Предатель (СИ) - Ким Сергей Александрович - Страница 22

А за то же «касимовское мыло» ему бы наверняка дали и следующую ступень. На редкость мерзкая штука — брусок, похожий на обычное хозяйственное мыло (даже мылится), крепится на железнодорожной цистерне и по пути под действием набегающего потока воздуха превращается в зажигательный заряд. А дальше — бум! И поезд в огне. Токсичная дрянь, правда, зато не нужно ни магии, ни дорогих магнитных мин, чтобы уничтожить целый эшелон.

— Что ж, — сверкнул глазами Касимов. — Посмотрим, будет ли в этом году моё разочарование меньшим, чем обычно.

Глава 9

— Привет, — улыбнулась нам Ольга, с которой мы встретились на первом уроке фехтования.

Мне сразу вспомнилась наша первая встреча. Нет, не на вокзале и не в будущей Галиции, а первая встреча после боя, когда принцесса пришла в себя и её разрешили посещать.

— …Привет, — улыбка Ольги была слабой и бледной, но на удивление тёплой.

— Не больше трёх посетителей, — напомнила Хильда, выразительно глядя на троицу миньонов принцессы.

К уже знакомой стервозной Софье и молчаливой Наталье добавилась вторая блондинка и русоволосая, которую ранило ещё на вступительном испытании.

Компаньонки без особого энтузиазма ретировались, вечно раздражённая нашим обществом Софья покривилась, но даже она промолчала. Мало ли как они к нам относились, но жизнь их госпожи мы спасли, чего они отрицать и забывать теперь не могли.

— Погано выглядишь, подруга, — напрямик заявила блондинка, присаживаясь рядом с кроватью больной. — Ты как вообще?

— Меня пичкают печёнкой, а я её с детства не люблю, — пожаловать Романович. — Фу просто.

— Кошмар, — согласилась Хильда.

— А я прям как знала… — Вилли уселась рядом и презентовала Ольге небольшую корзинку, накрытую платком. — Во! Яблочный пирог, сама испекла. Фирменный рецепт!

— Спасибо. И… вообще спасибо. Что вытащили меня.

— Конрада благодари, — хитро прищурилась Мина. — Если бы не брат…

— В таком случае — спасибо, Конрад?

— Всегда пожалуйста, — усмехнулся я. — Хотя, ты об этом, похоже, и не просила.

Улыбка Ольги чуть померкла.

— Да… Вы извините меня, я тогда, кажется, много чего наговорила…

— Расскажешь? — Вилли внимательно посмотрела на принцессу. — Мы же теперь, считай, кровью связаны. Но если не хочешь…

— Нет, ты права, — помотала головой Романович. — Наверное, и правда стоит… выговориться, что ли.

— Не стой столбом, братец, — зашипела на меня Вилли и принялась энергично махать руками. — Садись уже.

Места по левую руку от Ольги уже были заняты, так что уселся справа от неё.

— Так, с чего бы начать… — вздохнула Романович.

— С самого начала? — приподняла бровь Хильда.

— Ну… можно и так. Вы, наверное, единственные мою историю не знаете.

— Нас уже Эйла просветила, — сказала Вилли. — Ты — бастард? И что тут такого?

— Ты так легко об этом говоришь… — Ольга скривилась, как от сильнейшей зубной боли.

— У нас просто немного другая специфика, — объяснил я. — Мы не можем быть неполноценными егерями — мы либо Винтеры, либо нет, другого не бывает. У нас не принято как-то особо выделять бастардов — каждого судят по его способностям.

— Вообще-то во мне теперь тоже есть ваша кровь, — слабо улыбнулась Ольга. — Это же на мне никак не отразиться? Или…

— Ну, если бы отражалось, то мы все бы превратились в Карнштайнов и Данешти, которым нужна кровь, как комарам, — пожала плечами Вилли. — Так что — нет. У нас полно записей о попытках как-то передать магический Дар и способности к магии вообще через переливание крови — это приходило в головы со времён… Ну, наверное, с тех самых времён, как люди открыли магию. Но, к сожалению, или к счастью — это так не работает.

— Жаль. Я бы, наверное, не отказалась стать Заклинателем гейстов.

— Не думаю, что тебе бы понравилось, — проворчала Хильда. — Я бы наоборот, скорее хотела бы стать принцессой…

— Не думаю, что тебе бы понравилась, — улыбнулась Ольга, а затем вздохнула. — В общем, всё верно — я хоть и старшая дочь, но незаконнорождённая. Моя мать была наёмницей, отец — тогда ещё принцем. До двенадцати лет я ни о каких дворцах даже и не думала, но потом… Мама умерла, её отряд был почти уничтожен, а меня нашёл и забрал к себе отец. Знаете… Поначалу, я даже обрадовалась. Ну, что у меня есть хоть кто-то, что я не одна. Но потом я поняла, что попала в настоящий…

Романович скривилась.

— Мачеха меня ненавидит, отец — слабак, который пляшет под её дудку. А единственное, зачем меня вообще забрали к себе — это выйти замуж за наследника Мазовии. Родную дочку-то они за него не захотели выдать

— Ну да, он же мудила конченный, — кивнула Хильда.

— Он не всегда был таким, — покачала головой Романович. — Поначалу со мной он был довольно… приятным. Конечно, когда выплыла правда о моём происхождении — Вышеслав стал… холоднее. Хотя, даже это было лучше жизни во дворце. Но вот в последнее время он, конечно, тоже стал тем ещё уродом…

— Ну и зачем тебе за него выходить? — спросила блондинка. — Просто сбеги. Ты отлично дерёшься, в любом наёмном отряде тебе будут рады.

— Я не вижу другого шанса вырваться из Волыни, — вздохнула принцесса. — Я бы уже давно сбежала, но… кто же мне даст?

— А твои компаньонки… — протянула Вилли.

— Не компаньонки. Сторожа.

— Три года Академии, — понял я. — Так ты приехала сюда, чтобы…

— Да, — просто кивнула Ольга. — Ну, или хотя бы просто немного вздохнуть спокойно.

…Я моргнул.

Мозаика складывалась по кусочку и тот разговор в лазарете дал мне определённую пищу для размышлений… Но дальше расспрашивать Романович я тогда не стал — было заметно, что даже то признание далось ей нелегко. А я хочу разузнать всё поподробнее, потому что мнится мне — не просто так начался Волынский кризис и не просто так туда вмешался Пакт.

— Всё ещё неважно выглядишь, — озабоченно произнесла Хильда. — Бледная больно. Тебе точно уже можно вставать?

— Да надоело мне уже валяться, пора бы и в себя уже приходить, — ответила Ольга. — Да и размяться охота…

— Но сильно всё-таки не перенапрягайся, — сосредоточенно кивнула Вилли и указала на висящий у пояса Романович меч. — Это рейтшверт? Не тяжеловат будет?

— В самый раз, — Романович похлопала по длинной рукояти массивной шпаги — почти что настоящего меча. — Меня когда-то учили именно на нём. Ну, поменьше, конечно, мне ж лет десять было…

— А раны у тебя не откроются, часом, если ты тут с мечом начнёшь скакать?

— Не, фехтовать мне пока нельзя, а рейтшверт взяла просто чтобы немного привыкнуть. А у вас просто палаши?

— С тварями особо не пофехтуешь, — пожала плечами Хильда. — Да и магические мечники у нас в роду если и были…

— Были, — вставила Мина. — Но последний — два века назад.

— Вооот… И я о чём. А ты же магомечница, да?

— Нет, это называется…

— …Воин Ветра, — кивнул я, закончив за принцессу.

— Это редкий Дар, — с интересом посмотрела на меня Ольга. — Не все его знают.

— Я — не все, — усмехнулся я.

— А фамильный Дар Романовичей — Алый Ветер, — заметила Вилли. — Они как-то связаны?

— Ну, и там, и там должно быть сродство к стихии Воздуха… А так — ну, видать, у кого-то просто было не очень хорошо с фантазией.

— Гвардейцев-хорчинов Запретного Города тоже называют Воинами Ветра, — вставила Югай. — Правда, они специализируются на рукопашном бое.

— А у тебя что? — поинтересовалась Романович. — Судя по клинку — цзянь или джингум, но смущает европейский эфес…

— Это мавде-гом — «русский меч», — ответила Анна. — Корейский прямой клинок и эфес в одну четверть от классической новгородской шпаги.

— Ольга! Ты закончила? — послышался неподалёку уже знакомый, но от того не менее неприятный голос наследника Мазовии.

— Мне пора, — слегка виновато улыбнулась принцесса. — Ещё увидимся!

— Надеюсь у нас будут тренировочные бои, — щуря глаза, произнесла Хильда, глядя на Вышеслава сотоварищи, к которым направилась Романович. — Я прям мечтаю, как сотру с этого надменного хлебала эту гаденькую улыбочку.