Ночные Сорсиеры - Краон Лана - Страница 78

Жулли заметила, как Розали перекосило от такой информации.

– Энн говорит, что он ничего не чувствует, никаких эмоций, – сменила она тему.

– Девушка с короткими черными волосами, верно? Я помню ее, она приходила вместе с Жулли.

– Я подумала, что он под воздействием темных чар. У него черный шрам на руке. Вдруг он так влияет на Аима…

Розали не успела закончить, как Бетс перебила ее строгим голосом:

– Здесь нет никакой магии, только боль.

– Я понимаю, но вдруг все же…

– Ты не понимаешь, Розали, – твердо заявила Бетс. – Нет никакого заклинания, которое могло бы магическим образом вернуть его в прежнее состояние. Он сейчас как раненое животное. Уж извини, что он не всегда улыбается. У тебя есть еще к нему какие-нибудь замечания, кроме обвинения в заражении черной магией?

Розали явно не понравился дерзкий вопрос световой. Жулли закусила губу и застыла в ожидании: вспыхнет Розали или же спокойно продолжит разговор?

– Что вывело его на свет? – внезапно спросила Розали.

– Что?

– Что вывело его на свет? – повторила она вопрос. – Вы знаете ответ. Я в этом уверена.

Жулли не ожидала такого вопроса. «Значит, Бетс была светом для Аима на турнире?» Для нее вообще было сюрпризом, что Аим так быстро сумел выйти из сети, быстрее Розали. Она, конечно, понимала, что он кого-то повстречал на пути, кого-то светлого – без этого оттуда было не выйти. Но одно дело представлять, что осколок его светлого подсознания явился к нему, а другое – точно узнать личность света Аима. «Получается, в ней кроется тайна, как изменить его в лучшую сторону. Если забрать ее от него, он вовсе потеряется».

Голос Бетс вывел Жулли из размышлений:

– Он должен уехать, бросить свои планы. Месть погубит его окончательно. И он должен держаться от вас подальше.

– От нас? – Розали чуть ли не поперхнулась от возмущения.

– Ничего личного, Розали. Просто от вашей семьи приходится ждать только бед. Вы кровоточите. И, когда пойдете ко дну, как это обычно бывает с вашей семьей, я меньше всего хочу, чтобы вы ухватили его с собой.

Розали резко встала, из-за чего стул, на котором она сидела, отодвинулся со скрипом. Хранительница всем телом наклонилась вперед, опершись ладонями на стол.

– Знаете, что я думаю? Ваш совет насчет Аима дрянной. Скорее это инструкция, как потерять его навсегда: отнять у него месть и насильно увезти. Он должен научиться жить заново сам, а не сбегать от проблем.

– Тогда зачем ты меня спросила, если сама лучше знаешь? – возразила Бетс.

Розали сморщила нос, припоминая первоначальную причину.

– Я была не в себе.

Хранительница щелкнула пальцами, и тени сползли с окон, открывая взору сиреневый закат. Розали развернулась и вышла из комнатки. Через пару секунд прозвучали колокольчики, а затем раздался хлопок входной двери.

– Извините ее, она не со зла. Просто, когда дело касается истории нашей семьи или Хель, она теряет рассудок.

– Нет, я впечатлена. Ее заботит Аим, я увидела это в ее черных глазах. И в ней есть задор предыдущей Хранительницы тайн. Они чересчур схожи… Даже слишком, – тише добавила Бетс. В темных глазах сорсиеры зажглась идея. Она приободрилась, бойко поднялась на ноги и энергично направилась в главный зал. – Жулли, пойдем со мной. У меня есть кое-что для вас. Скорее, вставай.

Жулли последовала за Бетс в комнатку с одеждой, вышла с ней за дверь, которая была расположена позади открытого шкафа с блузками, и спустилась в подвал по бетонной лестнице. Впереди еле заметно мерцал огонечек в закрытом светильнике с пожелтевшими стеклами. Это все, что смогла разглядеть Жулли. Она наощупь подошла к светильнику, как мотыльки летят на огонь. Она выставила руку перед собой, чтобы невзначай не запнуться о какую-нибудь мебель. В тени кожа Жулли выглядела еще бледнее, чем обычно. Она была похожа на куклу с фарфоровой кожей и в голубом платье. Если Жулли замрет в ночи, то случайный прохожий не отличит ее от скульптуры.

Бетс подняла руки вверх и по всему периметру зажглись светильники. Они были подвешены на прочной леске и спускались с потолка на разную высоту. Жулли сравнила их со звездами, мерцающими в небе. Из-за них темнота немного рассеялась, давая место полумраку.

В подвале ничего не было. Бетонные стены – единственное дополнение к старинным светильникам. Жулли почувствовала себя неуютно, ее словно обманули.

– Patefacio sursum, – прошептала Бетс.

Бетонные стены пошатнулись. В следующую секунду сквозь них проявились шкафы, заполненные разными стеклянными сосудами с травами, баночками с жидкостями, книгами, растениями в горшочках и камнями. Даже при таком свете некоторые камни мерцали столь ярко, что от них было сложно оторваться.

– Впечатляет, – выдохнула Жулли.

В прошлый раз Бетс не приглашала Энн, Жулли и Луизу спуститься с ней в подвал. Она взяла у них список с ингредиентами и принесла их самостоятельно.

– Это общее заклинание. Ночные визарды тоже так умеют.

– Нас не учили магии… практически.

Бетс стала выдвигать маленькие ящички в поиске чего-то. Жулли подошла к шкафу, в котором стояла пара фотографий в рамках. На одной из них были запечатлены Аим и Бетс. На фото Аим выглядел счастливым. Одной рукой он обнимал Бетс.

– Духи его не любят – случайно вымолвила она. – Они считают, что он дурно влияет на Роуз.

Бетс перестала копаться в вещах.

– А ты как считаешь? – спросила она, продолжая стоять спиной к ней.

– Я просто хочу, чтобы все пришло в норму, – прошептала Жулли.

«Без него». Ее желания синхронизировались с желаниями Духов. Вероятно, с ними возможно достигнуть гармонии. Розали же ломала все правила, думая, что так будет лучше. Она поставила фотографию и подошла к Бетс. Та нашла, что искала.

– А, вот оно. – Она держала в руках браслет из черных камней. – Для Розали.

Бетс упаковала его в коробку и протянула Мотыльку.

– У Аима похожий.

– Да, они одинаковые. Он вытягивает черную магию. Он ей пригодится в туманном лесу. Такой браслет невероятно редкий, так что пусть не теряет его. Если бы у Хель был такой, возможно, он бы помог ей в свое время. Ты понимаешь, о чем я.

На самом деле Жулли не поняла, но расспрашивать не стала.

– Я передам ей.

– А для тебя у меня есть кристалл из кварца. – Бетс протянула Жулли кулон на серебряной подвеске. – Он будет брать на себя солнечную энергию, тем самым защищая тебя от нее. А для Энн у меня…

Световая засуетилась по комнате в поиске предмета. Жулли осталась стоять как вкопанная с браслетом и подвеской.

– Вот, кольцо с луной, в нем камни защиты от потустороннего мира. В туманном лесу призраков побольше, оно ей точно пригодится.

Жулли поблагодарила Бетс, но попросила её саму лично передать кольцо Энн, так как Жулли с ней скорее всего нескоро встретится, а такое кольцо нужно было Энн прямо сейчас. Она уже многократно жаловалась, что магический мир кишит призраками.

– И передай Розали, что я правда надеюсь, что Дютэ не повторят ошибок Нуаров, – попросила Бетс на прощание.

– Передам.

Жулли выпорхнула из бутика одежды. На ее лицо упал сиреневый цвет заката, окрасив белые волосы в нежный оттенок орхидеи. Впереди стояла Розали. Она была повернута боком, и Жулли заметила, что она что-то шептала. Шаги Жулли настолько легкие, что Розали их не услышала. Это позволило ей подойти ближе и расслышать слова. Розали смотрела на небо.

– Гадес! После той выходки ты обязан мне помочь. Верни мне ее. Выпусти за Ворота. Я не готова к жизни без нее.

После этого Розали начала читать заклинание призыва, упоминая Марту. Конечно, Марта… Жулли ее не знала, да и подумать не могла, что возле Розали постоянно находился призрак. Хотя она не винила ее в сокрытии такой важной информации. Жулли давно смирилась со всеми тайнами сестры и принимала ее такой, какая она была. Однако она не могла не заметить, как сильно изменилось поведение сестры после смерти призрака. В последний раз Розали так срывало голову, когда Хель не стало.