Предназначенная для двоих (СИ) - Скай Рин - Страница 18

- Поверь, если бы в Блонске появился новый человек, да еще и вторженец, – я бы точно знал. Нет его тут. И тебе советую: уходи Оливия, обратно. Там у вас хоть не такие жестокие законы.

- Откуда ты знаешь, как там у нас? – прищурилась я. - Был что ли? И вы все так спокойно говорите о вторженцах. Сами, небось, посещаете наш мир?

Расти поднял очищенную тушку, взвешивая в руке. Затем подошел к огню, и принялся опалять оставшиеся маленькие остовы перьев. Тут же поплыл неприятный запах горелой кожи.

- Нам нельзя выходить отсюда. Эйфесы выжигают любого, кто решил покинуть Лордонов мир.

Перед глазами возникла картинка вышедшей из марева косули и тут же погибшей, от вылетевших за ней шаров. Так вот почему аборигены Скрытого Пространства так много знают о вторженцах, но сами не появляются у нас.

- Оливия, обещай мне, ты уйдешь на рассвете. Я провожу тебя до потайного выхода в городской стене, знаю путь, чтобы не попасться на глаза патрульным. И убегай к себе. Эйфесы тебя не тронут. А вот Стивник, если останешься… - Расти умолк, и только его карие глаза красноречиво метали злые молнии.

Парень положил подготовленную тушку на доску и позвал Лали. Та придирчиво оглядела работу, одобрительно хмыкнула и отпустила меня совершать банные процедуры. Расти не пожалел мне своих почти новых штанов и рубахи. В вещах Лали я могла бы запросто утонуть.

Как же я была рада возможности смыть с себя весь дорожный пот, кровь, грязь, освежить волосы и надеть чистые вещи! Как мало нужно человеку для счастья – горячий ужин, теплый душ, свежее бельё… Поливаясь горячей водой из ковшика, размышляла над словами Расти. Нельзя было не признать его правоты. Как это ни печально, но отца, скорее всего, уже нет в живых. А если я не хочу стать мишенью для меча Стивника, то  надо возвращаться домой. Ничего, и ЕГЭ успею сдать, и документы в университет подать. А Макса… Макса постараюсь забыть. Не так часто я его и сейчас вспоминаю. Стивник затмил всё. Своей агрессивностью, непредсказуемостью, ну и умопомрачительной внешностью.

Уставшая от долгой дороги, переживаний, страха, разомлевшая от пара горячей воды, я заснула, едва голова коснулась подушки.

Глаза закрылись и тут же распахнулись вновь – склоненный надо мной Расти, аккуратно и неотвратно тряс меня за плечо.

- Скоро рассвет, - сообщил он, - вставай, перекусим, и я отведу тебя к выходу.

Поворчав немного для порядку, Лали накормила нашу троицу пшенной кашей, наполнила бурдюк Расти травяным отваром, придающим, по её словам, бодрости, собрала в тряпочку немного черствого хлеба, и попрощалась со мной, наказывая мужу, скорее вернуться обратно.

Я туго переплела длинные волосы, скрыла их за капюшоном выданного Расти тонкого плаща, и в его вещах стала походить на обычного, правда худого, паренька. В неясном свете едва занявшегося рассвета мы добрались до городской стены. Дырка в ней была маловатой, но я запросто пролезу через отверстие.

- Стена обнесена рвом, - прощаясь, говорил Расти, - но именно в этом месте, не ров, а довольно широкая насыпь. Ее сделали специально, на случай таких вот побегов королей и других привилегированных особ.

- Расти, не знаю, как мне тебя благодарить! – я обняла его.

 Сначала я, конечно, была зла на парнишку, внаглую похитившего меня. Но теперь понимала: мне желали лишь добра. Он похлопал меня по плечу и виновато пояснил:

- Проводил бы тебя до выхода, но за Лали боюсь. Если нас обоих схватят – меня точно повесят, как тех бедолаг у въезда в город. А жена с кем останется? Слишком я её люблю, чтобы рисковать её сердцем! Не благодари, Оливия – твоё спасение, это личная месть принцу-извергу, растерзавшему мою сестру! Считай, это я в честь Пэнни сделал!

- Прощай, Расти! – я обернулась к своему спасителю напоследок, успела краем глаза выхватить панораму города на фоне рассветного солнца и юркнула в отверстие в стене.

- Прощай, Оливия! – послышалось уже сзади.

Едва очутившись по ту сторону стены и оглядевшись, я, первым делом, наткнулась на скрестившего могучие руки Стивника. Недовольный принц прислонился к боку застывшего коня, и его красивое хмурое лицо не предвещало ничего хорошего.

- Попалась! – рыкнул он и кинулся на меня.

Глава 8

Ранним утром, шагая в рассветном бодрящем тумане, две мужские фигуры быстро приближались к апартаментам Макса. Голова парня была тяжелой, словно с похмелья, а ведь пил-то профессор, и то, немного. Платов же, ничего крепче чая с молоком не принимал. Мысли трещали по швам от количества информации, вываленной, точно лед из мартини, на сознание юноши.

Блоки разрозненной информации, сумбурно наваленной Алистером, сейчас, на холодном ветру, постепенно собирались в единый пазл. Макс даже на секунду не мог представить, что рядом с его городком могло происходить подобное.

Гласившие записи профессора и его родственников утверждали, что пятьдесят пять миллионов лет назад атланты сбросили ядерную бомбу на стратегически важный город Сарсек – последний оплот гиперборейцев. Удар был настолько мощный, что возникло дополнительное параллельное замкнутое пространство со входом в одной из появившихся пещер. Вокруг него распространилась аномальная зона, населенная полумистическими существами. Река, в древности носившая название «Ра», поменяла течение, а на равнинах появились горы.

Победители атланты быстро разведали о дополнительном пространстве, назвали его «Блоние» – что на их языке означало «прибавка». Чтобы  не устраивать геноцид, выживших гиперборейцев ссылали туда вместе с полукровками, преступниками и разбойниками.

Одним из выдающихся правителей Гипербореи, а также талантливым ученым и алхимиком того времени, был некий Лордон. По легендам он превосходил умом всех соотечественников и атлантов вместе взятых потому, что якобы был рожден не от земной женщины, а от высшего инопланетного существа.

После взрыва выживший Лордон был также сослан в Блоние, где и организовал город-государство – Блонск. Со временем он продолжил опыты и эксперименты. Легенды гласят: атланты, чтобы не допустить массовый выход гиперборейцев из Скрытого Пространства, соорудили роботов-дронов, работающих на солнечной подзарядке и убивающих всякое живое существо, решившее покинуть Блоние. Поэтому выйти из Скрытого Пространства может лишь тот, кто не был там рожден.

Дополнительно параллельный мир от любопытных глаз охраняют «Старцы» - отряд мужчин атлантов, призванных не допустить обычных людей в мир сосланных гиперборейцев. Пещера, где располагается вход в Блоние, содержит в себе многие результаты экспериментов Лордона: химеры - скрещенные между собой различные виды животных, выведенные им из клеток ДНК доисторические обитателей Земли; его инопланетные родственники, уснувшие на веки в крио-сне. Таким образом, атланты решили отомстить главному врагу особо изощрённо – выйти он оттуда не может, а его работы и исследования лежат, что называется, под носом. Чтобы остальные люди как можно меньше проявляли любопытство к аномальной зоне, атланты поставили дополнительную защиту в виде бессмертных зомби псов и детей – призванных напугать, а при случае, применить и более радикальные меры.

По словам Алистера, выходило, что пятьдесят пять миллионов лет назад такая защита от Блония была идеальной и нерушимой. Но сейчас, со временем, она всё больше начала сбоить – появились воронки времени, псы и дети ослабли, старцы объясняли это всё происками бессмертного Лордона, пытающегося и по сей день, во что бы то ни стало, найти выход в наш мир.

Макс открыл дверь, впуская профессора в разгоряченные радиаторами апартаменты. Контраст чистоты жилища Платова и ужасного беспорядка в квартире  мистера Кроу бил в глаза. Но Алистер, казалось, не замечал ничего вокруг себя.

- Показывай мне её! – потребовал профессор.

Парень провел мужчину в соседнюю комнату и указал на портрет, висевший на доске.

- Вот. Именно у Лив дома я нашел кольцо и…

- Подожди, подожди... – пробормотал Алистер. – КАК ты её назвал?