Гранд-адмирал. Том шестой. Часть 5 (СИ) - Модус Илья Сергеевич - Страница 51

Хан почувствовал как внутри просыпается давно испытанное им чувство обмана….

— Никуда не уходите, — с натянутой улыбкой произнес он, высвобождаясь из хватки супруги. — Я на минуточку… Дорогая, будь так добра, поговори с присутствующими, пока я их тут не поубивал к хатту.

И быстрым шагом покинул конференц-зал, направляясь в свой рабочий кабинет.

Довольно необычно чувствовать себя не в привычном мундире, а больничном халате.

Легкий, практически невесомый.

Не облегающий тело.

Не дающий возможности спрятать оружие или приспособления.

В такой одежде чувствуешь себя голым.

Холод в помещении лишь иллюзия.

Мозг, привыкший к одним условиям, начинает паниковать, ощущая с помощью рецепторов непривычные влажность, температуру, мощность вытяжки и вентиляции.

Но хуже всего другое.

Сидеть здесь и не знать что будет дальше.

Нет, представление о том, что произойдет, конечно имеется.

Детальное.

Но, одно дело читать описание, другое — понимать, что вскоре подвергнешься этому самостоятельно.

По собственной воле.

Это… эмоционально.

С характерным для пневматического привода дверей звуком, часть стены пропала и в залитое белым искусственным светом помещение вошла женщина среднего роста.

Обеззараживающее поле пропустило ее, убивая любые микробы, вирусы и прочую болезнетворную опасную субстанцию.

Медицинский костюм свободного кроя, необходимый лишь для сохранения термобаланса тела и стерильности помещения.

Бледно-синие, почти фиолетовые волосы длиной до середины спины.

Ярко-фиолетовые радужки глаз.

Гладкая кожа, указывающая на молодость врача…

Нет, не врача.

Ее тела.

А вот то, что под медицинской маской ее челюсти двигаются, дает понимание, что этот специалист как минимум наплевательски относится к обязанностям по стерильности.

В руках и карманах точно ничего нет — иначе бы обеззараживатель сейчас верещал, как пожарная сирена.

— У вас какие-то проблемы?

Вопрос закономерный и более чем объективный.

— У меня-то? — пробубнила медик, посмотрев на нее своими роскошными глазами. — Нет, все в порядке. И вообще-то, интересоваться самочувствием должна я, а не вы.

— У вас есть дело поважнее.

— Угу, — закивала медик, шумно проглатывая содержимое своего рта. — Сегодня в столовой такой нежный стейк из нерфа, что за уши не оттянешь.

— О, так мое появление в вашем центре оторвало вас от приема пищи.

Издевка и провокация.

Посмотрим, как отреагирует.

— Да не-е-е-ет, — она точно совершеннолетняя? Поведение подростка. Зачем тянуть фразы? Профессионалы такого не допускают. Речь должна быть короткой, информативной, понятной. — Это уже шестой стейк за сегодня. Здесь такой повар, что я буквально тарелки вылизываю…

Порция по полкилограмма еды и питья в сумме.

Следовательно, она успела съесть уже три килограмма еды и напитков. С ней точно все хорошо?

— Ну-с, — доктор приблизилась, натянув медицинские перчатки и без малейшего пиетета раздвинула веки. — Так, что тут у нас?

— Вы у меня спрашиваете?!

— Не отвлекайте, я говорю сама с собой. Посмо-о-о-отрим… Кровоизлияние в левое глазное яблоко. Сосудики не к черту, как погляжу, — последнее она сказала, просветив по очереди глаза своего пациента с помощью специального устройства. — Инфекции и ее следов на обнаружено, о травмах, операциях иных вмешательствах вы не сообщали, так что это либо наследственное, либо острый приступ рвоты, глаукома, повышенное артериальное давление или давление глазного дна… Заболеваний крови нет?

— Нет.

— Препараты для разжижения крови не принимали?

— Нет.

— Глаукомы я тоже не видела… Рвота?

— Не было.

— Значит наследственное… Хорошо.

— В самом деле?

— Нет, конечно. Но, что поделать, человеческое тело несовершенно. Чтобы исправить недостатки генетики необходимо намного больше вложений и вмешательств, чем при починке механизма. Но, мы и вас починим, не волнуйтесь, — заверила доктор.

— Уверены, что это мне нужно волноваться?

— Я-то покушала и спокойна как джедай. А-а-а-а… Решили поугрожать мне, не так ли?

— Я начинаю сомневаться, что вы в самом деле обладаете той самой квалификацией, которая была обещана гранд-адмиралом Трауном.

— Послушайте, — медик отстранилась от нее и ее фиолетовые глаза стали будто темнее оттенком. — Если у вас на примете есть специалист по пересаживанию мозгов между телами — смело идите к нему, я пойду лучше покушаю, там еще кореллианские вкусняшки привезли.

— Вам никто скальпель в глаз еще не всовывал?

— Забавно, что вы об этом сказали! — фиолетовоглазый медик негромко рассмеялась. — Вскрывала я как-то череп одной покалеченной тви’лечке, так та проснулась посреди операции, чуть не порезала меня отработанным скальпелем. Представляете? Я случайно починила ей связь головного мозга со спинным и у нее прошел паралич.

— Считаете этот случай забавным?

— Я — да, мои коллеги — не очень.

— Я на их стороне.

— Вам когда-нибудь говорили, что не стоит спорить с хирургом, который намерен копаться в вашей голове?

— Вам когда-нибудь обещали вынуть жилы, пока вы еще в сознании, используя лишь ручной привод?

— Хм… один-один. Уверена, это был бы интересный опыт. Как-нибудь пригласите на испытания? Очень хочу попробовать что-нибудь новенькое.

— Вы психопатка?

— Самую чуточку. Но мое имя — Третья. И я лучший специалист по пересадке мозгов. И еще немного генетик. Но, последнее никто из моих коллег признавать не хочет, так что… Это, между прочим, мое двенадцатое тело. И первое, на котором я самостоятельно провела операцию по замене глаз. Как вам? — почему-то частое моргание длинных ресниц на расстоянии десяти сантиметров от лица раздражает и призывает к рукоприкладству.

— Вы можете сделать то, что от вас требуется и поменьше болтать?

— Тогда как мы с вами будем общаться?

— Вы намерены разговаривать со мной во время операции?!

— Так понимаю, вы тоже откажитесь… Все отказываются. Хотя там делов-то всего ничего. Чик, — Третья изобразила пальцами работу ножниц, — и все, никаких болевых или иных ощущений. Лежи себе, разговаривай, пока не закончится изъятие мозга…

«И это меня считали чудовищем?».

— Я хочу знать что будет с моим телом в случае неудачи.

— для начала — неудач у меня не бывает. Я могу случайно сотворить чудо и сделать парализованного снова ходящим, или немого разговорить, но не навредить. Впрочем, я пыталась экспериментировать с лобными долями, но как-то не пошло. Телепатов, похоже, так просто не получить…

«ОНА БЕЗУМНА!!!!»

— Что будет, если новое тело не примет мой мозг? Перенесете меня в старое? То, в котором я нахожусь сейчас.

— О, почему вы себя так не любите? — удивилась Третья. — Нет, конечно. Обычно, да, я пересаживаю старые мозги в клонированные тела, у вас ситуация чуток иная. Но клонированное для вас тело совместимо по всем параметрам.

— Вы сделали клона из моей ДНК?

— Нет, конечно. Из ДНК оригинального клона.

— Простите?

— Да я вроде бы и не обижала… Так, прекратите. Я вижу, что вы тянетесь к хирургическому зажиму.

— Отвечайте, когда вас спрашивают!

— О, святые синапсы, вы что не знаете, что у нас для каждого донора для клонирования выращивается в естественной среде без вмешательств клон без изменений?

— Нет, не знаю. По чьему приказу?

— А на кого мы все работаем?

— Это не ответ.

— Да Траун приказал, кто же еще? Лишь по его распоряжению разумные встречаются со мной…

«Звучит так, как будто это наказание. Хотя… может быть, может быть».

— Для чего используются тела-дублеры без изменений?

— Так это же база генетического материала на случай смерти донора! Есть клоны, которые развиваются без ускоренного роста, есть те, которые уже выращены с применением этой процедуры по нескольким технологиям, но лежат в карбонитовой заморозке. Начали так делать после смерти какого-то там майора из разведки. Правда, приказ был пораньше, когда какой-то подполковник, образчик для клонирования клон-коммандос умер. Больше всего сейчас клонов такого типа, которые принадлежат тому наемнику с Мандалора, как же его?