Ночные Сорсиеры - Краон Лана - Страница 110

– Меня проверили на психическое здоровье, сказали, что я нормальный. Как думаешь, меня бы приняли в твой актерский университет за такую блестяще сыгранную роль?

Розали открыла ему калитку, и он зашел внутрь.

– Марта стала лидером всех ковенов, – объявил он.

– Я знаю.

– Откуда?

– Призраки донесли.

– Точно. – Аим подметил печальный взгляд Розали. Она пыталась избегать зрительного контакта, смотрела куда-то в сторону. – Для тебя все закончилось, – более спокойным тоном сказал он.

«Как бы не так».

– Мне предстоит править в девятнадцать лет.

– Кстати, насчет этого, я сожалею, что тебе пришлось хранить ту тайну Лоренса Эванса. Если бы я только знал…

Аим хотел подойти ближе к Розали, но она сделала шаг назад.

– Что насчет нас? С нами тоже все кончено?

Энн утверждала, что у него не было сердца, но сейчас именно она чувствовала себя бессердечной. Все внутри нее хотело кричать, она хотела остановить его и этот разговор.

– Помнишь тот день, когда ты только пришел к нам?

– Помню.

– Ты ворвался к нам в поисках некроманта. И принес магию в наш дом.

– Тебе удалось обмануть меня, весьма похвально.

– Ты изменил мою жизнь. Спасибо.

Аим понял, к чему она клонила, поэтому перешел к сути:

– Я знаю, что много раз поступал неправильно. Но, если ты сможешь найти в своем сердце прощение, мы начнем сначала.

– Это невозможно.

– Розали.

– Духи против тебя.

– С каких пор тебя волнует их мнение?

– С таких! С этого дня.

– Вот как? Розали, в это объяснение я не поверю. Если я тебе не нужен, так и скажи.

– Они угрожают моей семье. Я вновь действую по их правилам.

– А чем я им не угодил?

– Ты световой.

– Розали.

– Знаю, абсурдно. Но обладателям ночных даров нельзя… – Слова застряли в горле. Она не смогла сказать: «Нельзя встречаться со световыми». Они никогда не обсуждали то, что между ними происходило. – Нам просто нельзя.

Казалось, Аим тоже был не в силах подобрать слова. Розали поспешно удалилась в дом. Еще секунда – и он увидел бы ее слезы. Наверное, им просто не повезло родиться по разные стороны баррикад.

Она осталась наедине со своими мыслями в холодном большом доме. Можно сказать, что все вернулось на круги своя. Они снова подчинялись Предкам, и снова были только она и ее семья.

* * *

Утром она проснулась от визга Жулли: «Они здесь! Они приехали!» Розали чуть не свалилась с дивана в гостиной от таких воплей. Маленькие ножки Жулли пронеслись ко входной двери, как стадо коней. Розали встала час назад, но опять прилегла и уснула, так как всю ночь спала урывками. Спать она предпочла в зале, поскольку ни одна комната не показалось ей подходящей: чужие стены с непонятными ей историями. Были и гостевые комнаты, но в них она даже не заходила. Ей казалось: если она переедет в одну из них, то сделка с Предками, расставание с Аимом, рабство, в которое она себя умудрилась продать – все это станет правдой. А пока она в зале, совсем рядом с выходом из этого дома, из этого мира, то все не так уж было и страшно.

– Розали, вставай. – Энн потрепала ее за волосы. В отличие от нее, сестры провели ночь в выбранных ими комнатах. Да и выглядели они отдохнувшими. – Пошли встречать семью.

– Нет, – ответила Розали, укрывшись пледом с головой. – Оставь меня здесь до скончания дней.

– Ладно, – ответила Энн и столкнула ее с дивана.

Та упала на пол вместе с пледом, оказавшись закутанной в него, как гусеница в кокон. Розали не стала даже возражать, она сильнее вжалась в плед в надежде, что теперь ее оставят в покое. Тогда Энн принялась вытряхивать ее из мягкого убежища. Эта сценка длилась некоторое время, пока ее не прервали.

– Я ожидал увидеть правительницу, а не воительницу за плед.

Энн отобрала наконец плед из рук Розали, и они вместе повернулись на голос.

– Отец! – вскрикнула Розали и побежала навстречу к нему, неуклюже поднявшись с деревянного пола.

– Как быстро меняется твое настроение, – монотонным тоном подметила Энн.

Розали обняла Николаса и увидела, что за его спиной в холле стояли Аврора, Арлетти и Луиза. Жулли мельтешила между ними, обнимая каждого. Аврора стояла, раскинув руки, и Розали тут же нырнула в ее объятия. Мама пообещала отругать их за такой внезапное исчезновение из дома и за подвергание себя опасности позже, а сейчас время было освободить Ревэ из сонной ловушки. Они привезли ее спящее тело с собой, как и гроб Хель.

– Она всегда хотела быть похороненной на домашнем кладбище рядом с остальными Нуарами, – прокомментировал Николас.

– Да уж, здесь надо будет навести порядок, – сказала Аврора, оглядевшись вокруг.

Конечно, она имела в виду не уборку пыли, а наведение уюта. Розали поняла, почему от дома веяло холодом: не хватало островков света. В их старом доме ими были солнечная кухня и большой сад.

Грузчики занесли гроб с Ревэ в дом. На вопросительный взгляд Розали Николас ответил:

– Как-то же нам надо было ее привезти сюда. А в деревянном ящике было безопаснее всего.

Энн поспешно открыла крышку. В нем, абсолютно не изменившись, лежала Ревэ. Сейчас ей должно было быть тридцать лет, но ее телу по-прежнему было двадцать три – именно в этом возрасте она застряла во снах. Теперь она была ровесница Энн.

– Ты точно знаешь, что делать? – уточнила Арлетти.

– У меня есть яд Баку и остальные необходимые травы. А Луиза не кричит, значит, мы на верном пути.

Луиза криво улыбнулась от упоминания ее дара. Она убрала длинные каштановые волосы за уши – верный знак, что она нервничала.

– Почему яд Баку столь необходим? – попыталась она сместить фокус с себя на что-то еще.

– Он считается пожирателем дурных снов, – прокомментировала Энн. – Его яд в основном используют для избавления от кошмаров. В больших дозах он может вывести визарда из комы. На рынке его не продают, а если где-нибудь и можно было найти, то стоил бы он целое состояние. Баку сейчас редкость, вымирающий вид животного. Так мне сказал Коум.

Николас принялся помогать Энн разводить травы. Аврора стояла рядом с Ревэ и держала ее за руку. Луиза присела на уши Розали.

– Ты видела, что здесь своя валюта? Один гелнар стоит тридцать три евра.

– Видела.

– Этот дом практически копия нашего, только больше.

– Знаю.

– Я слышала, здесь в восточной части есть океан и пляж. Нам стоит как-нибудь поехать туда.

– Конечно.

– А еще я бы хотела посетить Эклипсоле и увидеть реку Артерию. Говорят, она красного цвета.

– Обязательно посмотрим.

– А в Мажиенне есть институт для дизайнеров, нам таксист рассказал. На специальном факультете учат проектировать выдуманные комнаты, как у тебя хранилище с тайнами.

– Этого я не знала.

Розали не понимала, с чего Луиза начала этот разговор. Неужели она планировала остаться?

– В Эклипсоле сохранилось много старинных построек со времен создания магического мира. Я бы посмотрела на них.

– Тоже таксист рассказал?

– Нет, в брошюре прочитала.

Понятно, почему Луиза постоянно болтала, она пыталась отвлечься от тревожных мыслей. Она всегда так делала, когда ей было некомфортно.

– Ты бы осталась здесь? – неожиданно для себя самой спросила Розали.

– Думаю, да. Не бросать же тебя одну в ковене на растерзание сорсиерам. Мы все остаемся. Отцу уже предложил работу давний знакомый, которому ты помогла спрятать тайну.

– Готово! – прервала их беседу Энн.

– И что делать с этим сосудом? – спросила Аврора.

Ответ не понадобился. Николас смочил марлю в отваре и протер лоб Ревэ, произнеся заклинание. Видеть, как Николас колдовал, было в новинку для Розали, это было в ее далеком детстве. Результат от заклинания не заставил себя ждать – через несколько мгновений послышался резкий вдох. Ревэ села с широко распахнутыми глазами.

– Что? Вы? Но как? Где я? – в панике заговорила она. Она опустила глаза на руки, проверяя, в реальности ли она или в очередном сне. – Ущипните меня.