– Отец и два его любимчика. А вот еще нюанс: вас обоих легко могли пристрелить, а выбрали – покалечить.

– Женщина, остановись, – простонал Степа, – дай переварить, – я кивнула и пошла на кухню разогревать ужин. – Черт, я любил свою ногу! – послышалось с веранды минут через двадцать и через пару минут они уже расселись за столом.

– Ты повернулся на выстрел или до него?

– За секунду до.

– Отец был далеко?

– Вне зоны поражения снаряда. Но я видел, как он упал после выстрела.

– Ты сразу вырубился?

– Да, очнулся утром в полевом госпитале, Степана еще штопали. У меня на затылке была рана, похоже, приземлился на какой-то булыжник и отключился.

– То есть вы не знаете, что произошло дальше?

– Не было нужды уточнять, – пожал плечами Арсений, – но теперь, думаю, имеет смысл. Ты ведь на это намекаешь? – я кивнула.

– Утром сделаю пару звонков, выясню, есть ли сейчас кто не в командировке, – согласился Степа. – Думаете, это может быть связано с тем, что происходит сейчас?

– Действующие лица повторяются и так или иначе все упирается в завод, – задумалась я и попросила: – маме пока ни слова, – тут у меня зазвонил телефон, я посмотрела на дисплей и невольно поморщилась, сделала знак молчать и подняла трубку.

– Ты домой вообще собираешься возвращаться? – недовольно сказал Виталий, а я скривилась, как от кислого, и ответила тихо:

– Конечно.

– И когда же произойдет это знаменательное событие? Между прочим, у тебя есть муж, если ты забыла.

– Я отлично это помню, – отчеканила, но тут же справилась с эмоциями и продолжила грустным голосом: – Виталик, пойми, мне непросто справиться с произошедшим. Я не могу говорить об этом с тобой.

– Да, я понимаю, прости, – промямлил он в трубку, но по голосу было ясно, что пытается скрыть усмешку, – я просто соскучился.

– Я пока не могу вернуться, дай мне время. Если хочешь, приезжай завтра, пообедаем все вместе?

– Я… подумаю. Много дел, не знаю, получится ли вырваться, – я только закатила глаза, – ладно, спокойной ночи, дорогая. Целую.

– Спокойной ночи, – и дала отбой.

– И ведь ни слова вранья, – усмехнулся Степан, а я злобно на него зыркнула:

– Стеша, завали, а? – он икнул от неожиданности и усиленно начал жевать ужин. – Киньте посуду в раковину, я с утра помою, – поднялась и пошла к себе успокаивать нервы китом, не заметив, как уснула.

Я тоже так умею

Моя рука натолкнулась на что-то, я испуганно вздрогнула и открыла глаза.

– Привет, – улыбнулся Сеня, нахально развалившийся в моей постели, – я стучался, но ты уже уснула.

– Ты тут спал? – вытаращила я глаза, натягивая одеяло повыше, а он улыбнулся еще шире.

– Ты такая милая во сне, – и обнял меня, притянув к себе.

Я уткнулась носом в его грудь и замерла, пытаясь справиться с волнением, но оно только нарастало, руки сами собой потянулись туда, где им быть не следовало и были перехвачены на пол пути.

– Тебе можно меня обнимать, а мне тебя – нет? – спросила обиженно.

– Обнимай повыше, – попросил он и я с силой вцепилась одной рукой в его спину и пододвинулась вплотную. – Черт, не помогает, – вздохнул тяжело и начал подниматься, но я не собиралась его так просто отпускать и просунула под него вторую руку, сцепив их замком.

– Только дернись, – сказала злобно, положила щеку ему на грудь и прикрыла глаза. Он замер, я расцепила руки, смогла поводить ладонями по спине и заулыбалась: – гораздо приятнее, чем кит.

– Чего? – не понял он.

– Мысли вслух, – пробормотала, поцеловала куда-то в грудь, быстро поднялась и прошмыгнула в ванну, закрыв дверь на замок.

Когда вышла, он все еще лежал в кровати, разглядывая моего кита.

– По-твоему, он похож на меня? – я не ответила и торопливо начала одеваться, борясь с желанием залезть к нему под одеяло. – Мне правда интересно.

– Это не важно.

– Для меня важно.

– Не важно, похож или нет, – мягко улыбнулась, садясь на кровать.

– Тогда в чем прикол?

– В ассоциативном ряде, – пожала я плечами.

– Поясни.

– Какой ты въедливый, – проворчала, отбирая у него кита.

– Сюрприз номер два, – ухмыльнулся он, – я жду ответ.

– Он такого же цвета, как твои глаза. Сколько там еще сюрпризов? – уточнила недовольно.

– Так я тебе и сказал, – нахально подмигнул и пошел в мою ванну абсолютно голый, а я открыла рот от такой наглости, не в силах отвести взгляд и медленно начала заливаться краской. Как только дверь закрылась, подорвалась и кубарем спустилась вниз, что, как выяснилось, сделала зря: на кухне уже сидел Степа. Посмотрел на меня с недоумением, а потом усмехнулся.

– Как долго ты намерена это продолжать?

– Что именно? – подняла я бровь, мгновенно придя в себя.

– Свою игру.

– Я не играю.

– Я тебе не верю. Не на счет дела, ты умная и быстро соображаешь. Но на счет эмоций – увольте. Не может баба, которая носит пистолет между ног без дискомфорта, и без лишних мыслей пускает его в дело, быть таким нежным цветочком, краснеющим от пошлостей и обожающим всякие милые безделушки.

– Ты ни черта обо мне не знаешь, – ответила спокойно, – не вмешивайся в мою личную жизнь.

– Это угроза? – хмыкнул он, а я посмотрела удивленно и задумалась, глядя в пол. В самом деле угроза?

– Нет, – ответила решительно после паузы и подняла на него взгляд, – это просьба, – он растерялся на мгновенье, но тут же вернул себе прежнее суровое выражение. – Ты завтракал?

– Еще нет.

Я кивнула и начала готовить кофе. Через пару минут сзади неслышно подошел Сеня, я лишь почувствовала его присутствие и улыбнулась, протянув руки назад, как пингвин. Он тихо хохотнул, взялся за них, а я притянула его поближе и положила его руки себе на живот, продолжая готовить.

– Прямо-таки семейная идиллия, – не удержался от ехидства Степан, а Сеня тяжело вздохнул.

– Стеша ревнует, – засмеялась, оглядываясь через плечо, посмотреть, как его перекосило и осталась довольна: сильно.

– А твой муж сюда не заявится проверить как тут его дорогая с тещей поживают? – я не выдержала и треснула сковородкой по плите. Яичница подпрыгнула, Арсений отступил на шаг назад, а я медленно развернулась к Степану. Увидела его горящий взгляд и мгновенно успокоилась. Потерла лицо руками и сказала устало: