Маленькая тайна леди Адалис - Лаут Шана - Страница 5

Ещё и братом его называла. Не достоин он такого.

– Ничтожество, – выдохнула я.

А вот это уже услышали. Смех тут же прекратился, а главнюк посмотрел на меня с лёгким удивлением, что тут же исчезло за очередной шуткой, что так и разрывала его изнутри:

– О, так ты, наконец, поняла иронию своего бытия? – и вновь взорвался хохотом, а следом подхватили остальные. Хочет поиграть на эмоциях? С удовольствием отыграюсь на нём. На всех собравшихся.

И только удерживаемый им братец Адалис смеяться не стремился, как-то очень уж внимательно смотря на меня. Не знаю, что он такого увидел в моих глазах, но смешно ему точно не было. И не будет, когда я тут закончу.

– Скудоумно, – выразилась я, специально медленно осматривая главнюка с ног до головы, при этом приподнимая подбородок, чтобы взгляд выглядел максимально унижающим.

– Что? – не понял парнишка, а следом его лицо пошло красными пятнами злости. – Что сказала?

– Ещё и медицинские проблемы, соболезную, – спокойно ответила, жирно намекая на его глухоту.

– Ах ты сука, – выругался наглец, отпуская свою прежнюю добычу и начиная идти на меня грозной стеной – настолько он был огромен по сравнению со мной. Я бы сказала, что у него и косая сажень в плечах, да и одна рука толщиной как моё тело. Такой зашибёт и не заметит. Этот же ещё и смотреть собирался, как будет на меня наступать.

«Сила есть – ума не надо», – посмеялась про себя, замечая кое-что: – «Слишком легко вышел на эмоции», – поражаясь быстроте его надлома. Видимо, не так всё хорошо в датском королевстве, и кто-то чувствует конкуренцию, что хочет показать власть и силу таким убогим способом, а когда его тыкают в дерьмо – тут же срывается.

Но мне же лучше. Я в теле госпожи, до которой явно не так просто добраться, если она того не захочет. Это, видимо, просто обстоятельства сделали Адалис хрупкой и ведомой, что она только и попадала на грабли. А раз так, что я пока ей как надо, заодно выпущу всю поднакопившуюся злость на её обидчиках – чем ни карма!

– Ох, сынок, ты так расстроен, только вот… утешения искать у своей матери стоит, – и хмыкнула, поднимая голову, чтобы смотреть ему точно в глаза и как бы подставляя лицо для удара. Он даже замахнулся, когда что-то мигнуло на его шее, привлекая моё внимание, и огромное тело вдруг рухнуло как подкошенное, содрогаясь в судорогах, пока странную залу вокруг нас огласил вой серены.

– Ошейник? Ещё и с шокером, – удивлённо вымолвила про себя, осознав, наконец, увиденное мельком. Но игра есть игра: – Прелесть какая. Да ты мазохист! – последнее добавила специально громче, чтобы было слышно не только мучаемому, но и окружающим нас растерянным и уже откровенно напуганным шестёркам.

Одновременно со мной из невидимых динамиков под потолком раздалось оповещение:

– Нарушение! Нарушение! Блокировка восточной комнаты третьего уровня по периметру. Группа Альфа-4, студент Ноан эс Дот. Уровень нарушения – оранжевый: нападение на вышестоящее лицо.

О как! Всё же я оказалась права – Адалис была сделана не из простого теста. Вот это у парнишки смелость, ставил себя выше… кого? Но чья роль на мне сейчас важнее? Гость сие заведения, которого ждёт сам ректор или всё же положение в обществе имеет больше веса? В любом случае, происходящее интересно мне всё больше и больше. Я прям вся разогрелась, загорелась!

Глава 5.

Главнюк

Влада

Ещё более заинтересовывающим происходящее оказалось, когда в дверях помещения появилась ещё более огромная фигура мужчины. Злого как тысяча чертей. Лицо его было словно высечено из белого камня – настолько напряжены были его мышцы. Губы сжаты в полоску, а глаза цвета расплавленного золота сияли гневом, видимым даже с разделяющего нас расстояния.

Так же я вспомнила ещё одну занимательную вещь – учреждение, в котором мы находились, имело военный уклон, а значит спешащий к нам мужчина был самым настоящим высокопоставленным военным и даже одет в странную военную форму, небесно-синего цвета, украшенную металлическими вставками по всех груди, плечам, рукам и даже бёдрам. Назвала бы это кирасой, но слишком уж сетчатый и фигурный был основной рисунок.

Начальник или просто старший по званию сие заведения шёл к нам чеканя шаг и прожигал взглядом собравшихся кадетов, незнающих куда деть свой взгляд, но принявших стойку смирно и выстроившись в шеренгу вдоль стены, к которой меня и зажимали до этого.

Меня, если честно, тоже охватил какой-то странный трепет от одного вида надвигающейся грозности, но открыто показывать свои эмоции и реакции я не собиралась. Лишь так же деланно, как с этим Ноаном, всё ещё корчащимся у меня в ногах, осмотрела спешащего на разборки начальника мелкотни.

Но если я ожидала, что будет рык, крик или любая другая форма недовольства в сторону мальков, то ошиблась. Недовольным взглядом прошили меня!

– Леди Латиас, – почти сквозь зубы прошипел мужчина, останавливаясь перед нами и совершенно не замечая бедного кадета. А ведь мальчишка вот-вот скулить начнёт от боли. Хотя, так ему и надо. – Вас должны были сопроводить в мой кабинет. Нарушать дисциплину вверенного мне объекта я вам разрешения не давал.

– О, меня любезно сопровождали на место встречи, – махнула я рукой в сторону детишек, – и мы были уже на полпути…

– Меня не интересуют ваши оправдания, – перебил он меня, думая ввести в положение подчинения или неловкости. Вот только кто он такой, чтобы так себя вести с им же приглашённым гостем? Поэтому как ни в чём ни бывало продолжила фразу:

– Когда вы решили выйти мне навстречу. Это очень любезно с вашей стороны. Но что же стряслось такого, что вы так поспешили ускорить нашу встречу? – спросила и со скрытым наслаждением увидела дёрнувшуюся в раздражении губу.

Отвечать красавчик ничего не стал. И хоть трудно этого вояку так назвать, красив он всё же и правда был. Только какой-то особенной, грубой мужской красотой. Высокие острые скулы, широкий подбородок и почти квадратная нижняя челюсть были покрыты двухнедельной тёмной щетиной. Коротко стриженные волосы стояли ёжиком и были слегка растрёпаны, словно спеша сюда, он то и дело нервно тормошил их.

Образ непоколебимого упрямого мужлана дополняли широко расправленные и так огромные плечи, что уж говорить по почти выпяченной грудной клетке и поставленных на ширину плеч ногах в каким-то странных сапогах. Они были как военные берцы, только по самые колени и гладкие, сделанные словно из того же металла, что защищал эту стеноподобную грудь.

– Всё рассмотрели? – рыкнул вояка, заметив мой блуждающий по нему взгляд.

– С синим золото смотрится лучше, – честно призналась я, ведь металл был слишком серебристым и не добавлял ему статности в моих глазах.

Носогубная складка мужчины претерпела очередной спазм. Но больше я никакой реакции не увидела, зато услышала от молодняка тихое:

– Она не жилец.

– Вот попала.

– Адлес, на похоронах отгуляем, зови.

Если в основном всё было сказано обо мне, то последнее один из кадетов адресовал братишке, что не решился отойти в глубь толпы от ещё корчащегося говнюка – надо же какая у него выдержка, любой другой уже бы в обморок укатил столько терпеть электрошокер, точно мазохист. Только мой взгляд уже было обращён на Адлеса. Холёный блондин смотрел на меня и был слишком хмур, ни на кого больше не обращая внимания.

Мужлан же не стал больше ждать, когда мы налюбуемся друг другом, развернулся на пятках и зашагал обратно. Ещё и глазами на меня так сверкнул, будто давал понять – мне лучше следовать за ним, ведь разборки прямо тут устраивать в его планы не входит. А вот его личный кабинет точно для этого, как и задумывалось ранее, куда лучше.

«Всё чудесатее и чудесатее», – мелькнуло в голове, которой со всем этим ещё предстоит разобраться и упорядочить, заодно проклиная Адалис за то, что окунула меня в этот водоворот всеобщей ненависти вместо того, чтобы самой поставить всех на место.