Тебе меня не получить (СИ) - Снежинская Катерина - Страница 50

– Ага, – ничего не поняла она, попытавшись сесть.

Спина тут же намекнула, что это не самая удачная идея, а затылок стал, кажется, втрое тяжелее и больше. Но вот странность, когда Ноэ её под лопатки поддержал, стало вроде бы легче. Зато, когда Ора валяющийся неподалёку сук разглядела, ей снова поплохело. На ветку это никак не походило, скорее уж на дрын, едва не вдвое длиннее самой девушки. И хотя на сломе желтела труха, «веточка» была толще роеновского бедра.

– Я жива? – запоздало удивилась атьера.

– И даже, кажется, цела, – уже не таким палаческим голосом отозвался муж, левой рукой отжимая насквозь мокрый платок. – Почти.

Видимо им он Оре лицо обтирал, а ей почудился Чок, да ещё так почудился, что…

Вот эта последняя обида, когда примерещилось, будто впереди ждёт хорошее, радостное, а оказалось – всё тоже и оно же, окончательно Роен доконала. Она попросту разревелась в голос, уже не обращая внимания на то, кто рядом, смотрят ли на неё и как это со стороны выглядит. Рёв вышел абсолютно дурацкими, детским каким-то, с судорожными всхлипами, с мигом заложенным носом, с бессмысленным пришепетыванием: «А они… а я… Не могу больше!..» Но и на это было плевать.

Что вокруг происходит, Ора осознала далеко не сразу, а осознав так удивилась, что разом реветь перестала. Вернее, слёзы то всё ещё лились, а нос шмыгал, но как-то это всё было отдельно от хозяйки. Потому что, оказывается, Ноэ, усевшийся прямо на землю, укачивал супругу, будто младенца, прижал к себе не слишком-то удобно, зажав её правую руку.

А чем, спрашивается, сопли теперь утирать?

– Тише, тише, ёжик, – едва слышно приговаривал атьер. – Всё пройдёт, пройдёт и это.

– П-почему ёжик? – икнула Ора, догадавшись, что у неё ещё и левая рука есть, можно ей утереться.

– Ладно, не ёжик, – покладисто согласился Ноэ, – страшный дикий зверь тигр. Так лучше?

Роен серьёзно кивнула. А о чём тут спорить? Тигр всяко лучше ёжика. Хотя сейчас она чувствовала себя скорее медузой, денёк провалявшейся на прибрежных камнях. Силы куда-то делись все и разом, а вместе со слабостью накатила такая жуткая апатия, что уже и жить-то не слишком хотелось.

Атьера поёрзала, устраиваясь удобнее, повозила гудящим затылком о камзол мужа, а он всё укачивал. Ну и что? Пусть пока так, ну хоть пять минуточек, хоть три. Зато спокойно.

***

В голове Эймара булькала каша, зато ниже всё таяло и плавилось, да так, что захотелось глянуть, не натекла ли под задом лужа. Это когда он увидел, как чокнутая девчонка летит прямо на сук, нависающий над поворотом аллеи, а впереди стена зелёного лабиринта, которую кобыле ни за что не взять, Ноэ и заледенел. Буквально, а совсем не фигурально застыл, даже пальцем, казалось, двинуть не сможет. И мыслей никаких, кроме: куда лошадь понесёт – на живую изгородь, или в поворот, в поворот или на изгородь? А потом тихий вскрик и ворох юбок, взлетевших в воздух шёлковыми платками, да белая кобыла с пустым седлом, рысцой скрывающаяся за деревьями.

Нет, атьер мог бы поклясться, что не сумеет сдвинуться. Он и не двигался, всё само произошло. Не он, а кто-то другой подхватил девушку, не он ощупывал, задыхаясь от ужаса, что вот сейчас, через мгновение пальцы наткнуться на мягкое, податливое, испорченное окончательно и бесповоротно – всё не он.

В итоге оказалось – всё он. Когда Ора зарыдала, мир снова вернулся на своё место, даже вроде бы щелчок послышался. Кажется, когда-то где-то всё это уже было.

Только ни легче, ни проще от этого не стало. Появись сейчас демон – любой! – он бы тварь голыми руками порвал. Правда, и этот героический поступок проблем не решал. Беда вот она, у него на руках, всхлипывала тихонечко куда-то в подмышку, ткнувшись лбом в его же плечо. Ну да, готов горы свернуть, небо с землёй свести, звезду достать. Что там ещё есть из той же истории? Только ей это победить не поможет. А победить надо обязательно. Но как? Мир не переделаешь, и уж тем более это не в девчоночьих силах.

Хотя, если верить Одинцу: не можешь изменить мир, измени себя.

– Послушай, – Ноэ потянулся потереть шрамы и раздражённо отдёрнул руку, когда пальцы наткнулись на шершавость проклятой маски. – У меня появилась идея.

Ора завозилась, глянула на него одним тёмным глазом со стрелкой слипшихся ресниц – точь-в-точь настороженный ёж.

– Надо забрать у Владыки наш брачный контракт.

– Зачем? – помолчав, хрипло спросила девушка.

Хоро-оший вопрос. Действительно, зачем? Копии договора есть у папаши Роена, в магистратуре и у него самого, у Ноэ. Да даже если она все их соберёт и спалит на Королевской площади, ничего это не изменит. Хотя почему не изменит? Может, не сейчас, а в будущем? Не вечен же дражайший родственник.

Но в данный момент не это главное. Ей просто необходимо что-то такое, грандиозное и масштабное, чтоб опять поверить в собственные силы. В конце концов, они с братьями когда-то закопали тренировочные столбы. Кража брачного контракта у Властителя поступок ничем не хуже. Правда, и не умнее. Можно было придумать что-то более продуктивное.

Жаль, что не придумалось, экспромт не его конёк.

– Если контракт будет у тебя, то ты сможешь… – Эймар снова потянулся к лицу, на этот раз чтобы бровь почесать. Шестеро и Один, кто только эту маску придумал?! – Сможешь выставить свои условия.

– Я уже выставила, – Ора, длинно, но прощально всхлипнув, попыталась сесть. Отпускать её не хотелось жутко, всё равно что перчатку снимать в лютый мороз. Но он всё-таки отпустил, даже помог выпрямиться. – И что? И ничего. Я опять в этом дурацком дворце под охраной Один знает скольких экзорцистов.

– Ты всегда можешь вернуться в тот особняк, в котором жила до… До всего.

«Только через мой труп» осталось при нём. На словах же он может побыть великодушным, верно? А там что-нибудь придумает.

– Не могу, – тяжко вздохнула девушка, почесав костяшкой уголок глаза. – Боюсь. Оказывается, я теперь даже без света спать боюсь. Честно говоря, хотела сегодня в госпиталь поехать, да вот поняла, что, наверное, не смогу. – От горячей благодарности Шестерым и Одному, всем по отдельности и всем скопом,  Эймар тоже воздержался. По крайней мере, вслух ничего не сказал. – Да и не сумею я документы у Владыки забрать. Как ты себе это представляешь?

– Пока без деталей, – признался Ноэ, – но, в общем и целом, план есть. Если, конечно, ты позволишь помочь.

Девушка подобрала под себя ноги, тщательно расправила подол, отряхнула ладонь о ладонь, пощупала то, что с утра причёской было, но, видимо решила оставить всё, как есть, и только после этого посмотрела на мужа.

– Знаешь, чего я понять не могу? – спросила со смертельной серьёзностью, даже брови нахмурила. Между прочим, они были замечательными: тонкие, но очень густые и чёрные. Тётушка в купе со всеми придворными красавицами такие себе углём рисуют. – Ну вот не могу сообразить, зачем тебе это надо. Если я тебе для чего-то всё-таки нужна, то ты должен меня в подвале запереть. Особенно после сегодняшнего, – Ора покосилась на сбитый ей же сук и быстро отвела глаза. – А если не нужна, то зачем помогаешь?

Идея с запиранием ему очень по душе пришлась, Ноэ едва удержался, чтобы не кивнуть. С подвалом она, конечно, лишка хватанула, а вот где-нибудь в безопасном, но комфортном месте, куда ни один демон не доберётся... И где лошадей нет. И деревьев. И госпиталей. И раненых братьев. И вообще никого. Ну, может, кроме него.

Вот только заперев её, её же и потеряет, необратимо и безвозвратно. Останется тело, а всё остальное исчезнет. И этого допустить никак нельзя, потому что… Потому что в ней его сила, она его сила.

Кажется, Ноэ это понял давно, вот только окончательно дошло лишь сейчас – и про неё, и про него самого. Хорошо, что дошло. Плохо, что дошло, потому как раньше проще было? Ни демона подобного! Правда, сейчас всё стало ещё сложнее.

– Эймар? – позвала Ора, выговаривая его имя странно, будто не уверена была, что его именно так зовут.