О чём молчали города. Мистические истории - Корж Дарья - Страница 41

– Хорошо, хорошо. Я спросил ваше мнение и не собираюсь ничего разрушать. А что там с Максом?..

– Вы и этого не знаете?

Мила округлила глаза.

– Ну да, – Крымов смешался. – Я писал…

На самом деле, ему было стыдно, что он совершенно не интересовался судьбой товарищей по несчастью.

– Ну ваша Алла даёт… – девушка покачала головой. – У Макса сейчас примерно та же терапия, что и у вас: он пишет программу для компьютерной игры «Голем. Из тьмы веков». Он же программист, как вы помните. Все права на игрушку у «Белого квадрата», и, скорее всего, в ближайшее время Ирена попросит вас прописать сюжет.

Дмитрий нахмурился: «Чёрт знает что! Подземелье не отпускает меня», но вслух спросил:

– Вы всё ещё водите?.. Экскурсии?

Она опустила глаза:

– Сейчас нет, но группа уже набирается.

Поразительно: ни один из участников кровавой экспедиции не смог расстаться с Заповедником. Даже Алла, имеющая к нему отдалённое отношение.

Дмитрий допил ароматный кофе и решил закончить с вопросами, ради которых затеял это необычное свидание.

– Вы рассказывали, что после революции старообрядцы пропали, якобы из-за преследований и репрессий. Но они же могли прятаться под землёй?

– Могли, но только недолго: ходы рассчитаны на внезапное бегство или на проведение тайных ритуалов, а жить там мало кто сможет.

– А как же морлоки?

– В своих записках Георгий Петрович высказал крамольную мысль, что кое-кто из укрывшихся от внешнего мира под влиянием мутаций превратился в новый человекоподобный вид. Думаю, генетикам придётся поломать голову над этой загадкой.

– Любопытно. Скажите, пожалуйста, что было на второй плите у выхода к психиатрической больнице? Вы обещали нам какой-то сюрприз, но не успели показать?..

Мила вздохнула:

– Там, в конце надписей на неизвестном языке, видно древнее изображение морлока. Следовательно, кое-кто из этих существ появлялся ещё в девятнадцатом веке!

– Да. Это впечатляет, – произнёс Крымов. – Могу даже похвастаться, что кое-что мне удалось угадать в своём романе.

– Не стану выпытывать, чтобы не испортить впечатление во время прочтения, – великодушно сказала Мила. – Но и у меня есть к вам пара вопросов.

– Постараюсь ответить профессионально, – пошутил Дмитрий.

– Вы рассказали про подвиг Дины?

– Да. Я изменил все имена, кроме Дининого, – это дань её светлой памяти.

– Спасибо, это тот поступок, которого я от вас ждала.

У Крымова потеплело в груди, но оставался ещё один вопрос.

– Что случилось с Лёхой в вашей книге? Он погиб?

– На языке литераторов это называется «спойлер», но вам я отвечу: в книге он назван кличкой, которую сам упомянул, – Пират. Его отрезает от друзей, и он сражается с морлоком один на один.

– И?..

– И – в смертельной схватке побеждает.

Она взглянула на писателя чуть насмешливо:

– Наверное, читателям понравится, но вам не кажется, что вы сочиняете утопию?

– Нет, – покачал головой Крымов.

– Значит, Лёха… извините, Пират победил и исчез?

– Нет. Не хотел говорить, но придётся: Пират попытался выжить в Подземелье и сам стал морлоком.

Возникла довольно долгая пауза. Дмитрий испытующе смотрел на Милу, а та маленькими глотками допивала вино. Затем она внимательно посмотрела на него и кивнула:

– Простите. Теперь я вижу, что вы – хороший писатель.

– Спасибо за комплимент, – улыбнулся польщённый собеседник.

Повисло молчание, и Крымов вдруг испугался, что на этом придётся заканчивать разговор. Поэтому он показал на вазочку с маками, стоящую у самого окна, и сказал заговорщическим тоном:

– Видите, как по дну вазы плывут облака? Приглядитесь: они плывут вверх ногами.

Мила некоторое время смотрела на воду, как заворожённая, а потом повернула к Дмитрию радостно-удивлённое лицо и кивнула.

Теперь у них был ещё один общий секрет.

Внезапно девушка побледнела и уставилась в угол кафе, схватив Крымова за руку. Он посмотрел туда же, беспокоясь, что её кто-то напугал, но там всего лишь стояло ещё одно дерево в кадке. Мила судорожно вздохнула.

– Что с вами? – испугался писатель.

– Мне показалось… – отозвалась она. – Прямо сейчас: маслянисто-чёрная вода, в которую упал Голем, убивший Дину. Дрожащая, испачканная кровью поверхность. А потом – крик морлока.

Дмитрий с тревогой смотрел на Милу, ухватившую его за руку; он чувствовал, как пульсирует кровь в уже зажившей ране.

– Вам показалось, это пройдёт.

Но Мила осталась мрачной и на простые вопросы отвечала невпопад. Она вдруг взяла из вазы цветок и принялась медленно обрывать ему лепестки.

– А ведь вы правы: ничто не стоит человеческой жизни. Дина и Лёха снятся мне по ночам. А вам?

– Нет, – мотнул головой Крымов, вспоминая, как споро у него шли дела с романом. – Я уже так восстановился, что мог бы снова спуститься в подземелье.

– Вы правы, – повторила она, словно не слыша его, – морлоки смертельно опасны, и, возможно, следует просто отказаться от экскурсий и закрыть это направление навсегда. Так и скажу Ирене: «Не буди лиха: мало тебе двух смертей?»

– Не торопитесь, Мила, всё не так плохо… – попытался успокоить её Дмитрий.

– «Не так плохо»? – она повысила голос. – Насколько должно быть плохо, чтобы всё прекратить?! – За соседними столиками на них стали оборачиваться. – Я – единственная, кто всё знает. Просто теперь не будет сталкера.

Девушка уронила на лепестки голый стебель и вскочила:

– Спасибо за угощение и цветы. Надеюсь, ваша книжка покорит читателей.

Она подхватила клатч и вышла из кафе, не оглядываясь.

Заиграл мобильник. Это звонила Алла:

– Привет. Первый том у оптовиков идёт «на ура», все ждут феерического финала. Ты всё узнал у Милы?..

Под впечатлением недавней сцены Крымов ответил с трудом:

– Да, я всё узнал. Скинь мне, пожалуйста, телефон Ирены.

– Тянет егеря в заповедник? – усмехнулась Алла. – Сейчас отправлю.

В ожидании смски в голове Дмитрия молниями проносились мысли: «Только сейчас я смог написать что-то стоящее, благодаря этим катакомбам; они меня выдернули из тухлого прозябания. Там же ещё прорва сюжетов чуть ли не в каждой комнате. Никак нельзя позволить ей…»

Когда он набирал номер Истоминой, его рану дёргало.

– Добрый день, Ирена. Это Дмитрий.

– Добрый день, я вас узнала.

У неё был ровный приятный голос.

Крымов кашлянул:

– Мила собирается отказаться от экскурсий в Подземелье.

– Вот как? – задумчиво произнесла она. – А почему вы мне говорите об этом?

– Я считаю, что она поторопилась с решением…

– Я тоже так считаю. У вас есть какие-то предложения?

Он колебался:

– Может быть, дать ей отпуск, чтобы она подумала?

– Может быть. А вы могли бы выступить в роли сталкера?

Дмитрий опешил от такого напора, но смело ответил:

– Можно попробовать.

– Отлично! Я позабочусь о Миле.

Это Крымову совсем не понравилось:

– Что значит «позабочусь»? В психушку упрячете или… вообще… – он не договорил.

Послышался смех:

– Мне кажется, вы неплохой сочинитель, но есть вполне цивилизованные способы. Например, отправить её гидом в джунгли Мексики по пирамидам ацтеков или что-то в этом роде. С прибавкой к жалованью.

Писатель с облегчением вздохнул:

– Другое дело. Только как вы её из России выгоните?

– Скажу, что после консультаций с юристом оказалось, что видео не отражает попыток Милы спасти Лёху и Дину. И лучшим выходом для неё будет временная эмиграция. Или придётся стать ответчиком в уголовном деле.

Хитра была Ирена со своими подходцами, но её предложение слегка успокоило совесть Крымова.

– Только есть проблема: записи Манычева. Весь фактический материал спрятан у Милы; вряд ли она отдаст нам его добровольно…

– Не беспокойтесь: копии записей есть и у меня.

Дмитрий оторопел:

– То есть как?