Обратный отсчет - Заборцев Петр - Страница 13

И вот наступило «Июньское Откровение». Универсальный инструмент внезапно исчез, не оставив после себя даже исходного кода. Первые дни и даже недели стали для общества шокирующими. Казалось бы, одномоментное исчезновение такой всеохватывающей поддержки отбросит страну почти на полвека назад. Но, как ни странно, этого не произошло. Не произошло ни на второй день после Откровения, ни через неделю, ни через месяц. Не произошло до сих пор.

Разобраться в этом следовало не только специалистам, но и Владу тоже.

Первыми сработали силовые ведомства Юстициона. Надо было предотвратить любые проявления паники, стихийных волнений и обеспечить общественный порядок. В тесном контакте с силовиками сработал Политпропект. Государственные управленцы, что называется, пошли в народ и обеспечили бесперебойную работу жизненно важных производств в кластере Машинных Залов и социальных учреждений в Сервисграде. Их политический авторитет среди населения объяснялся просто — в созидательной технократии нельзя было быть «выдвиженцем». Все государственные управленческие посты занимали профессионалы в данной отрасли, прошедшие путь от простого предпринимателя до руководителя Объединения. Накатывающую снежным комом проблему с денежными расчетами, полностью завязанную на СУПЕР, удалось решить введением долговых расписок под государственные гарантии. Пусть тут не обошлось без накладок, отсрочек и лёгкой неразберихи, но к концу первого месяца денежный оборот постепенно стал восстанавливаться.

Сигматрон немедленно активировал все доступные и локально дублирующие СУПЕР электронные системы, начиная от военных (ИСКРА-1 и ПолиГОН) и заканчивая автономными любительскими сетями IT-Сообществ. Параллельно восстанавливалась связь с геостационарными спутниками и средствами массового оповещения. Не остались в стороне и Природные Фермы. Обеспечение природного равновесия, животноводства и растениеводства легло на плечи фермеров, экологов и зоологов, впрочем, им к этому было не привыкать, их работа и при функционировании СУПЕР была напрямую связана «с землёй». Что же касается Лабораторий Смысла, то от Творцов и Ремесленников требовалось в эти трудные времена лишь одно — поддерживать моральный дух и обеспечивать достойный духовный отдых.

Максимально смягчив шоковые последствия первых дней после информационной катастрофы, страна, продолжая следовать принципам созидательной технократии, погрузилась в новые проблемы. После осознания всех последствий отключения СУПЕР, наступил ещё более сложный период. Экономические механизмы, продержавшиеся некоторое время на накопленной инерции, начали давать сбои. В связи с существенным снижением уровня обслуживания, исподволь стало проявляться социальное недовольство. Производство кое-где перекрыло сбыт, а на некоторых предприятиях, напротив, констатировали серьёзный дефицит ресурсов. Действия некоторых Объединений в смежных отраслях стали несогласованными. В части регионов начали образоваться перманентные транспортные коллапсы. Запущенные электронные системы оказались плохо совместимыми друг с другом, программное обеспечение — устаревшим. Лишь Юстицион пока продолжал работать чётко и в полном соответствии с военным положением. Во всяком случае, у Влада, как сотрудника этого ведомства, складывалось такое впечатление. Но общая ситуация вновь подходила к определенному рубежу и нужны были какие-то кардинальные шаги или технологические прорывы. Или хотя бы предпосылки к ним. Потому что, несмотря на добросовестные попытки сознательной части населения вернуть жизнь на прежний уровень, за такой короткий период времени сделать это было невозможно. И что произойдет дальше, что ждёт страну в ближайшие месяцы, не решился бы сейчас предсказать, пожалуй, никто. А новой СУПЕР у России пока не было.

Глава 3

— Разве нельзя отследить платформы через спутник, Громила?

— Влад, обеззараживание прибрежного приполярного шельфа дело, безусловно, очень важное, но, в условиях полного отключения навигационного контура СУПЕР, не первоочередное. Наши спутники до сих пор капризничают. Мы не можем подключить базовое покрытие. Как бы ни пришлось посылать на орбиту наладчиков.

— А такое возможно?

— Теоретически да. Летали же в космос до СУПЕР.

Влад был на прямой связи с Институтом восстановления. Отсюда, из рабочего кабинета, у первого помощника Строева было налажено несколько прямых кабельных соединений — с Управлением Юстициона, со штабом проекта «Лазарь», с самим Максимом Леонидовичем и с некоторыми ключевыми учреждениями, работающими по кризисным программам. Отдел Бори Белоручкина, ведущее подразделение, занимающееся восстановлением ядра системы искусственного интеллекта, тоже входило в число таких контактов.

— Ты действительно полагаешь, что случилось что-то серьёзное? — у Бориса озабоченно поднялись брови.

Связь была с видеокартинкой, правда, проявлялось изображение лишь на маленьком черно-белом экранчике.

— Не знаю, — огрызнулся Влад, не в силах скрыть внутреннее напряжение.

— У Аринки постоянно связь барахлит. Не в первый раз же, — Белоручкин пытался успокаивать и Влада и себя заодно.

— Вот именно, что барахлит. Барахлит, не значит — не работает.

— Сколько прошло дней как она молчит?

— Четыре. Знаю, ты сейчас скажешь, что она и по две недели раньше не появлялась.

— Ну… — Боря затруднился. — А разве это не так?

— Все так, Громила. Все так! Но, хочешь, смейся, хочешь, нет, у них там что-то стряслось!

— А почему ты так уверен-то? Должны же твои подозрения на чем-то основываться.

— Последний сеанс как-то неожиданно прекратился… Погоди, Боря… Не перебивай. В самом конце передачи сработала активация кнопки экстренного вызова. В процессе нашего разговора. Но процедура была прервана и подтверждения не последовало. Кнопка не голосовая, но там должен передаваться специальный символ, по которому оценивается ситуация. Есть там и символ SOS.

— Владик, я ничего не понял, если честно.

— А после активации толком Арина уже ничего не сказала мне, видимо, связь отрубилась, и мы просто друг друга не слышали. Слов, во всяком случае, не слышали. Но мне показалось, что там был… Как бы тебе сказать… Может я начинаю в параноика превращаться… — Влад замолчал.

— Так что? Что ты там услышал-то? — поторопил друга Белоручкин.

— Вскрик какой-то и потом шум.

— Помехи?

— Нет. Совсем по-другому. Явный вскрик. И еще кнопка эта. Её по ошибке не нажмёшь, там специальный кожух сверху, который надо вначале отщёлкнуть.

— Но ты же говоришь, что подтверждения не прошло.

— В том то и дело. А если Ариэль просто не успела этого сделать? То есть активировала, а подтвердить не успела?

— А донесения плановые? С другой платформой есть связь?

— Плановые должны быть только через три дня. Постоянной связи с ними и не было никогда. Экстренно с «Ковчега-1» никто не выходил в эфир.

— А с материка, отсюда, мы не можем аварийно связаться?

— В том то и дело, что нет. Их станция принимает сигнал только во время запланированного сеанса. Поэтому и прошу тебя через спутник.

— Это пока не сработает, Влад. Надо отправляться туда своим ходом.

— На чём? Там ведь непроходимая тундра. Только по воздуху. Да такое расстояние ни один гражданский геликоптер не одолеет… Паскудно так себя чувствую, — признался Исаев. — Вроде бы как и понимаю, что, скорее всего, меня мнительность накрыла, но, с другой стороны, нервы настолько расшатались, что скоро черти начнут мерещиться.

— Давай успокоимся, — ободряюще заметил Громила. — У меня тут тоже обстановка накалена. Три месяца прошло, а мы с этим кодом ни на йоту не сдвинулись. По другим программам есть наработки хорошие, но, ты же понимаешь, что все это эрзац. Пока мы не создадим новый или не восстановим бывший электронный интеллект, никакого прорыва не будет.

— Есть хотя бы какие-то идеи, как это сделать?