О чём молчали города. Мистические истории - Корж Дарья - Страница 26

Пробегая по дороге на работу мимо деревца, Иришка улыбалась и мечтала, как они с Алексеем будут не торопясь прогуливаться по парку, и лицо её расплывалось в улыбке.

Алексей обещал приехать по делам в Город через три дня. И обязательно сразу заехать к Иришке.

Иришка выдраила всю квартиру, перевернула весь шкаф в поисках самого прекрасного наряда и стала считать минуты до встречи. А минуты тянулись, как назло.

– Ир, ну опять всё напутала, переделывать надо, – ворчала Наташа, – и о чем только мечтаешь.

Иришка загадочно улыбалась. Наталья вздохнула и, улыбнувшись, махнула рукой:

– Ой, толку от тебя, мысли все о нем, хоть бы уж приехал быстрее.

Вечером, обнимая телефон, Иришка в сотый раз перечитывала смску: «Спешу к тебе, постараюсь приехать раньше». Спешит, спешит. Приедет. Завтра.

Иришка хотела надеть самое красивое платье, любимое, легкое, воздушное голубое. Она сама себе очень в нем нравилась. Но прогноз погоды менял её планы. Придётся одеваться потеплее. Однако ни дождь, ни ветер, ни ураган не могли испортить ей настроение. Он едет!

Иришка выскочила из дома, едва не забыв ленточку, которую старая ведьма велела привязать к ветке дерева. «Эх, провозилась у зеркала, а ведь хотела выскочить пораньше! – ворчала на себя Иришка. – Ещё эта ленточка, вроде и мимо бежать, а всё равно минутку потеряю».

Под проливным дождем Иришка побежала в парк, зябко кутаясь в тёмный плащ, зонт в её руках с трудом сдерживал натиск воды. Ветер пытался выхватить ленточку из Иришкиных рук, но она сумела завязать её на ветке и прошептать: «Вместе навсегда».

Если кто-то видел меня, наверное, удивился, думала Иришка, выбегая из парка.

– Тётенька, тётенька, ваша ленточка улетела! – кричал ей мальчишка лет десяти, но она не слышала его из-за дождя.

Он посмотрел ей вслед и прикрутил ленточку как смог, чтобы та не улетела с новым порывом ветра.

«Ну погода! – Иришка посмотрела на часы. – Ох, надо поспешить». Конечно, и ничего бы, если девушка опоздает на свидание, но этого Иришке совсем не хотелось.

Заприметив кафе, где они договорились встретиться, Иришка стала всматриваться в огромные окна: вдруг он уже там и ждёт её. Но сквозь дождь было невозможно что-то разглядеть. Она, не отрывая взгляда от окон, бежала навстречу своему счастью.

Водитель поздно заметил девушку под зонтом, перебегавшую дорогу к кафе.

– Ну погода! – думал Иваныч. – Раз, и нет дождя, как не было.

– Ну что там, Игорь Иванович? – хрипел в рации голос диспетчера. – Живые есть?

Никто не любит выезжать на ДТП. За двадцать лет работы на скорой Иваныч привык ко многому, а вот к авариям не мог. Нелепость, случай, секунда, уносящая человеческую жизнь, всегда вызывала у него внутренний протест. Он злился и тянулся за сигаретой.

Во второй машине скорой помогали водителю. Парень отделался незначительными ушибами, но сильно ударился головой. Ничего, парень молодой, крепкий, выкарабкается, подумал Иваныч и, затушив сигарету, пошёл к машине.

Иришка огляделась. Только что был дождь, и всё, солнце. И она такая вся легкая и воздушная в своём любимом голубом платье! Ах, какая красивая, какая счастливая. Она бежала к кафе, ну конечно, она взглянула в окна, но Алексея не увидела. Он рядом, почувствовала Иришка и оглянулась: две скорые, врач нервно курит у машины.

– Ирочка?

Иришка обернулась и увидела его. Ну конечно, это он. Она узнала его сразу.

– Я так спешил к тебе, – Алексей поднялся с носилок и протянул руку.

– И я, – прошептала Иришка.

Она заметила, что у машины забегали врачи, закричали, захлопали двери скорой. Алексей стал медленно удаляться туда, где командовал молодой доктор: «Разряд. Ещё разряд». Не отводя взгляда от Иришки, он протянул ей руку: «Вот и встретились. Я так спешил к тебе».

«Не теряйся, не отпускай. Крепче держи», – слова Матрёны вывели её из оцепенения. Иришка кинулась к Алексею, крепко схватила за руку: «Вместе навсегда».

Алексей обнял Иришку, вздохнул свободно и улыбнулся: «Навсегда».

Молодой доктор нервно курил третью сигарету подряд.

– Не, ну ты представляешь, Иваныч, – твердил он, сдерживая слёзы, – он же не должен был уйти, ну ничего такого, крепкий здоровый парень, ну сотрясение…

– Ну, ну… Ты сделал всё, что мог, так бывает, – проворчал старый фельдшер, вглядываясь в яркую солнечную дорожку, пробивавшуюся сквозь мокрую листву.

– Мама, мама, смотри, какое дерево смешное! – Девочка лет семи весело смеётся. – А-ха-ха, как будто праздник! Радостное какое!

Малышка, раскинув ручки, скачет вокруг дерева.

– Это счастливое дерево, доченька. Видишь, сколько ленточек разноцветных? Сюда приходят молодые пары, крепко-крепко завязывают ленточку и говорят: «Вместе навсегда». Дерево растёт, и счастье их растёт.

– И я, и я хочу. Кто его придумал?

– Говорят, давно это было. Одна девушка полюбила парня и хотела сохранить своё счастье…

Санкт-Петербург

Пётр Первый желал превратить своё любимое детище Санкт-Петербург в Новую Венецию. Императорская затея провалилась, но на месте вырытых каналов тайно были сооружены подземные ходы со странными комнатами, которые оберегали катакомбы от вторжения извне. Мало кто знает, что в вечной темноте петербургского подземелья пропадали и продолжают пропадать люди.

Заповедник морлоков

Виктор Зорин

До конца своей жизни не забуду то,

с чем мне пришлось столкнуться в подземелье.

(Г. П. Манычев)

«Белый квадрат»

По дну бокала неторопливо плыли облака, не понимая, отчего они плавают в вине и почему им приходится делать это вверх ногами. Многообещающий автор мистических романов Дмитрий Гримм сидел за столом у самого окна своей квартиры и разглядывал облака в бокале. Несмотря на мужественную внешность и складку, придающую его лицу чуть саркастическое выражение, выглядел он моложе своих неполных сорока и одевался соответственно. Сегодня на нём была футболка с надписью по-английски: «Успокойся и пиши!» Его литературные обещания читающему миру сводились к тому, что он с некоторым успехом писал реалистичную мистику или суровый хоррор – всё зависело от настроения, – но сейчас в его творческом настроении был полный провал. Поэтому бокал вина с облаками помогал ему обдумывать не слишком оригинальный вопрос «Что делать?»

Вообще-то фамилия писателя была не Гримм, а Крымов, но кто-то когда-то убедил его, что читателя надо ловить на псевдоним. Сам Дмитрий продолжал думать, что всех потенциальных поклонников нужно ловить на лихо закрученный сюжет, который отказывался плавать в мозельском рейнвейне. Тут же, на столе у ноутбука, картинно разлёгся верный Матвей – британский дымчатый котяра. Он верил, что хозяин обязательно найдёт выход из ситуации, ибо такое милое чудо, как Матвей, надо было чем-то кормить. И он оказался прав, картинное потирание лба кончиками пальцев неожиданно решило проблему вдохновения: зазвонил мобильник.

«Алла» на экране означало, что звонит Алла Лойко – добрый ангел и литературный агент Дмитрия. Официально она работала редактором в журнале «Машины и механизмы», а Крымова и ещё нескольких персонажей считала своим хобби. Авторы должны были писать, а литагент – проталкивать опусы своих подопечных в чужие редакции. Правда, иногда ей приходилось приводить писателей в чувство во время творческой стагнации и лени, называемой в литературных кругах хрустящим словом «прокрастинация», и сейчас был именно такой печальный случай.