Предатель (СИ) - Ким Сергей Александрович - Страница 47

— О, ну вот теперь он кажется и правда не может продолжать бой…

Сказал и даже сам себе не поверил, хех. Плохой из меня всё-таки актёр…

Защитный купол исчез.

— Пятая дуэль — окончена, — в звенящей тишине объявила Анастасия Рюрикович. — Победитель — Конрад Винтер. Его победа безоговорочна, абсолютна и не подлежит никакому сомнению. Вышеслав Гедеминович обязан принести публичные извинения и впредь держаться подальше от Ольги Романович…

Княжна посмотрела, как мазовца левитируют на носилки и уносят в сторону лазарета.

— Ну… с извинениями, кажется, придётся пока повременить. Во всяком случае, до тех пор, пока господин Гедеминович не придёт в себя.

Я подошёл к восторженно взвывшим «фениксам».

— У вас на щеке кровь, брат, — чопорно произнесла Вилли, сохраняя предельно серьёзное выражение лица, хотя в е глазах и мелькали озорные искорки.

— Это не моя, — в тон ей ответил я, и мы рассмеялись.

— Видали?! Видали, да?! — заорала Хильда в сторону мрачно стоящих студентов Западного факультета и сграбастала меня в объятья. Я аж крякнул, когда мне сдавило и так повреждённые местами рёбра. — Отымели! Отымели нахрен! Всех, скопом! Это мой брат, поняли, да?! Лучше не связывайтесь с Винтерами!

Меня принялись хлопать по плечам, жать руки — не все, разумеется, а лишь те, кто был не ниже чем из графских семей. Какая-то девчонка с третьего курса умудрилась поцеловать меня в щёку и немедленно заслужила злобный зырк от Хильды.

Толпа немного расступилась, пропуская Ольгу.

— Наверное, не стоило всё-таки ввязываться во всё это из-за меня… — вздохнула Романович и улыбнулась. — Но всё равно — спасибо. Никто раньше не делал для меня ничего подобного.

— Всегда обращайся, знаешь ли, — немедленно вставила Мина.

— Всех касается! — рявкнула Хильда. — Надирать задницы за правое дело — это наше кредо!

— Моя победа — в вашу честь, принцесса, — чуть склонил я голову, беря Ольгу за руку и на этой раз уже действительно целуя её.

Позёрство, конечно, но со стороны должно выглядеть красиво. Картина маслом — красавица и присягающее ей чудовище…

— …И в новое время вновь стоят у черты, — послышалось негромкое пение Эльмиры. — Рыцарь и королева, что не знали любви…

Глава 20

Доехали мы шикарно — на серебристом «хорьхе», близнеце того, что был у князя Печорского. Ну, машина дорогая, престижная, так что неудивительно, что правители её любят… Что-что, а делать машины алеманцы умеют.

Вышел из «хорьха», подал руку сначала Хильде, а потом Вилли. Особой нужны в этом не было, но этикет, мать его так… На нас пялились со всех сторон, так что выглядеть совсем уж варварами из провинции не хотелось.

Я поправил висящий на поясе хиршфангер, Вилли привстала на цыпочки и расправила сестре воротник кителя. Хильда с ворчанием напялила ей фуражку, надвинув по самые глаза, и натянула свою.

Вообще, конечно, можно было прийти и в гражданском мундире, но у меня не имелось приличного фрака, а у сестёр — платьев, в которых было не стыдно показаться целой куче высокородных аристократов. Пошить на заказ или даже купить что-то подходящее стоило каких-то совершенно сумасшедших денег, а брать напрокат одежду мы единодушно признали зазорным.

Впрочем, чёрно-красная — в цветах факультета — парадная форма Академии выглядела вполне себе ничего. Первому курсу шитья не полагалось, аксельбант был бронзового цвета. Нам полагались кортики, причём даже дважды — и как студентам Академии, и как всё ещё формально членам корпуса печорской Лесной стражи, но мы нацепили хиршфангеры. Причём, я доподлинно знал, что Хильда спрятала в начищенном до блеска сапоге ещё один нож, а у Вилли был где-то припрятан «покет браунинг». Впрочем, я «дерринджером» тоже не побрезговал.

Причём, у нас даже не возникло вопроса — вооружиться или нет. А то в прошлый раз наш поход на бал закончился… не очень хорошо, скажем так.

Обыска я не боялся — не станут нас обыскивать. Тем более, что на приёме будет такая концентрация магов, что огнестрельное оружие — это будет последнее, чего они станут опасаться. Всё-таки чародеи в возрасте его не особо уважали и тем более не боялись — для них оно чаще всего так и осталось громоздкими, шумными и косыми карамультуками, бьющими максимум на два десятка шагов…

Опасное заблуждение.

Следом подъехал ещё один «хорьх»-кабриолет, и я немедленно к нему направился.

Открыл заднюю дверцу, протянул руку, помогая Ольге спуститься.

— Спасибо, — коротко кивнула Романович.

В отличие от Хильды и Вилли она выбрала в качестве выходного наряда старомодного вида, но явно дорогое красно-бело-розовое платье с пышной юбкой и открытыми плечами. Длинные белые перчатки до локтя, куча драгоценностей — серьги, ожерелье, кольца. Золото, серебро, бриллианты, рубины, кристаллы Праха — Волынь явно не бедствовала. Ну, и завершала картину принцессы, выходящей в свет, тщательно уложенные в причёску волосы.

В руках у Романович была крупная такая дамская сумочка… Которую она едва не выронила.

— Ты всё ещё неважно себя чувствуешь? — спросил я, ловя сумочку и удивляясь её тяжести. — Ого. Ты туда кирпич засунула, что ли?

— Артиллерийский «люгер», — невозмутимо ответила принцесса. — Не хочется лезть в змеиное логово безоружной. И я нормально себя чувствую — не век же мне в лазарете валяться.

— Но вообще и долечиться стоило бы.

— Вообще стоило бы подать и мне руку, лорд Винтер, — ворчливо произнесла Анна.

Помог спуститься кумихо, которая не была бы собой, если бы не решила одеться не в мундир и не в платье, а в чёрное с алой оторочкой восточное женское платье — ханьфу. Да ещё и меч на пояс повесила.

— Выделываешься? — хмыкнул я.

— Разумеется, — степенно кивнула Югай.

— А почему ханьфу, а не ханбок? Где твои традиции, сонбэ?

— В ханбок, я похожа на самоварную куклу, — фыркнула Анна. — Так что я предпочту что-то не столь… традиционное. Должны же быть какие-то плюсы от времён, пока Кореей правили китайцы? Помимо мечей, магии…

— … и гаремов под присмотром евнухов?

Кумихо скорчила мне гримасу.

Вообще, конечно, расклад был… нетипичный. Как говорят в народе: три деревни, два села — восемь девок, один я. Практически гарем. Только без евнухов. Султан чердынский, печорский, шварцмаркский, и прочая, прочая, прочая — Конрад Первый. Прошу любить и жаловать…

Нет, так-то по идее, каждой даме полагался свой сопровождающий… В идеале — из числа родственников или более-менее равного статуса. Выше — можно, ниже — нежелательно. Ну, не считая варианта, если какая-нибудь княжна приходит в сопровождении одного из сильных дружинников. Вот тут даже на простонародное происхождение могу глаза закрыть, если маг действительно сильный.

В нашем же случае случилась чрезвычайно редкая вещь — сопровождающихся для дам не нашлось, а им не очень-то и хотелось.

У Хильды с Вилли вот едва до драки не дошло, пока решали, кого из них я буду сопровождать. Ольгу после всего произошедшего как-то стороной обходили, а Югай просто послала всех куда подальше. Поэтому пришлось их всех зол выбрать глупость вне расписания…

— Ну что, идём? — вздохнула Романович, цепляясь за мою руку.

— Идём, — кивнул я.

Против довода, что столь высокородную особу, как наследницу Волынского королевства, сопровождать всё-таки необходимо, даже сёстры возражать не стали. Тем более, так получилось, что мы с Ольгой оказались самыми высокими и рядом смотрелись весьма внушительно. У меня рост больше десяти вершков… Тьфу! Ужасная всё-таки в Конфедерации манера — и система измерений в целом, и мания считать рост от двух аршин в частности.

Хотя, кто нынче совершенен? Даже Пакт сейчас ещё вроде бы не перешёл на метрическую систему, в которой я был бы ростом… примерно в сто восемьдесят пять сантиметров. Ольга была всего на несколько сантиметров ниже, Хильда на добрый десяток, а Вилли на все два. Югай же была где-то посередине между сёстрами.