Жизнь Фениксов (СИ) - Овсянникова Татьяна Владимировна - Страница 19

— Думаете, одиночество лечится физзарядкой, доктор? Было бы замечательно!

Глава 11

Ярослав решил навестить Киру, а заодно осведомиться о ее состоянии у дежурного врача. У Киры уже был посетитель:

— …в доме ведь не было ни одной его фотографии, поэтому я часто пытался представить, как бы он мог выглядеть. Сначала в своих фантазиях я рисовал его этаким благородным идальго: бархатный камзол, белые манжеты, гордый профиль. Но со временем его уже можно было встретить на страницах одной из книг с рисунками Херлуфа Бидструпа. Всего их было четыре тома. Помню, была серия рисунков «Усы и бороды»:»Дикорастущая борода «а-ля» викинг не требует ухода и не причиняет хлопот ее обладателю. Она живет сама по себе, но должна иметь естественные предпосылки для бурного роста. Из-за такого кустарника застенчивые юнцы могут незаметно наблюдать за окружающим миром.» Или вот ещё:»Усы элегантно подчеркивают, что их обладатель сердцеед, рассчитывающий не успех у безбородого пола.» Так он незаметно превратился в нелепого и даже жалкого. А какой мальчишка мечтает о таком отце? Ты видела когда-нибудь рисунки Бидструпа? Я обязательно тебе их покажу….

Яра еще немного постоял, слушая рассказчика, и ушел никем не замеченным.

Глава 12

Меч работал вкруговую со скоростью циркулярной пилы. Если смотреть со стороны — в пространстве завис огненный диск. Тьма своих не жалела: они низвергались, но он был один, и они устремлялись к нему со всех сторон, как пираньи, почуявшие кровь. Что ж, пусть их слетится побольше, тогда он вспыхнет всей своею любовью к Богу и людям, и, сгорая, заберет с собой всех, кого сможет настигнуть исходящая от взрыва волна, подобно тому, как исходят круги от брошенного в воду камня. Они будут бесконечно долго опускаться серым пеплом на дно бездны, которая их породила. Феникс был один — маленький язычок пламени среди сгущающейся мглы. В нем не было страха, только порыв. Сказать, что страх был ему не знаком, было бы лестью. Просто на пути страха стояла его воля. Конец был уже близок — подтягивались исчадья все более высокого уровня. И вдруг, среди схватки, он почувствовал радость и благодарность одновременно: они шли одним могучим рядом, покидая его для того, чтобы ворваться в тьму, кромсая ее на куски. Во тьме тут и там запылали огненные диски. Краем сознания он уловил вспышку вдали и запах корицы: один из его Братьев заплатил своей жизнью за победу в этом сражении. Все закончилось. Свет превечный, Единый в победах Славу стяжавший, пребудь в нас до скончания времен!

Солнечный свет заливал подушку, и спать больше не было никакой возможности. В комнате стоял запах корицы, рука саднила — на свежем порезе, непонятно откуда взявшемся, запеклась кровь. Саня щелкнула пультом телевизора:

— …за прошедшие сутки поразили подразделения противника на Н-ском направлении …

Трель звонка исполнила триумфальную песнь в честь хороших новостей. В дверях стояла Светочка Грицук. Светочка в свое время училась в параллельном классе, и всегда втайне считала, что то, что они с Гродненским живут в одном доме и в одном подъезде, является отличной предпосылкой для начала и совместной их жизни. И даже более того- знаком судьбы!

— Я Леве почту принесла — опять его корреспонденцию в мой ящик положили! А ты это что — ароматерапией занимаешься? О, я слышала, что у масла корицы высокие антиоксидантные и антимикробные…

Дальнейшее развитие этой темы грозило излишне затянуть их беседу.

— Освежитель…для туалета.

— А-а-а… Слышала, ты теперь в столицах? Удачно вышла замуж и счастлива?

— Врут. По всем пунктам.

Опровержение слухов о Санином счастье, услышанное из «первых уст», привело Светочку в хорошее расположение духа, и она проявила «душевную щедрость»:

— Знаю, знаю что с Кирой произошло. Ужасно, конечно. Вот так стараешься-стараешься, занимаешься йогой и ци-гуном, самосовершенствуешься, и не поможет, в конце-то концов.

Это было уже кое-что интересное.

— Она занималась йогой и ци-гун?

— Да! Мы ходили с ней в одну группу. Все в группе очень расстроились…

— Спасибо, что принимаете в ней участие. Это ведь может иметь решающее значение для ее выздоровления: ну, знаешь, когда много людей посылают свой свет, свой позитивный посыл человеку… Ты ведь понимаешь, о чем я? — Саня посмотрела на собеседницу многозначительно, намекая на ее «посвященность». Светочке это явно польстило.

— У Киры наметилось улучшение состояния. Ее собираются выводить из медикаментозного сна. Можешь сообщить об этом в группе. Когда у вас, кстати, следующее занятие?

— Завтра.

— Киру как раз завтра собираются «разбудить». Так что пожелайте ей победы и выздоровления. У вас в группе одни лишь женщины занимаются?

— И «мальчики» тоже. Есть очень даже интересные…

После ухода Светочки Саня набрала Леву:

— Соседка твоя приходила. Спрашивала, когда ты уже на ней женишься: надоело ей из твоего почтового ящика газетки выковыривать, чтоб тебя повидать. Кстати, Кира вместе с ней посещала какие-то практики. Я подкинула ей информацию, что Киру, мол, будут выводить из сна, и что у нее наметилась положительная динамика.

— Понятно. Будем ждать.

Глава 13

— Сегодня в небе над Н можно было наблюдать удивительную картину, — камера оператора выхватила образованный облаками крест, окрашенный лучами солнца в золотисто- розовые тона. — Глядя на это, действительно хочется поверить в чудо!

— Прелестно! ХОЧЕТСЯ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ПОВЕРИТЬ В ЧУДО…! Если бы Бог еще раз явился им и распростер руки:»Вот Я!», одни бы настаивали на отсутствии для этого научных обоснований, мол:»Извините, но ваше существование не доказано наукой!», а другие требовали:»Покажи нам чудо!» Люди почему-то считают, что Бог должен им что-то доказывать и путают с факиром. Какое-то чутье, конечно, подсказывает им, что Бог существует, и звучит это примерно так:»Есть все же что-то такое…»Они чувствуют это, и …идут в противоположную от Него сторону. Куда же они попадают? А попадают они ко мне! Заходи не бойся, ну и дальше по тексту. Грех изощрен, он не говорит человеку:»Ты — мой раб!». Нет, ты тот, кто живет только раз и поэтому просто обязан вдохнуть жизнь полной грудью. Перепробуй все, разрушь все стены, отделяющие тебя от свободы. Если же суд в дверях, человек никогда не скажет:»я виновен», а только:»я слаб», и не:»я жаден», а «я одержим страстью жадности», не «я прелюбодей» а «я одержим страстью прелюбодеяния». И вот, он уже и не виновный вовсе, а самый что ни на есть потерпевший… А ведь сказано Каину:» Грех твой лежит у порога дома твоего, но ты властвуй над ним», то бишь человеку дана власть над грехом, но он его за порог не гонит. Он его выбирает. Итак, обладатели свободной воли, чего изволите-с? Кто к нам на сегодня записан: состоятельная мамаша оплатила десять сеансов своему малютке. Святославу. Юноше бледному, но небедному. Родители, давая сыну такое имя, возлагали на него, очевидно, большие надежды. А познакомишься с ним поближе и вправду впору себя крестом обносить:»Свят, свят, свят…» Ад, и тот краснеет…И еще одна новенькая записалась. Сюда, бедная овечка, жаждущая понимания! Сюда, дойная коровка, священное животное моего бизнеса! Высокие цены — признак мастерства. Главное — регулярность занятий и упорство. Звоните. Кстати, действительно кто-то звонит:

— Слушаю.

— Это я. Девчонка эта… Она в себя пришла.

— И..? Вы ошиблись номером…

Идиот. Какой идиот. Сам. Пусть разгребает все сам.

Глава 14

С утра его переполняли какие-то непонятные чувства и ощущения. Мике казалось, что они чужие — у него для подобной палитры не было решительно никаких оснований. Пронзительная тоска сменялась вдруг волнением, и его пробирала дрожь, потом вдруг охватывало счастье, и чувство высоты заставляло сердце трепетать, им на смену возникало чье-то смятение и слезы, как будто плакал ребенок. В результате Микаэль тоже заплакал, и стало легко, «незнакомцы» оставили его. Мике вдруг во что бы то ни стало захотелось увидеть Киру. Ему нужно было к ней. Уже в помещении больницы его опять стала бить внутренняя дрожь и, несмотря на жару, объял холод. Он ускорил шаг и потом уже почти бежал, рискуя привлечь к себе внимание. В палату Киры заходил человек, и теперь Мика знал, что этот человек пришел ее убить. Он побежал, рванул дверь и они с незнакомцем сцепились. Мика был сильнее. Потом его обожгла боль и чей-то тихий голос внутри него произнес:»Ты же знаешь, такие, как он — всегда с ножом…»Нет. Я не могу тебя отпустить. Нет. Мика обхватил врага железной хваткой, и эти объятия стали для того объятиями смерти: под тяжестью Микаэля он стал падать, и угол тумбочки поставил точку в его земной жизни. Они лежали в обнимку, как два подгулявших приятеля, смертельно уставшие от вечеринки.