Завтра. Дети завтра. Яркий флаг завтра (сборник) - Загат Артур Лео - Страница 37

Дикар резко затрещал сверчком. Ему ответили такие же звуки: так сверчки перекликаются в ночном лесу. Эти звуки разбежались от него сначала направо, потом налево, и, когда они кончились, он насчитал их двадцать.

– Пиип-пиип.

Дикар дал сигнал к выступлению и пошел вперед. Он знал, что по обе стороны от него двадцать Мальчиков Группы двинулись по лесу, но, если не считать перемещающихся теней справа и слева от него – Дэнхолл и Хэнфилд, – не было заметно никаких движений и никаких звуков движения.

Заплесневевшие прошлогодние листья под ступнями ног казались холодными и влажными. Запахи леса были в его ноздрях. Он был такой же частью леса, как деревья, и кусты, и ночь.

Всегда, проходя по лесу, Дикар чувствовал жизнь, которой полны деревья, и кусты, и звери, и мелкие существа, чувствовал, как эта жизнь пронизывает и его самого. И сейчас он чувствовал, как эта жизнь течет в его жилах, и чувствовал кое-что еще – жгучее ощущение охоты в ночном лесу, знание, что он охотится и на него охотятся, и что охотник и добыча – самая главная дичь, Человек.

Дикар нес смерть в колчане, висевшем на плече, смерть в ноже за поясом. Смерть ждала Дикара в лесу, ждала двадцать обнаженных мальчиков, которые неслышными тенями двигались в этом лесу.

Легкий ветерок зашелестел листвой. Дикар ловил запах этого ветра.

– Пиип! – усышал он и застыл, неподвижный, как ствол дерева, более неподвижный, чем ветки дерева, которыми шевелил легкий ветер.

– Пиип.

Тихий крик древесной жабы, означающий, что кто-то увидел опасность, доносился справа. Дикар двинулся туда, неслышно перелетая от тени к тени, затрагивая лес меньше, чем этот легкий ветерок, и запах, который приносил этот ветерок, становился сильней.

Дикар неожиданно улыбнулся и пошел спокойней, хотя по-прежнему с величайшей осторожностью. Перед ним темный куст и на его фоне еще более темная фигура Карлбергера. Дикар легко притронулся к плечу Карлбергера.

Мальчик поднял голову, его прыщавое лицо казалось бледным в полутьме. Одной рукой он приложил палец к губам, показывая, что нужно сохранять тишину, другой рукой указал мимо куста.

Дикар кивнул, пригнувшись, обошел куст и увидел, что имел в виду Карлбергер. Впереди в пяти шагах у дерева стоял человек и внимательно смотрел вокруг.

Он подпрыгнул, когда за ним послышался голос Дикара.

– Чак.

Человек повернулся, в руке его сверкнуло лезвие ножа.

– А, это ты! – сказал он. – Боже! Я не слышал…

– Почему ты здесь, Чак? – шепотом спросил Дикар. – Я не ожидал встретить кого-нибудь из вас до Рамапо.

Толстые губы Чака шевельнулись на волосатом лице.

– Не нужно идти к Рамапо. Нэт послал меня, чтобы я вас нашел и остановил, пока вы не подошли близко. Все конечно, Дикар. Мы проиграли.

– Почему? Что случилось?

– Азиафриканцы догадались. Они хотят устранить возможность засады. Они поставили часовых, черных, вдоль всей дороги с обеих сторон. Солдаты стоят через тридцать ярдов, и миновать их невозможно. Как только один из них увидить какую-то опасность, он должен выстрелить, и все остальные прибегут.

Дикар почувствовал, как затвердели мышцы у него на лице.

– Через каждые тридцать ярдов, – сказал он. – А сколько это тридцать ярдов?

– В три раза больше, чем до того ясеня.

– Гммм. И они здесь в лесу, ты говоришь?

– Да.

– Значит, каждый черный не может видеть соседнего.

– Наверно, нет. Но могут слышать. Эти черные слышат треск ветки за милю, тем более выстрел… Эй! А что ты задумал?

– Пойдем со мной. – Дикар отступил к кусту, за которым стоял Карлбергер. – Ты во взводе Джонстоуна, – прошептал он. – Собери взвод вокруг меня. Остальным передай, чтобы ждали здесь, пока не услышат звук спереди. Если это громкий звук выстрела, все должны как можно быстрей вернуться на Гору. Если это крик гагары, путь идут вперед, как мы планировали, пока не встретятся с одним из нас. Пока мы не встретимся, командиром остается Хэнфилд. Понял?

– Я понял, Дикар, – прошептал Карлбергер и растаял в темноте.

– Боже праведный! – сказал Чак. – Я считал что я хорош в лесу, но никогда не видел, чтобы так скользили по лесу, как вы…

– Слушай, Чак, – прервал его Дикар. – Где Нэт и Уолт?

– В лесу по эту сторону от Рамапо, но так близко к ручью из озера Момбаша, как они посмели. Они ждут моего возвращения, чтобы уходить. Я должен сказать им, что вы отказались от попытки.

– Иди к ним и скажи, что сдаваться еще рано. Ждите там и слушайте. Если услышите выстрел, вы знаете, что делать. Но если услышите крик гагары, идите вперед и делайте, как мы планировали. Понятно?

– Да. Но…

– Иди! – выпалил Дмкар. – Быстрей!

Чак ушел. Он действительно хорош, подумал Дикар, но шумит больше любого из нас. Затем из темноты показались Джонстоун и четыре Мальчика из его взвода, и Дикар шепотом стал рассказывать им, что задумал.

– Это большой риск, – закончил он. – Если будет хоть малейшая оплошность, мы все равно что мертвы. Вы не должны это делать, если не хотите. Вы не обязаны.

– Пошли, – шепотом ответил Джонстоун. – Чего мы ждем?

Дикар пригнулся за кустом, насторожив глаза. Прямо перед ним стоял рослый черный мужчина в мундире азиафриканца. Ружье он держал на плече и смотрел по сторонам. Дикар видел его глаза, необычно белые в темноте, и слышал его дыхание.

Правая рука Дикара сжимала рукоять ножа, в левой руке небольшой камешек. Дикар бросил камешек мимо черного. Тот вызвал легкий шорох, и черный сразу повернулся.

Левой рукой Дикар схватил ружье и дернул его вверх. Правой рукой ножом прорезал ткань и плоть; Дикар оставил нож на месте зажал рот черного, заглушив начинающийся крик. Тело черного обвисло, Дикар обхватил его руками, поддерживая, и осторожно опустил на землю.

Черное тело неподвижно лежало на земле.

Дикару стало плохо. Темный лес вращался вокруг него, но потом лес остановился, и из него появилась тень.

– Все в порядке, – прошептал Карлбергер. – Все в порядке, Дикар. Я убрал своего.

Появилась еще одна тень, и еще; здесь были все пятеро, которых Дикар взял с собой, и все пятеро сказали, что убрали черных с дороги, как это сделал Дикар с тем, что неподвижно лежал у его ног.

Шестеро часовых не подняли тевогу и никогда не поднимут. В ряду часовых, которых поставили вдоль дороги азиафриканцы, чтобы предотвратить засаду, образовалась щель длиной в двести ярдов.

Кровь Дикара неожиданно стала горячей и быстро побежала по венам. Его легкие заполнились воздухом.

Высокий и резкий, полный торжества крик гагарки прорезал жуткую тишину леса Далекой Земли.

Глава X

Больше не будет скрещенных пальцев

Дорога из Ньюбурга мягко светлела в темноте.

Она выходила из леса на севере, мягко опускалась к тому месту, где по ней протекал ручей, снова мягко поднималась и терялась в лесной тени на юге.

На полпути спуска со стороны севера над дорогой свешивались ветви трех гигантских дубов. Листва у этих дубов очень густая, и свет звезд не пробивается сквозь нее. Он не может осветить необычные тихие плоды, которые свисают с толстых с руку веток этих дубов и так отягощают их, что ветер не может пошевелить эти ветви.

На севере слышен гром.

Необычные плоды на среднем дубе слегка шевельнулись.

– Тише, – прошептал Дикар. – Тише.

Движение сразу прекратилось.

Дикар лежал на самой нижней ветке среднего дуба. Он посмотрел на дорогу в самом низком месте углубления, и его глаза расширились. С краев дороги подступала чернота. Она постепенно покрывала дорогу. В темноте сверкнула маленькая красная искра. Еще одна.

Желтые искры – это отражения звезд в воде, Чернота, которая надвигалась с обеих сторон дороги и уже соединялась посредине, это вода. Это вода ручья, который проходит под дорогой, торопясь к реке Рамапо.

Но больше он не торопится. Под дорогой его нет. Нэт, Уолт и Чак, как договорились накануне ночью, нагромоздили в ущелье, по которому тек ручей, большие камни. Камни перегородили ущелье, и вода начала подниматься. Она поднялась выше уровня дороги и теперь заливала ее.